Композиция сердец
Шрифт:
Ноутбук мигнул, погружаясь в спящий режим. На черной поверхности экрана едва заметно отразилось мое лицо, обрамленное прядями, выбившимися из неаккуратного пучка. Стоит сказать спасибо маме, что она проигнорировала мой внешний вид, и не стала спрашивать о личной жизни.
– Может быть, небольшая передышка как раз то, что нужно, чтобы нащупать направление работы? – пробормотала я. – Попробуем найти позитив.
Глава 2
Утро тридцатого августа началось куда раньше, чем мне бы того хотелось. Ошалевший от летнего зноя город выживал под благодатными
Внизу на дорожном полотне виднелась тройка замерших машин. В сонную голову пришло глупое сравнение с попсовой группой, от которого вырвался смешок: рыженькая, черненькая и блондинка. Водитель “рыженькой”, подмятой с обеих сторон, активно жестикулировал, и орал на своих товарищей по беде, не прекращая щелкать телефоном и кому-то звонить. Светловолосая девушка, сидевшая за рулем белого матисса, в которого и влетел ругающийся мужик, явно побаивалась его реакции и закрылась внутри. Габаритный мужик из внедорожника, оказавшегося последним, возвышался образчиком невозмутимости, смоля сигаретку, отчего “рыженький” начинал брызгать слюной все сильнее.
Высунувшись из окна, я помахала рукой, привлекая внимание.
– Здравствуйте! Вызвать сотрудников полиции или скорую? Никто не ранен?
Шкафообразный водитель покачал головой, неожиданно светло улыбнувшись.
– Спасибо, девушка, ничего страшного не случилось! – крикнул он.
– Как ничего? Ты, мать твою, в своем уме? – заорал рыжий, потрясая кулаком. – У меня авто всмятку из-за этой овцы!
– Это всего лишь машина, дурья голова, – прогудел шкаф. – Радуйся, что обошлось без травм. И девушку не обзывай, нехорошо это.
Покрасневший мужчина казалось вот-вот был готов поймать сердечный приступ.
– Да представь, какие бабки на ремонт! Да она ж кредитная! Я сейчас своих людей подниму, и ты, ты! – он заколотил в стекло водительской двери матисса. – Ты мне все оплатишь, ты дура водить не умеешь, и другим людям гадишь!
Девушка в “беленькой” едва не заплакала, судорожно вцепляясь в руль. Рыжий, потеряв терпение, замахнулся локтем, чтобы ударить посильнее, как вдруг на него упала тень. Мрачный мужчина сгреб его за шиворот, отодвигая подальше от крошечного авто.
– Рот свой поганый закрой. Сам виноват, а спихнуть на девчонку решил? Я пересмотрел, что в регистраторе, так что это у тебя большие проблемы, дружочек.
Пока рыжий багровел, мужчина стоял между ним и чуть воспрявшей духом девицей. Смелости нападать на более сильного физически противника у скандалиста, похоже, не хватало.
– А, и ДПС скоро приедут, не переживай, – ласково добавил шкаф, и рыжий сдулся точно шарик, и уселся на бордюр.
Я оторвалась от зрелища и побрела умываться. К моменту, когда я успела сварить себе свежий кофе, картинка внизу приобрела дополнительные мазки в виде патрульной машины со включенными маячками и пары дюжих ребят в форме. Шкаф спокойно пожал им руки в качестве приветствия, сверкнув на миг алыми корочками удостоверения. Девушка нерешительно выбралась из салона, и неосознанно держалась поближе к рослому мужчине.
–
Горячий кофе обжег язык, сделав настроение еще на пару делений хуже. Омлет, выдерживая традиции неудачного утра, подгорел и отправился в мусорку. Злобно хрумкая свежим огурцом, я решила потратить оставшиеся у меня часы личного времени на отдых и мало-мальский уход за собой, чтобы восстановить душевное равновесие.
Ванна, щедро наполненная пеной, маска на лицо, и ненавязчивая музыка унесли меня прочь в мир ежедневно довольных собой девушек. Выбравшись наружу, я замоталась в мягкий халат, дав волосам сохнуть без фена. Лениво прошаркав тапки в виде забавных зайцев доставили расслабленное тело в объятия диванных подушек.
– Время для удовольствий, за которые стыдно, – щелкая пультом, я остановилась на разделе с мелодрамами.
Удобно устроившись, я приготовилась всласть порыдать на знакомой до последнего слова историей “Дневника памяти”, посвященной любви Ноя и Элли. Преданность, пронесенная ими сквозь годы, вопреки всем бедам и болезням, всегда заставляла мое сердце сбрасывать наросшую ледяную корку, и пропитывала надеждой. К моменту, когда на экране появились финальные титры, поверхность журнального столика успела пополниться приличным количеством скомканных бумажных платков. Шмыгнув носом, я начала прибираться. Зеркало в ванной продемонстрировало оглушительный крах уходовых процедур – опухшее от слез лицо.
Настойчиво запищал звонок. В поле зрения глазка стояла энергичная до безобразия Белла.
– Я слышу, как ты гневно пыхтишь, Ли-Ли, – пропела она. – Открывай уже.
Тяжело вздохнув, я дважды провернула ключ, и потянула ручку на себя, распахивая дверь. Первым в квартиру проник аромат дорогих духов, активно звучащих сандалом и розой. Следом показалась ладонь с идеальным маникюром классического алого цвета, которая подтолкнула створку, делая проход пошире. И лишь потом вплыла, иначе не скажешь, моя старшая сестра.
– Привет. Почему ты так рано, едва обед прошел?
Белла с неким недоумением осмотрела меня, задержавших на заплаканных глазах и покрасневшем кончике носа.
– И тебе привет. Я подумала, что тебе не помешает помощь с подготовкой и решила заехать пораньше, – нахмурилась она. – Что-то случилось?
– Нет. Просто грустное кино, – ответила я. – Проходи, не стой на пороге.
Замок щелкнул, на коврике осталась пара кремовых туфель на высоченном каблуке. Сестрица успела оказаться на кухне, изучая содержимое холодильника, и барабаня пальцами по белой дверце. Темные глаза пробежали по полочкам, блестя легким недовольством.
– Какой-то неширокий продуктовый портфель получается. Решила сбросить несколько килограмм? – бросила она. – Или проблемы с финансами?
– Ни то, ни другое, – опустилась я на стул.
– Так, все понятно.
Белла вытащила из клатча новенький смартфон, быстро исследуя какое-то приложение. Пару минут спустя, она опустила его на стол экраном вниз, и бросила на меня очередной недоуменный взгляд.
– Иногда мне кажется, что ты специально саботируешь все наши совместные начинания. Что было в прошлый раз? Неожиданно начавшийся грипп? Конференция в Москве? Я, право, не помню.