Командировка

Цеханович Борис Геннадьевич

Как это не странно, но Пауль ещё очень сблизился с моим солдатом Борей Анпиловым. Солдат был положительный и добросовестный. В один из пиковых дней сломался трактор «Беларусь» на разгрузке картофеля. Прибежали мастера с ремонтной бригады, бились над проблемой около часа, но не могли понять в чём дело. А Боря со стороны посмотрел на это и не только подсказал

причину поломки, но и тут же её исправил, чем немало удивил уже опытных и дородных ремонтников. Всё это увидел и председатель кооператива. С моего разрешения он его забрал в ремонтную мастерскую и там он и остался до конца нашей работы ремонтировать технику. Пару раз, опять же с моего разрешения и великой просьбы Пауля, Боря садился за руль колёсного трактора и с удовольствием возил картошку с полей к нам, на сортировочный пункт. Анпилов был призван в армию с деревни, окончил восьмилетку и до армии работал в колхозе трактористом. Поэтому он так хорошо и разбирался в технике.

И мы тоже пахали на своём участке как черти – азартно и весело, удивляя немцев, непривычных к таким штурмам и к такому темпу. Немцы привыкли работать спокойно, размеренно и качественно. Были дисциплинированы и соблюдали все писанные и неписанные правила немецкой натуры. Один раз наблюдал, как немцы ставили столбы освещения. Вот они собрались и стали его подымать. А в одиннадцать часов у них полдник на тридцать минут. А тут раз и 11:00. Работы то осталось на пять минут… Русские поднатужились и уложились бы в три минуты, но столб закончили ставить. Нет. Немцы опустили столб на землю, перекусили и после полдника вновь стали подымать столб.

Есть у них нормы. И если в норме написано для немецкого мужика 6 тонн нагрузки на день. Эти 6 тонн можно перенести за половину дня. Нет… Положено за день… и немец растянет эту работу на день.

И эту нашу работу немцы просчитали на три месяца, а мы сделали за двадцать четыре дня. Чем очень гордились.

За несколько дней до окончания работ и убытие в полк, ко мне подошёл озабоченный Циммерман.

– Борис, за такую ударную

работу, какую вы показали нам, на правлении мы решили поощрить тебя и твоих солдат. Сколько денег выделить на тебя для премирования и сколько на каждого солдата? Анпилова я хочу поощрить отдельно…

– Ну…, – предложение было довольно неожиданное и о таком варианте даже не задумывался, поэтому задумчиво тянул и тянул, – нуууууууу……

Восприняв моё неопределённое мычание, как посыл к конкретике, Пауль сделал предложение: – Тебе, Борис, две тысячи марок. Как? А вот с солдатами мы не знаем…

– Нуууууу…, – тональность моего мычания сразу же повысилась, а мысли лихорадочно заскакали.

– Чёрт побери… Две тысячи… Конечно отлично. Это ж практически «Волга». Ну, ладно не «Волга». Хотя… можно и «Волгу»…

Мигом и сразу вспомнился прошедший отпуск и заместитель моей матери высокий и представительный армянин. Он пришёл в один из вечеров к нам в гости, выставил на стол армянский коньяк, а когда выпили, он значительно постучал пальцем по столу и сказал: – Борис, когда ты пригонишь в следующий отпуск из Германии ГАЗ-24, я приду к тебе и выложу на этот стол пятнадцать тысяч рублей и молча заберу ключи от машины…

– Мммммм…, завлекательно. Но ведь если узнают в полку… Это ж будет задница. Меня ж будут полоскать на каждом совещании, а могут и под жопу дать.

Я ни как не мог решиться, а Пауль посчитав, что мало предлагают, назвал следующую цифру, ввергнув меня в ещё большее волнение: – Мало..? Так давай пять тысяч марок…

– Ууууу, ёб… тв…… ПЯТЬ ТЫСЯЧ МАРОК – это ж моё денежное содержание за семь месяцев… Блядь, ведь в полку потом скажут – Не по чину прапорщик взял… И заставят ещё отдавать. Это в лучшем случаи… Блин, но ведь хочется… Как много можно чего будет купить на эти, надо сказать, честно заработанные деньги… Жену одеть как конфетку, самому одеться, подарков накупить близким. Эту сраную «Волгу» взять и заплатить за перегон…

Конец ознакомительного фрагмента.