Компьютерный вальс
Шрифт:
Алекс понимающе улыбнулся.
— Спасибо. Я могу идти?
— Да, вот, возьмите ваш пропуск. Вот еще моя визитная карточка. Можете быть свободны…
— До свидания. Всего вам доброго!
— До свидания… Подождите…
— Да?
— Вы ничего не хотите добавить?
Алекс видел, что Валентина Игоревна слегка устала: испарина выступила на лбу и над ее верхней губой. Она откинулась на спинку кресла, а он снова сел на стул и вдруг увидел, как на свету от настольной лампы просвечивали сквозь блузку ее грудки, такие красивые и упругие, что у него просто захватило дух. Видны были даже соски, они чуть-чуть проступали сквозь лифчик и
— Ведь, правда? Скажите, вы с самого начала этого хотели?
— Вы… вы о чем?
— Об этом…
— Извините меня. Вы очень красивы и привлекательны. Но вы должностное лицо при исполнении… И я не могу же я…
— Иди сюда.
Это было сказано ясно и просто. И он, не смея возражать, встал, обошел стол и тихо приблизился к ней. Ее дыхание было ровным, а ее грудь равномерно подымалась и опускалась… Смотреть на это спокойно было выше его сил и он рискнул. Едва дотрагиваясь, он провел губами по ее щеке. От всего ее тела исходил приятный аромат. Затем он прильнул к ее губам, и их поцелуй длился долго-долго…
Вдруг она села на край стола и расстегнула блузку, а затем, подняв юбку до пояса, расставила свои восхитительные ножки и привлекла его к себе. А он, совсем уже не соображая и не думая, что делает, дрожащими от нетерпения руками начал расстёгивать пуговицу и молнию на своих джинсах, а она ловко помогала ему, и, достав его, ставший уже твердым, предмет, впилась губами в его губы и снова начала целовать его. Ее язычок проникал к нему в рот, лаская язык, зубы, десны… Это было так восхитительно… Одновременно она ритмично ласкала пальчиками его член, синхронно с движениями языка у него во рту. Тогда он провел рукой между ее ножек и обнаружил там маленькие трусики, которые ее закрывали лишь слегка. «Интересно, она что, так и ходит, в эту холодину?» — промелькнула несвоевременная мысль. Но тут она, подрагивая от возбуждения, простонала:
— Войди в меня… — и, видя его нерешительность, страстно добавила: — Трахни меня… скорее трахни!
И он, уже не в силах сдерживаться вошел в нее, просто отодвинув в сторону полоску трусиков, и легко заскользил вперед — назад, вперед — назад… Здесь она еще раз его удивила — сжала его своим лоном так плотно, как будто обхватила руками, после чего он еще больше возбудился. При каждом движении она запрокидывала назад голову и закусывала нижнюю губку, стараясь сдерживать стон, чтобы не услышали в соседней комнате, от которой их отделяла только тонкая стена, а он целовал ей ушки, шею, плечи грудь… Наконец, зажмурив глаза, и не в силах больше сдерживаться, она, страстно простонав, изогнулась всем телом, и тут же сдерживаемый в нем вулкан взорвался. Алекс даже не успел заметить, как набежавшая на него волна оргазма начала извергать накопившуюся в нем лаву. Этому, казалось, не было конца… Они испытали оргазм почти одновременно, и после, еще некоторое время, сладкие волны еще окатывали их.
Потом она утихла, а у него в голове возникла полная неразбериха. Наконец он смог выдавить из себя:
— Ну, что же ты со мной сделала… Ведь я теперь… Я ведь все время буду тебя хотеть… А у меня сын и не могу же я…
Но она снова полностью овладела ситуацией.
— Всё. Теперь уходи.
— Но подожди…
— Я сказала — уходи. Если будет
11
Минуло недели две, когда кто-то позвонил Алексу на работу. Вечером ему звонили редко.
— Саш, ты не мог бы сейчас прийти ко мне?
Этот голос он помнил надолго.
— Что с тобой? Ты плачешь?
Звонила Никоненко Валентина Игоревна, следователь. Только теперь в ее голосе не было ни металла, ни прежней уверенности. Она плакала и просила о помощи, и, судя по голосу, ей больше не к кому было обратиться.
— Мне очень плохо.
— Я «скорую» вызову.
— Нет, «скорая» мне не поможет. Приходи а? Я дома, адрес — улица Академика Варги, дом сорок квартира сорок семь. Там где почта… Код нацарапан у замка.
— Может, все же врача?
— Нет. Тут другое. Приходи.
— Сейчас выхожу.
Было уже почти девять часов. Алекс запер свой кабинет и бегом направился в сторону Ленинского проспекта. Ему повезло. Почти сразу подошла нужная маршрутка, где еще оказалось два свободных места. Он уже и не думал, что Автолайны еще ходят. Заплатив водителю, Алекс сел и стал смотреть на проплывающие мимо желтые фонари.
— Улица Варги, остановите, пожалуйста.
Водила кивнул, и Алекс стал вспоминать Валю. Никак по-другому он уже не мог ее теперь называть. После последней их встречи в транспортной прокуратуре прошла неделя, и встреча эта ему запомнилась очень хорошо… Из воспоминаний его вывел голос водителя:
— Улица Варги, кто просил?
Алекс чуть не проехал мимо. Вышел из такси, немного прошел вперед, и быстро нашел нужный дом. Над головой светилась вывеска — «ПОЧТОВЫЕ УСЛУГИ». «Раньше было бы просто — „почта“, а теперь, — „почтовые услуги“!», проворчал он про себя. Найдя подъезд, он набрал код и вошел внутрь. Подъезд оказался чистый, ухоженный, с консьержкой.
— Вы к кому, молодой человек? — оживилась бдительная консьержка.
Несмотря на свои тридцать два года, Алекс выглядел моложе. Он не растолстел, как многие его сверстники, быстро ходил и был, что называется, легок на подъем. Все старики его упорно именовали «молодой человек».
— Я в сорок седьмую квартиру.
— А, к Валечке. Проходите, проходите молодой человек.
Лифт был новый — антивандальный. При всем желании тут было трудно что-либо сломать или нацарапать. Кнопки и стены были не то стальные, не то из какого-то нержавеющего сплава. Однако и тут кто-то умудрился несмываемым фломастером написать грубое американское ругательство. В первом слове была ошибка. Покинув лифт, Алекс понял, что вышел не на тот этаж. На площадке было темно. Только на нижней и верхней площадке горели лампочки. Спустившись на один этаж вниз, он нашел нужную ему квартиру. Позвонил. Долгое время никто не отзывался. Алекс позвонил вторично. Тут сквозь дверь послышался какой-то шорох и знакомый, но тихий и какой-то придавленный голос спросил:
— Кто?
— Валь, я тут. Открой.
— Сейчас, — донеслось из-за двери.
Загремел замок, потом еще один, и дверь открыла Валентина. Как она изменилась! Прически не было, была спутанная копна каштановых волос. Видимо Валентина вымыла голову, но не высушила ее феном и даже не причесывала, а волосы высохли сами по себе. Она была закутана в махровый купальный халат с синими драконами, и молча смотрела на Алекса.
— Что с тобой? Можно войти?
— Проходи, — прошелестела она.