Кометчики
Шрифт:
Хруст под чьей-то ногой подхлестнул его нервы. Он мгновенно повернулся и затем ухмыльнулся с потрясенным облегчением, увидев двух своих телохранителей, благополучно выбравшихся из этой неописуемой бездны и глядящих на смутное голубое мерцание в облачной тьме над головами.
— Эй! — громыхнул Хал Самду. — Это корабль.
— И вовремя же, мы спасены! — прохрипел Жиль Хабибула. — Знает дорогая жизнь, мы достаточно долго ждали, погибая в этой коварной стуже.
— Жиль, — позвал возбужденно Боб Стар. — Как вы здесь оказались? И что это за провал?
— Ах, парень. —
Гигантская сила Хала Самду подняла его на ноги. Слабо вцепившись в двоих мужчин, он почувствовал, что Жиль Хабибула рыдает от радости.
— Долго мы ждали, дружище. Смертельно долго…
— Провал? — Он пустым взглядом посмотрел на него, в то время как Жиль Хабибула оттаскивал его подальше от края. — Где мы?
— Это то, что осталось от тюрьмы. — Голос старого солдата был тонок от страха. — После того, как нападавшие забрали узника, с неба ударил красный свет — там, должно быть, находился их невидимый корабль. Стены под ним превратились в ничто. Сама земля превращалась в красное пламя и исчезала. Ах, дружище, этот жуткий провал — все, что осталось от тюрьмы, гарнизона и крейсеров Легиона, стоявших за стеной. Я не понимаю…
— Так он сбежал!
Боб Стар тяжело повернулся к этой чудовищной бездне, чувствуя себя слишком слабым даже для того, чтобы броситься в нее. Он подвел Легион, и последствия этого парализовали его мозг. Теперь ничто не имело значения. Он был пуст, равнодушен, и глаза его глядели на судорожные всплески пламени, вырывающегося в облаках из дюз.
— Он садится поблизости! — просопел Жиль Хабибула с благодарностью. — Кометчики бежали с узником, а все остальные погибли, но мы, по крайней мере, спасены.
— Скажи мне, — настойчиво прошептал Боб Стар, — как вам удалось выбраться?
— Нам и не удалось, парень, — ответил Жиль Хабибула. — Это узник пощадил наши жизни. Я даже не знаю, почему. Он сказал нам, что в действительности он — великий мятежник Орко, однако я полагаю, что ты об этом уже знал.
— Знал, — грустно ответил Боб Стар. — Я должен был убить его, если возникнет опасность его бегства. — Он всхлипнул, хотя и пытался сдержаться. — Но… я не смог этого сделать.
— Мы с Халом ждали тебя в коридоре снаружи. — По счастью, старик, похоже, не заметил его слез. — Внезапно мои старые нервы были потрясены жуткой тревогой. Зазвучала сирена, и на посты побежали полуодетые люди.
Большинство из них не добежало. Они падали, приятель, поражаемые тварями, которых даже не видели. И зеленый туман закрыл мои старые глаза. Я беспомощно упал вместе с остальными. Пожалуй, немного раньше остальных, ради спасения моей драгоценной жизни.
Хотя в то время, когда я цеплялся за свой старый помутневший рассудок, Хал и все остальные, похоже, уже ничего не видели. Я услышал лязганье замка и увидел, как поворачиваются эти огромные двери. Потом я услышал, как какие-то жуткие существа проникли внутрь, — я их так и не увидел.
Неожиданно
Узник показал на Хала и на меня, и что-то подняло нас — что это было, я не знаю. Однако нас вынесли из тюрьмы и бросили сюда, на эту мерзлую землю — не постелив покрывала или хотя бы куртки и не дав даже жалкого кусочка пищи.
Поблизости находился какой-то гигантский корабль. Ничего подобного я прежде не видел — да его и нельзя было увидеть, так как он был невидим, — но зато слышал гул механизмов и лязг открывающихся воздушных шлюзов. Мое бедное старое сердце едва не остановилось, когда узник заговорил со мной. Голос его звучал прямо напротив, хотя я и не видел его.
— Ты Жиль Хабибула, взломщик замков, — приветствовал он меня. — Поклон твоему знаменитому искусству. — Он засмеялся, однако мне это не очень понравилось. — Я думаю, мы с тобой братья.
Затем его голос почернел от ненависти.
— Я знаю, что вы, двое, — два ничтожных телохранителя того жалкого придурка, который называет себя Бобом Старом, — сказал он. — Я думаю, он вновь придет в сознание. Скажи ему, что я пощадил его еще раз — в награду за то, что он не убил меня.
Он засмеялся, словно это была грязная шутка.
— Скажи ему, что вы, трое, — единственные живые люди на этом континенте, — продолжал он. — Скажи ему, что до моря пять тысяч миль и девять тысяч миль паковых льдов до острова Виляр. Боюсь, ему не хватит жизни, чтобы добраться туда, но вполне хватит времени, чтобы пожалеть, что он не нажал кнопку.
Он не сказал, какую кнопку, парень. Однако он рассмеялся опять — это был страшно-гулкий смех из пустоты. И затем он сказал:
— Передайте Бобу Стару, что я исправлю допущенную оплошность в отношении его матери.
Потом он закрыл люк. Кто-то закричал, заухал — возможно, это были его новые друзья. Завизжал штурвал воздушного шлюза, зеленый туман заклубился, и корабль, который нельзя было увидеть, улетел — даже струи не светились.
Старый солдат задрожал.
— Это потому, что с неба ударил бледно-розовый луч света, я и предположил, что это был корабль. Луч прорезал облака и уперся в форт. Ужасное зрелище! Стены растворились в туман, искры и огненную пыль, и сама земля сгинула, и остался этот жуткий провал, уходящий вглубь планеты.
Жиль Хабибула вздрогнул.
— Ах, я, бедный! Кометчики — страшные враги. Я почти жалею, что этот корабль прилетел спасти нас. Если мы и покинем Нептун, то лишь для того, чтобы увидеть, как человечество будет уничтожено оружием, которого мы не знаем, и врагами, которых мы даже не увидим.
— Не говори так, Жиль! — Хал Самду грозно сжал гигантские кулаки. — Если мы выживем, то будем драться за Систему и за Хранителя Мира. Пошли! — Он нетерпеливо повернулся. — Мы должны отыскать корабль Легиона, прежде чем он улетит и оставит нас здесь.