Комбат
Шрифт:
«Он идет сюда, в прихожую!» – сердце девушки бешено колотилось в груди.
Наташа забилась в угол, прикрылась одним из пальто. Но стенной шкаф оказался настолько просторным, что оставалась уйма свободного места и прятаться в нем представлялось таким же безнадежным занятием, как играть в прятки в комнате, лишенной мебели.
И тут в полумраке Наташа увидела небольшой баллончик – рядом со щетками для обуви – какое-то водоотталкивающее средство.
Она осторожно нагнулась, пальцы ее коснулись холодного металла. Она сжимала баллончик так крепко, так в него верила, словно
«Только сунься, только сунься…»
Второй рукой она аккуратно сняла колпачок.
Вес баллончика внушал надежду. Значит, содержимое цело, лишь бы не подвела головка, ведь вместо веера брызг он мог издать лишь шипение.
Наташа выставила руку вперед, точно направив форсунку в головке баллончика в узкую щель, сквозь которую сочился слабый свет.
Пружина остановился перед зеркальным шкафом, полюбовался своим отражением. Еще не стар, хоть и начинает лысеть. Есть женщины, которые любят мужчин именно такого плана.
Полюбовавшись, он взялся двумя руками за створки, резко раздвинул их. Фонарик в это время преспокойно лежал на холодильнике, отбрасывая сноп света на покрытую мягкими обоями стенку.
«Получай!» – прошептала Наташа и сама на мгновение зажмурила глаза.
Пружина даже не успел понять, что произошло. Наташа нажала на головку баллончика, и едкая струя водоотталкивающего, смешанного с краской средства ударила Пружине в лицо – прямо в широко открытые глаза. Но ему не повезло вдвойне: это произошло как раз на вдохе. В горле запершило так, что Пружина зашелся кашлем. Слезы брызнули из глаз.
Но от неожиданности он остался стоять на месте, его лицо покрылось блестящей коричневой коркой.
«Жаль, что это не серная кислота» – мелькнуло в голове у Наташи.
Наконец ослепший Пружина вышел из столбняка, бросился вперед. Наташа ткнула ему в руки одно из пальто, сама же побежала к двери. Временно ослепший Пружина попытался поймать ее, но запутался в пальто. Проклятый ригель никак не поддавался дрожащим рукам девушки. Она рвала его изо всех сил, оглядываясь.
Ее спасло то, что Пружина испугался куда больше, он панически боялся, что его сейчас убьют.
Наконец-то раздался щелчок. Она толкнула тяжелую дверь плечом и выбежала на площадку. А Пружина, уже поняв по ее вскрику, что рядом с ним женщина, тянул к ней руки. Дверь больно ударила его па пальцам. Он взвыл, а Наташа, перепрыгивая через две ступеньки, помчалась вниз, только стучали по бетону ее подкованные металлом каблучки до эхо раздавалось в пустом подъезде.
Выскочив на крыльцо, Наташа выронила ключи, но быстро нагнулась, подняла их и бросилась в подворотню. Но тут как назло туда завернула с улицы машина, ослепив ее фарами.
Девушка могла поверить сейчас во все, что угодно, даже в то, что за ней охотится весь город. Пригнувшись, она побежала по внутридворовому проезду, продралась сквозь кусты и затаилась, присев за скамейкой. Другого выхода из двора не было.
"Ну все, – подумала она, – теперь мне конец!
Отбегалась, отпрыгалась, отпелась, отплясалась…" – и вжала голову в плечи.
Во двор спокойно заехало такси
Она дождалась, пока дверь подъезда Андрея Рублева открылась, и на крыльце показался Пружина с чемоданчиком в руках. Он щурил подслеповатые слезящиеся глаза, размазывал по лицу носовым платком коричневое средство для обуви. Чуть ли не ощупью добрался до своей машины и тут же выехал со двора дома, где ему, наверное, впервые в жизни так обидно не повезло.
Наташа просидела за лавкой еще с полчаса.
Убедившись, что таксист поджидал не ее, а увез пассажиров, убедившись, что грабитель не возвращается, она рискнула выйти в арку. На улице никого подозрительного не обнаружилось, и девушка беспрепятственно пробежала два квартала.
Запыхавшись, она остановилась возле ночного ларька, торгующего жевательной резинкой, сигаретами, презервативами и разведенным спиртным в жестяных банках. Купила пачку сигарет и выкурила две без перерыва.
«Нет уж, к черту! Мне такие приключения не по нутру. Еще немного и я бы умерла от разрыва сердца».
Немного успокоившись и убедившись, что ее жизни больше ничего не угрожает, Наташа двинулась к метро. Вновь возле нее протекала обыкновенная, спокойная жизнь. Никто никому не угрожал, никто никого не преследовал. Она еще точно не решила, что станет делать теперь.
Ей хотелось одного: добраться домой, выпить немного спиртного, лечь и успокоиться. А там видно будет.
«Лучше бы уж я купила бы не сигарет, а банку джина с тоником».
Дорогу от метро до дома своей тетушки она прошла пешком, полагая, что прохладный воздух и дождь остудят ее разгоряченное воображение. Но на самом подходе к дому она замедлила шаг.
«Принесла нелегкая!»
Въехав двумя колесами на бордюр, стоял забрызганный грязью «фольксваген-гольф» с тем самым номером, что и во дворе дома Андрея Рублева. Наташа остановилась. Она все еще сомневалась. Но когда увидела сквозь стекло на заднем сиденье знакомый кожаный чемоданчик, а на дверной ручке следы средства для обуви, у нее потемнело в глазах. Она опомнилась только когда оказалась на другой стороне улицы под прикрытием подворотни.
«Нет уж, домой я не пойду, хватит с меня!»
Девушка увидела подъезжавший к остановке автобус и успела-таки догнать его в самый последний момент, когда тот закрывал дверь.
Она уселась на скрипучее сиденье у окна и смотрела на застывший возле ее дома белый «фольксваген». Когда же тот исчез за поворотом, она принялась перебирать в уме адреса своих подруг и знакомых, способных приютить ее на какое-то время.
Глава 13
В последние два дня бандиты оставили Андрея Рублева в покое. Это произошло после того, как он под угрозой приставленного к виску пистолета позвонил в банк и наплел черт знает что об инфаркте, случившемся с его братом. Как злился на себя Андрей, когда говорил в трубку о том, как плохо сейчас комбату!