Шрифт:
Конфигурация
Конфигурация (от позднелат. configuratio - придание формы, расположение), внешний вид, очертание, образ; взаимное расположение предметов; соотношение составных частей сложных предметов.
Большая советская энциклопедия
Что
Книга Екклесиаста
Пролог. До
"Слова это реальность.
Слова это энергия.
Они воплощены".
Раз за разом Апту повторял про себя сказанное учителем, точно это было какое-то заклинание. Крепко зажмурившись, пытался сосредоточиться на лёгких, невесомых переливах музыки, и не думать ни о чём постороннем.
"Слова... это не просто слова, это..."
Вопреки стараниям, мысли начали разбегаться и путаться. Перед глазами поплыли цветные пятна. Больше не было ничего. Совершенно ничего.
Учитель не мог этого не почувствовать. Не мог не понять, что сегодня они никаких результатов не добьются. Сегодня - как всегда...
Музыка стала стихать. Последние едва слышимые звуки вспорхнули с серебристых струн и, взмыв к высоким сводам храма, смолкли.
Апту открыл глаза. Посмотрел на учителя - и тут же отвёл взгляд. Но Киэн не проявил разочарования или недовольства.
– Ты устал, Апту. Давай продолжим завтра.
– Учитель осторожно опустил на скамью рядом с собой солнечную арфу йуу.
Апту молчал. Он думал о том, что Киэн ошибся, выбирая себе ученика. У него, Апту, никогда не получится почувствовать и понять язык богов. Высказывать эти мысли и огорчить учителя он не хотел. А лгать, притворяясь, что верит в успех, не мог.
Но учитель и без слов угадал настроение молодого человека.
– Не переживай. Даже если от наших занятий не будет пользы, остаётся ещё изобретение Лии. Он скоро закончит работу.
– А это изобретение точно поможет мне? И всем нам? Мы научимся наконец разговаривать и читать на вашем языке?
– Наверняка я этого не знаю, - честно признался Киэн.
– Надеюсь, что да.
Апту вздохнул. Если учитель надеется - не должен терять надежду и он. Лии, тот, кто живёт внутри пирамиды-горы, тот, чьего лица простому смертному нельзя увидеть, создаст корону, которая откроет людям чудесный дар языка богов.
Через отворённые двери храма виднелась городская площадь, дома и сады, а дальше, за песчано-жёлтыми стенами и зелёными кронами пальм - море. Солнце клонилось к закату, по изумрудным волнам бежали золотые блики. Вечерние лучи касались разноцветных мозаик и росписей внутри храма - орлов, газелей, драконов и быков, деревьев, цветов и виноградных лоз - и делали краски ещё ярче и насыщеннее. На глубоком лазурном фоне - небесно-бирюзовые оттенки, нежно-фиолетовые,
– Мне пора, учитель.
– Молодой человек поднялся со скамьи.
– До завтра.
– До завтра, Апту.
– Киэн сделал жест, означающий у богов в зависимости от ситуации приветствие или прощание - сложил руки перед грудью, обхватив одну ладонь другой. Апту ответил тем же и направился к выходу.
По широким ступеням храма он спустился на площадь. Трое горожан, которые как раз проходили мимо, увидев Апту, вежливо с ним поздоровались и почтительно поклонились.
Дома Нинсун встретила его неприветливо. Ни улыбки, ни ласкового слова. Поставила на стол тарелки с едой и ушла в свои комнаты. Так всегда бывало, когда Апту отправлялся в храм рано утром и возвращался под вечер. А в последнее время он часто проводил там целые дни. Если так будет продолжаться, вскоре он совсем забудет, что Нинсун может быть не только хмурой. Забудет её улыбку, её звонкий смех и сияющий взгляд. Когда она сердится, её глаза в тени густых ресниц темнее беззвёздной ночи.
Помедлив, Апту хотел пойти следом за женой, но передумал и принялся за ужин. Сейчас лучше не пытаться ничего объяснять. Иначе будет как в прошлый раз.
– Перестанешь ты пропадать в этом храме или нет?
– в сердцах воскликнула она тогда.
– Я хочу наконец жить спокойно!
– О чём ты?!
– не сдержался, крикнул в ответ Апту.
– Он выбрал меня своим учеником, а тебе нужно какое-то спокойствие! Ты не понимаешь, что значит для нас узнать язык богов. Мы сделаемся такими же, как они...
– А ты не понимаешь, что люди никогда ему не научатся. Ни ты, никто другой.
С губ Апту готово было сорваться ругательство. Нинсун задела за самое болезненное... Лишь усилием воли он заставил себя произнести другое:
– Я научусь. И смогу научить всех, кто захочет научиться.
Жена горько усмехнулась и покачала головой.
– Сколько уже ты ходишь туда? Сколько времени провёл, слушая, как он играет на своей арфе, и пытаясь услышать что-то кроме музыки?
– Он говорит со мной, говорит не нашими обычными словами, а божественным языком... Но я... не могу понять. Пока не могу.
– Если бы мог, давно бы понял. Но ты упрямый, и не хочешь этого признать. Вместо того чтобы зря тратить время, лучше бы спросил Киэна, зачем это ему? Всем им? У богов свои цели. И нам они не принесут добра.
– Да как ты можешь такое говорить?
– изумился Апту.
– Боги к нам благосклонны, потому что... Потому что такова их природа! И потому что мы этого заслуживаем. Они дали нам новую землю, новую жизнь! Обучили всему...
– Далеко не всему, что умеют сами!
– Всему, что нужно нам сейчас, пока мы не стали равными им! Делать повозки на колёсах, наблюдать за звёздами, лечить болезни, строить - из кирпича и другим, быстрым способом...
– Чтобы мы построили храм для Киэна!
– Мы построили дома и для себя! А Киэну вовсе ни к чему было такое огромное здание, но мы настояли, ты забыла?
– Они отняли у меня счастливую жизнь, вот чего я не забыла! В Шамму я была счастливее, чем здесь. Зачем они забрали нас оттуда?
– Нинсун, мы сами согласились уйти!