Комонс
Шрифт:
Четверг, 4 сентября, 1978 г.
Ул. Фестивальная, школа № 159.
Впереди длинный день.
Женька устал. Нет, очень устал. Нет, не физически, и не от ночных кошмаров, которые его «сосед по телу» непонятно называл «флэшбэками, хотя те и не давали нормально выспаться уже третью ночь. Больше всего изводила неопределённость и явное нежелание «партнёра» внятно объяснить – что, собственно, происходит. Что за чудовищная ядерная война будущего, которую они вдвоём должны предотвратить,
Нет, поначалу это было даже интересно. Да что там – это и сейчас интересно. Так интересно, что дух захватывает. Партнёр по сознанию (Женька называет его про себя «Второй») рассказывал поразительные вещи. Мир будущего, техника – роботы, вычислительные машины, умещающиеся в кармане, невероятные видеоигры, создающие эффект полного присутствия, мгновенная связь из любой точки мира… А о космосе ни полслова – «Нет, мы не летаем на Марс. И на Пояс Астероидов не летаем, и к планетам-гигантам». Да, и на Луну тоже…» А ведь Женька болел космосом – собирал научно-популярные книжки, выучил названия всех аппаратов, садившихся на Луну, Марс, Венеру. Раз десять пересмотрел «Москву-Кассиопею», представлял себя членом экипажа «Зари» – себя, ну и Миладку, конечно. Тоннами глотал фантастику, особенно братьев Стругацких – «Страна Багровых туч», «Путь на Амальтею», «Стажёры»… В книге полёт «Хиуса» к Венере состоялся в девяностых – совсем скоро… Когда об этом зашёл разговор, «Второй» усмехнулся (невесело, как показалось Женьке) и сказал: «У них есть ещё одна книга, из той же серии. Я её в десятом классе прочёл, значит, и ты тоже…»
Почему он – «тоже»? Можно ведь и раньше прочитать, только бы книжку найти. Как она там, «Хищные вещи века»? Необычное название, тревожное…
И всё же в таком сосуществовании немало плюсов. В первую, приключение – мало кто из фантастов писал о подобном, не говоря уж о том, чтобы испытать самому. Да и помогает взрослое сознание «Второго» изрядно, особенно в учёбе – Женька нет-нет, да и пользуется его подсказками. И отношение в классе стало совсем другим, и это за каких-то три дня!
Правда, его исключили из секции… но, может, оно и к лучшему? «Второй» так увлекательно рассказывал об историческом фехтовании: мечи, шпаги, алебарды, турниры – оказывается, в будущем Женьке предстоит достичь в этом немалых успехов, и это здорово, конечно… С его телом, мышцами, что-то происходит: несмотря на хронический недосып, организм полон энергии, она кипит в нём, подобно пузырькам в американской газировке «Пепси-Кола», что продают иногда в специализированном магазине «Байкал» близ метро «Октябрьская», и куда они с Астом уже пару раз катались. Сорок пять копеек за бутылку – дороговато, но ведь как вкусно!
Урока физкультуры Женька ждал с момента, как вышел из дома. И тем обиднее стало, когда Ритуля Дымшиц упала с «козла» и сильно ушибла ногу – так, что встревоженный не на шутку физрук скомандовал всем сидеть и ждать, а сам вместе с двумя девчонками повёл страдалицу в медкабинет на первом этаже. Ритуля охала, причитала, пустила слезу, повисла у провожатых на руках – ну вот,
– Пусти на минутку, а?
– Зачем? – недоумевает альтер эго. – Опять что-нибудь задумал?
– Да я так… – оправдываюсь. – Видишь, палки в углу? Хочу немного покрутить, запястья размять. И тебе, кстати, на пользу пойдёт. У нас на той неделе визит к «театралам», не забыл? Надо хоть немного поупражняться.
– А без обмена – никак?
– Ну… давай попробуем.
И мы пробуем. Женька пытается крутить «мулине», а я ненавязчиво «подталкиваю» его. И ведь получается! После нескольких попыток «реципиент» выдаёт нечто осмысленное, всего дважды задевает себя палкой по ногам.
– Гляньте, Бабай казаком себя вообразил, с шашкой! Потеха!
Женька оборачивается.
Это Ян Радзевич. Стоит шагах в пяти, ухмыляется – вызывающе, презрительно. Кто там рядом? Ну, конечно: Димон Якимов и Генка Симонов, Гендос. Ухмыляются, ждут развития событий.
…и дождутся ведь! Прости, Жень, это моя охота…
– Точно – с готовностью поддакнул Гендос. – Он у нас фехтовальщик, ща всех в капусту пошинкует!
«Щёлк-щёлк»…
Аст вскочил со скамьи, готов кинуться на подмогу. Я останавливаю его жестом – «сиди, Серёга, сам справлюсь». Потом меряю взглядом всех троих, останавливаюсь на Яне.
– А что, хорошая мысль! Может, и ты попробуешь? Так, чисто для разминки. Или слабо в коленках?
Ян стремительно бледнеет, вскакивает с лавки, хватает протянутую палку. Польская кровь – это серьёзно.
– Впрочем… – нагло ухмыляюсь, – а давайте втроём на меня одного? Ну, чтобы лишний раз не вставать?
Тыкаю палкой в сторону Гендоса и Димона. Якимов – крупный, рыжий, веснушчатый, на меня смотрит зло. Никак не может забыть вчерашнего унижения.
…вот и правильно, вот и хорошо, не забывай…
Внимание одноклассников уже целиком привлечено к нам четверым. Данелян пытается протестовать (старший, как же!) но его никто не слушает.
– Только уж я тогда возьму две. – добавляю. – Это справедливо, согласитесь. Правила простые: никаких тычков, никаких ударов в голову. – Пауза. – Впрочем, меня можете бить, разрешаю.
– А дурачком не боишься остаться?
Это снова Ян. Ну конечно, последнее слово надо оставить за собой.
– А вот сейчас и посмотрим…
Я не занимался специально ни филиппинским боем на палках, ни французским фехтованием тростью, ни ирландскими «бата». Зачем? Упражнения с «ролевыми» дюралевыми или текстолитовыми клинками ничуть в этом плане не хуже, да и с палками мы упражнялись предостаточно – и длинными шестами, и одиночными, и парными. К тому же, шпага с фехтовальным кинжалом-дагой – моя любимая дисциплина, так что левая рука поставлена прилично.
Но сейчас в подобных ухищрениях нет нужды. Это будет не схватка, а избиение младенцев, несмотря на то, что двое из троих крупнее и сильнее Женьки. Физические возможности альтер эго я представляю довольно хорошо, как передавать его мышцам свои, приобретённые в будущем, навыки – уже знаю. Противников с тем же успехом могло быть и пятеро, это ничего не изменит: в схватке они будут только мешаться друг дружке, и даже против средненького бойца ни единого шанса у них нет. А я, слава богу, далеко не середнячок.