Конец «Гончих псов»
Шрифт:
— Что ты им ответил?
— Я сказал, что счастлив летать на истребителях, тем более с таким командиром, как фон Риттен.
— Я у тебя серьезно спрашиваю…
— А я тебе серьезно говорю, что отказался.
— Спасибо, Эрвин. — И Карл крепко обнял приятеля.
— Обер-лейтенант, скажите, а что это за самолет «Юнкерс-88»? — заинтересовался Ганс Хенске, которому после Польской кампании вместе с Руди Шмидтом присвоили лейтенантское звание.
— Пикирующий бомбардировщик, но главное его преимущество — радиооборудование. Оно позволяет бомбить в любую погоду. Ну, зададим теперь мы французам и «томми»! [38] —
38
«Томми» — кличка английских солдат.
Руди очень жалел, что слишком быстро закончилась Польская кампания и он не успел заслужить Железный крест.
4 марта 1940 года Гитлер собрал совещание высших чинов армии, флота и ВВС. Приглашенных доставили в «Вергхоф» — личную резиденцию фюрера, прозванную «логовом дракона». Отсюда, с вершины Баварских Альп, он управлял страной. Здесь «сверхчеловек» в одиночестве мечтал о мировом господстве, сожалея, что жизнь так коротка. Здесь рождались его планы, которые они, приглашенные, были обязаны претворять в действительность.
Огромный лифт бесшумно поднял гостей по шахте, прорубленной в отвесной скале, на высоту более ста метров. Сопровождающий — штандартенфюрер СС пригласил всех в чайный домик «Адлерхорста». [39] Это было массивное, приземистое сооружение из стекла и бетона, окруженное мраморной колоннадой.
Все подходы к «Орлиному гнезду» и к лифту прикрывались пулеметными гнездами, в которых круглосуточно дежурили наряды эсэсовцев.
Когда генералы уселись вокруг большого полированного стола, Геббельс пригласил фюрера. Собравшихся предупредили, что всякие записи и пометки делать запрещено. Слишком важные государственные тайны им придется услышать сегодня.
39
«Адлерхорст (нем.) — «Орлиное гнездо».
Открыв совещание, Гитлер предоставил слово рейхсмаршалу Герингу, уполномоченному по четырехлетнему плану.
Пространный доклад был пронизан оптимизмом. Подводя итоги сказанному, Геринг произнес, повернувшись к Гитлеру:
— В результате шестимесячной передышки, полученной после Польской кампании, Германия успешно справилась с задачами, намеченными фюрером в его директиве по четырехлетнему плану. Я счастлив, что немецкая армия, ВВС и флот полностью готовы к войне. К войне готова и германская экономика, которая за четыре года отладила свои производственные мощности для массового выпуска военной продукции. Хайль Гитлер!
Следующим выступал начальник штаба ОКБ (верховного командования вооруженных сил Германии) Кейтель. Этот генерал с подчеркнутой прусской выправкой был самым близким к Гитлеру человеком из всех военных, собравшихся в «Орлином гнезде». Именно ему фюрер доверял свои сокровенные мысли. Кейтель ознакомил собравшихся с планами весенне-летней кампании войны сорокового года.
Вторым (после Польши) этапом блицкрига намечалась операция «Учение Везер» — быстрый захват Дании и Норвегии, чтобы защитить северный фланг от высадки английских войск в Скандинавии и овладеть морскими и авиационными базами для нанесения ударов по английским морским коммуникациям. Оккупация Норвегии и Дании гарантировала сохранение поставок железной руды Швецией, Экономисты подсчитали, что без нее Германия задохнулась бы через год войны.
И третий этап — фландрская операция — захват Бельгии, Голландии и Северной Франции.
Последним на
— Англичанам и французам дорого обойдется их безделье. Приказываю с рассветом 26 марта начать проведение операции «Учение Везер». Объявления войны Дании и Норвегии не делать. — Гитлер взглянул на Риббентропа. — Вручите их правительствам ультиматум о капитуляции не раньше чем за три часа до того, как наши войска начнут вторжение. — Внезапно Гитлер повысил голос, перейдя почти на крик. Ему показалось, что Риббентропу не понравились его указания. — Если наши худосочные дипломаты думают, что можно вести политику так, как честный коммерсант ведет свое дело, уважая традиции и хорошие манеры, — это их дело. Я провожу политику насилия, используя все средства, не заботясь о нравственности и «кодексе чести»… В политике я не признаю никаких законов. Политика — такая игра, в которой допустимы все хитрости и правила.
По ряду причин начало операции «Учение Везер» было перенесено на 9 апреля. Накануне из портов вышли главные силы кригсмарине и направились вдоль Скандинавского полуострова в Норвежское море. Линкоры «Шарнхорст» и «Гнейзенау» под прикрытием крейсеров и эсминцев были готовы отразить удар англичан, которые могли сорвать высадку морских десантов в порты Норвегии.
На рассвете 9 апреля на аэродромах базирования 5-го Воздушного флота началось необычное оживление. Шестьсот боевых самолетов готовились к нанесению ударов по объектам Дании и Норвегии. На такое же количество военно-транспортных самолетов загружались парашютисты-десантники генерала Штудета.
Чуть свет невыспавшийся германский посол в Осло прибыл в Министерство иностранных дел и потребовал в ультимативной форме немедленной капитуляции страны.
Не прошло и двух часов, как немецкий посол покинул здание Министерства, а в небе Норвегии появились «черные птицы» «коричневого рейха», с которых сначала посыпались бомбы, а затем парашютисты.
Дания капитулировала, не оказав почти никакого сопротивления. В Норвегии боевые действия продолжались до конца мая, затем англичане эвакуировали последние части 120 экспедиционных войск, высаженных на Скандинавский полуостров.
2-й Воздушный флот генерала Шперрле в операции «Учение Везер» не участвовал. Авиагруппа Келленберга, базировавшаяся на юге Германии в Оренбурге, перелетела в Аахен, город у стыка голландской, бельгийской и германской границ. Там Карлу фон Риттену и летчикам из их авиагруппы пришлось почти весь апрель и начало мая просидеть у своих самолетов. Дежурные экипажи часто поднимали на перехват английских самолетов-разведчиков.
Как-то пару фон Риттена — Хенске направили барражировать в зону над Ломмерсдорфом. День был хмурый. Низкая облачность прижимала их к холмистым отрогам Высокого Фенна. Приходилось быть предельно внимательным, чтобы пилотировать на малой высоте. Стоило чуть увеличить высоту полета, и «мессершмитты» начинали цепляться за облака.
— Командир, слева ниже на десяти часах [40] самолет.
Карл присмотрелся и опознал английский войсковой разведчик «лизандер». Этот верткий самолет отлично зарекомендовал себя в колониальных войнах, но для европейского театра военных действий явно устарел. Хотя «лизандер» значительно уступал им по скорости, но был намного маневреннее тяжелого «Мессерпшитта-110», и завалить его было не так просто.
— Зажмем в клещи, — решил Карл, — лишь бы он не ушел в облака.
40
Целеуказание в воздухе применительно к циферблату часов.