Конец радуг
Шрифт:
Сю – » Роберту: «sm» «вздох/» Томми стар, и все эти лекарства ему не слишком помогли. Он боится пробовать новое. «/sm»
Роберт скрыл изумленный взгляд, который бросил на женщину. С каких пор эта тетка заделалась доморощенным психиатром?… Но насчет Томми она права.
Томми явно весь этот сминг не заметил, но по его лицу расползлась знакомая хитрая ухмылка.
– Что такое? – спросил наконец Роберт.
– Просто думаю. Наша операция в УСД была самой масштабной и самой опасной из всех, в которых я участвовал. Но знаешь, оно очень похоже на эти современные… как их там зовут? – да, аффилиации.
Роберт вспомнил обещания Незнакомца.
– Это как?
– Прикрыли проект «Либрареом» Гуэртаса.
– Но все книги библиотеки пошли в расход. Томми пожал плечами:
– Видение Библиотеки Воинствующей мне даже немножко нравится. Но дело в том, что мы Гуэртасу временно помешали.
– И это победа?
Теперь они шли вдоль круговой развязки, а за ними пристроился исполненный надежд автомобиль.
– Ага. Прогресс остановить нельзя, но Гуэртаса мы притормозили достаточно надолго, чтобы нам на выручку пришли другие события. – Он посмотрел на Роберта. – Ты не слыхал?
Таскаешь на себе такую навороченную аппаратуру, а за новостями не следишь.
Ответа Томми не ждал.
– Понимаешь, Гуэртас не зря так зверски спешил. Как выяснилось, китайцы сжевали Британский музей с библиотекой быстрее, чем мы вообще думали. И у китайцев – годы опыта в полунеразрушающсй оцифровке. То есть положительно щадящая техника по сравнению со шреддерами Гуэртаса. Из-за них предприятие в Сан-Диего приобрело дурацкий вид, и эти китайцы даже сняли гаптические данные с некнижных экспонатов. Опередили всех на целый круг, в том числе архивы Гугля. Ну, как бы то ни было, а мы тормознули Гуэртаса на несколько дней, и теперь ему ни о каком приоритете не заявить. Получилось достаточно, чтобы китайцы успели заморозить пирог.
Томми полез в карман пиджака и вытащил трехдюймовый квадратик пластика.
– Вот. Это тебе от меня подарок, обошелся мне в девятнадцать долларов девяносто девять центов.
Роберт взял пластик в руку. Похоже на те дискеты, которыми он пользовался для своей персоналки на исходе века. Роберт дал запрос, и в воздухе поплыли надписи: «Карта данных. Емкость 128 Пбайт. Занято 97 %». Это было явно еще не все, но Роберт просто посмотрел на Томми.
– А что, до сих пор пользуются вот такими съемными носителями?
– Только пролетарии-старперы-параноики вроде меня. Ломает таскать с собой, но все же у меня в лэптопе есть считыватель.
Конечно.
– Данные все в онлайне, вместе с перекрестным анализом, за который с тебя китайцы еще сдерут дополнительно. Но если даже у тебя нет считывателя, все равно будет интересно подержать в потных ручонках.
– Ага. – Роберт глянул на корневой каталог. Будто стоишь на самой высокой горе. – Так это?…
– Британский музей и библиотека, оцифрованные и помещенные в базу данных Инфомагической коалицией Китая. Данные гаптики и экспонатов в низком разрешении, чтобы все влезло на одну карту. Зато раздел библиотеки в двадцать раз больше, чем засосал Макс Гуэртас здесь в УСД. Если не считать того, чего никогда в библиотеках не было, то здесь практически вся культура человечества до 2000 года. Весь досовременный мир.
Роберт взвесил карту на ладони.
– Вроде оказывается не слишком много.
– Точно
Роберт протянул было карточку обратно, но Томми отмахнулся:
– Я же сказал, это подарок. Повесь на стенку как напоминание: это – все, что мы собой представляли. А если хочешь в самом деле ее увидеть, посмотри в сети. Китайцы ее отлично вывесили. И несколько серверов у них по-настоящему умных.
Томми отступил назад и махнул машине, тащившейся следом. Задняя дверца открылась, и Томми жестом пропустил Сю вперед. На какое-то мгновение он стал похож на старую жердь в обществе симпатичной малышки. Образ из прошлого, не имеющий никакого отношения к истине.
– Значит, Гуэртаса из этого бизнеса уничтожения книг выкинули, а китайцы обещают, что следующие этапы будут еще более щадящими, чем в библиотеке Британского музея. Представь себе мягкие розовые ручонки роботов, терпеливо перебирающие все библиотеки и музеи мира. Они станут проверять тщательно, сканируя аннотации – и давая целым новым поколениям университетских крыс вроде Зульфи Шарифа темы для новых диссертаций. – Он махнул Роберту рукой: – Хей-хо!
Домой в «Конец радуг» Сю Сянь добралась почти к полуночи. Лена еще не ложилась. Она сидела в кухне, готовила какую-то еду. Из-за остеопороза она так наклонялась вперед, что лицо было всего в дюймах от стола. Это производило странное впечатление, но кресло и расположение мебели в кухне давали ей достаточно свободы маневра.
Сю робко вошла, чувствуя себя очень неловко.
– Прости, Лена, что я от тебя отрезалась…
Лена быстро развернулась и посмотрела на нее в упор. Ее лицо перекосило улыбкой:
– Да ладно, ерунда. Вам, молодым, нужно уединение. Она махнула Сю рукой, приглашая сесть и поесть чего-нибудь.
– Ну, Томми на самом деле не так уж молод… – Сю почувствовала, что вот-вот покраснеет. – Не в физическом смысле. В том, что он хочет угнаться за прогрессом, но не может усвоить все, что существенно.
Лена пожала плечами:
– У Томми ум лучше, чем у многих. – Она схватила с тарелки сандвич и откусила добрый кусок.
– Ты думаешь, к нему вернется прежняя острота?
– Может быть. Наука не стоит на месте. И если даже она не поможет в случае Паркера, мы его можем подтолкнуть в нужную сторону. Тут серьезная проблема в том, что жизнь была для него в молодости слишком легка. И он слишком раздражителен, чтобы браться за что-нибудь, для него по-настоящему трудное. – Она ткнула рукой в сторону Сю: – Ешь давай.
Сю кивнула и потянулась за сандвичем. Эта тема всплывала не впервые. Если честно, именно такие обсуждения и оживили некоего доктора наук по имени С. Сянь. Но, быть может, она лучше Томми ориентировалась в этой жизни. Ее главная проблема в ближайшем будущем – избежать «предложения работы» от правительства.
Сю впилась зубами в сандвич. Арахисовое масло с вареньем. Но, в общем, неплохо.
– У тебя был шанс проделать то, что ты задумала, когда вокруг столько народу, сегодня?
– В смысле, сыграть в психиатра? Да, я просмотрела журнал твоей «Эпифании», запостила несколько анонимных консультаций. Совет, который мы дали Карлосу Ривере, был хорош. У него еще остались текущие проблемы, но это жизнь. А Хуан – мы сделали что могли. По крайней мере на данный момент.