Конец игры
Шрифт:
– А больше обратиться не к кому. После того как Гюнтер… ты понял. И с ним тоже все очень сомнительно.
Черт, они же друзьями были! Да и команда главного безопасника уважала. А Пьер, шкворень ему в дышло, даже не объяснил людям, что случилось. Да и Юми, насколько я знаю, мало у кого неприязнь вызывала. Скорее наоборот. Этакий символ корабля – кто еще мог похвастаться админом-анимешкой? Серьезная потеря, как ни крути. Дражайший шеф с авторитаризмом перемудрил. Хоть он и всегда прав, согласно двум знаменитым
– Ладно, попробуем с господином Виньероном договориться.
Инфор мучить я не стал, вместо этого переместился в спальню, пригласив Эмиля – тот все понял правильно, – и врубил настенный экран. Вызов пошел сразу же, вот только отвечать на него дражайший шеф почему-то не торопился. Занят сильно? Ставит задачу пилотам? Так уже сколько времени прошло, даже самым дубовым все можно было по третьему кругу объяснить. Ничего, я упорный.
Пьер сдался на четвертом вызове – настенный экран протаял вглубь и явил нам с Эмильеном недовольный лик шефа.
– Чего тебе?
– Э-э-э, патрон… тут с вами кое-кто пообщаться хочет.
– Паша, ты охамел меня по пустякам от дел отрывать?!
– Кэп, подождите!
Эмиль вмешался вовремя – заслышав голос суперкарго, Виньерон перевел недовольный взгляд на моего гостя и нахмурился.
– Эмильен, ты меня уже достал. Я занят.
– У меня очень серьезный вопрос, капитан.
Дражайший шеф уловил в голосе Эмиля угрожающие нотки и удивленно вздернул бровь.
– И что же вы имеете мне сообщить, господин суперкарго? У вас контейнеры отвязались и разлетелись по всему трюму?
– Боюсь, проблема куда серьезней, мсье. Команда требует объяснений.
– Команда? – Казалось, удивлению Пьера нет предела. – Требует?! Ты ничего не перепутал, Эмиль?
– К сожалению, нет, мсье. У меня целый список вопросов, и ни на один из них у нас пока что нет ответа. Мы считаем такую ситуацию неприемлемой.
– Мы? Хм… – Усилием воли сдержав ругательство – это к гадалке не ходи, вон как глаз задергался, вернейший признак! – Пьер упрямо поджал губы, а потом буквально выплюнул: – У меня в каюте через десять минут! Паша, тебя тоже касается! Выполнять!
Экран погас, заставив нас с Эмильеном недоуменно переглянуться – такого взрыва мы от Виньерона не ожидали. Не очень-то на него похоже, честно говоря.
– Чего сидишь, пошли! – Эмиль решительно поднялся на ноги и шагнул в прихожую. – Черт, сильно я его зацепил!
– Думаешь, на контакт не пойдет?
– Должен, ему деваться некуда. Но за последствия не ручаюсь…
– Может, ну его на хрен тогда?
– Поздно. Если сейчас задний ход дать, он нас поймет превратно. И тогда всем трындец. Пьер злопамятный.
– Забавно, – усмехнулся я, заперев дверь. Эмиль задерживаться не стал – сразу же
– Не вижу ничего забавного.
– А я, представь себе, вижу. Объясни мне, пожалуйста, с какого перепуга ты меня в потерпевшие записал? Я же против…
– Пьеру об этом расскажешь! – рассмеялся суперкарго. Надо сказать, совсем невесело. – Пока что со стороны создается полное впечатление, что ты со мной.
– М-мать!
– Так что ты прав – забавно. Не отставай, союзничек!
Капитан Виньерон встретил нас предельно холодно – сесть не предложил, выпить тоже. Хорошо хоть перед дверью не мариновал, сразу же открыл. Но этот факт в качестве доброго знака рассматривать не стоило – Пьер не терпел проволочек и всегда стремился разрешить все проблемы в максимально короткий срок. Кстати, еще одна неувязочка – получается, Эмильена он игнорил сознательно. Тянул время? Или прятался от реальности? Похоже, первое. До места-то мы практически добрались. А устрой команда бунт чуть раньше, и не видать бы нам Ковчега как своих ушей.
– Капитан!
– Господин суперкарго! Я разрешал вам говорить?!
Ой, блин! Только этого еще не хватало. Шеф в ярости. Хуже расклад и не придумаешь. Я его в таком состоянии видел очень редко, так что предсказать дальнейшее поведение не берусь – слишком мало исходных данных. Черт-черт-черт! И надо было Эмильену именно сейчас нарисоваться! Где-то в глубине души зашевелился червячок сомнения, от которого до всепоглощающей паники буквально один шаг – научен горьким опытом. Ну-ка, Паша, спокойно! Вдо-о-о-ох, вы-ы-ы-ыдох!..
– Мсье! При всем уважении!..
– Уважении?! – Пьер чуть не задохнулся от возмущения, но все же удержал себя в руках и чуть понизил голос: – Уважении? Вам, господин суперкарго, понятие «субординация» хоть о чем-то говорит? Имейте терпение, раз уж добились своего! Паша!
– Да, патрон?..
– Ты как с ним оказался?
Ф-фух, все-таки сохранил ясность ума. Это радует. Живем, как говорится.
– Э-э-э, как бы объяснить-то…
– Как есть, так и говори.
– Эмильен перехватил меня в коридоре и попросил выступить посредником в переговорах с вами.
– И ты сразу же согласился?
– Ну почему сразу? Эмиль сначала у меня попытался выведать сведения конфиденциального характера. Выслушав его, я решил вас свести напрямую.
– Что ж, в рассудительности тебе не откажешь. – Пьер кивнул на гостевое кресло и приказал: – Садись. Будешь свидетелем. А при необходимости и третейским судьей. Надеюсь, у господина суперкарго возражений нет?
– Нет, мсье.
– Вот и славно. Что же касается вас, Эмильен, – покосился Виньерон на переговорщика, – то я вас внимательно слушаю.