Конфеты
Шрифт:
Та в один миг дёрнула его руку вперёд, юркнула немного в бок и поставила подножку. Зверочеловек плюхнулся на землю.
– Я не малышка ты, малолетний хомяк-переросток! Ещё раз ко мне потянешь свои вонючие руки, я тебя отвезу в ближайший заповедник и сдам оркам на развлечение! Им понравится такая груша для битья! – Возмущённо протараторила гномиха.
– Ха-ха, ты всё так же мне грубишь, а ведь мы знакомы почти полвека! – пробасил зверочеловек.
– А ты как был неотёсанным животным, таким и остался! Таким и помрёшь! А я столько сил вложила,
– Прошу прекратить пустые слова. Ваш разговор старых коллег не несёт смысла. Декан просил доставить объект в наш изолятор к десяти утра. Проректор так же настояла на этом. При всём уважении, господин Сказов, передайте документы, – прекратила дружескую пикировку брюнетка с кошачьей аурой.
– Приветствую, Маруся, – Произнёс Леонид Леонидович, повернулся к машине, выудил оттуда связку каких-то картонок и бросил к ногам верзилы. – Тут выводы о нём. Всё как просила проректор.
– Я не «Маруся», а профессор Савина, господин Сказов, – очень холодно ответила звероженщина.
– Шеф, она дуется, не обращайте внимания, – хихикнула гномиха, за что удостоилась испепеляющего взгляда.
Если судить по волшебному окружению, женщина-кошка притворялась ледышкой, но её аура сейчас расцвела розовым цветом любви по отношению к начальнику гномихи.
Бесит, тратят моё время зазря. Если драться не будем, то зачем?
– Эй, документы вам дали, куда мне идти? – проворчал я вслух.
– Руки! – гаркнула на меня женщина-кошка.
Я вытянул закованные в наручники конечности.
– Ключ в деле. В серой папке! – крикнула забирающаяся в машину госпожа Ги.
– Всё-таки Сашка – красавица. Даже в этом детском… гномьем креслице смотрится великолепно, – пробасил Потап Палыч.
– Михайлов, я в курсе твоей любви к их культуре, но сдерживай себя. Эта старая коротышка обладает нюхом лучше нашего. А от тебя реально пасёт медведем. Ты бы после охоты хоть помылся, что ли, – куда менее официально отхлестала скепсисом «Маруся» своего коллегу, пока надевала мне на руки кандалы из «гномьего металла».
Я тут же погрузился в процедуру развития, послушно следуя за цепью, вторая часть которой была в руках мужчины-зверочеловека.
К сожалению, спустя всего двадцать минут у меня отняли недобитый артефакт, хотя я ускорялся как мог, предчувствуя жадность местного руководства. За это время мы оказались перенесены куда-то порталом, а там прошли по нескольким дорожкам к одинокому каменному строению в форме куба.
Туда меня и завели, после чего «профессор Савина» сказала:
– Руки! – после этого с меня сняли кандалы. – Всё, тебе запрещено покидать данное помещение до распоряжения. Еда будет доставляться через камеру передачи продовольствия. Это вон тот отсек, – она указала рукой дверцу в стене, – остальное не отличается от обычной студенческой комнаты. Даже книги есть, они элементарны и малоинтересны, но досуг скрасить можно. Декан постарался
Спустя минуту я остался один.
Хе, а клетка была идентична той, в которой содержали Тиграна!
Вот только действие у неё оказалось не таким, как мне казалось. В нём сразу были и помехи, и поглощение!
При технологии из Феодории такое было невозможно, иначе одно мешало бы другому. А тут как-то это совместили.
Несколько последовавших дней я пытался найти путь использованию этого предмета, но старые методы не работали, а новые не шли мне в голову.
Это был вызов даже покруче всех боёв с момента моего перерождения!
Помехи сбивали концентрацию, влияя на разум, а поглощение добивало жалкие попытки сопротивления моей энергии.
Ухищрения и поиски микропауз?
Ха-ха, эти слабости перекрывались каждый раз вторым видом воздействия.
Прикольно! Интересно!
В конце второго дня я нашёл способ использовать этот артефакт на свою пользу.
Секрет оказался достаточно прост: нужно было сократить площадь контакта тела буквально до кончика мизинца, тогда помехи оказались некритичными. Я сумел собирать энергию и перегружать её.
В поезде волшебство высасывалось из округи, а здесь нет. Решающая разница позволила мне за сутки увеличить свой объём до двух тысяч!
Однако всё же во мне зудело чувство, что я проиграл клетке.
Так что я постоянно пробовал оказать полное противодействие.
Хотя, будь у меня нужные условия, помехи можно было достаточно быстро сделать несущественным фактором: пришлось бы создать себе дорогую пассивную ментальную защиту.
И сейчас непонятен объём, который потребовался бы. Было очень много факторов, но предварительно от тысячи до трёх тысяч единиц энергии воздуха пришлось бы превратить в «кристалл разума».
Эх, будь я волшебником воды или разума, проблем вообще не было бы. Они этот приём умели делать на пике первого уровня, всего-то за 800 единиц соответствующих стихий.
Я очень долго изучал и адаптировал метод для маны воздуха, но первичные условия оставались теми же самыми: требовалась холодная вода (я подменял это волшебство водопадами), неподвижность и концентрация на создании покрытия в своей ауре вокруг головы.
Вода в моей тюрьме была в туалете и небольшом умывальнике. В последнем вода была всегда тёплой.
Я подумывал о том, чтобы сломать местный водопровод, но это определённо было бы не то же самое. Да и за мной явно следят, минимум три камеры расположены так, чтобы туалет был в слепой зоне.
Уважение к учащимся? Ха, дурачьё. Глупость всё это.
После достижения двух тысяч энергии у меня появилась идея.
Для этого пришлось дать высушить полностью себя от маны, зато это позволило отследить направление, куда течёт энергия.
Критической точкой и сердцем артефакта оказался правый угол напротив входа.