Командир
Шрифт:
– Вот ещё, – фыркнула Лика, – всяким хмырям есть готовить. Пусть заслужат сначала.
– А ты выбери того, кто заслуживает, – ответил отец.
– Ну и выберу… Тебе подлить ещё, пап?
– Давай.
– Кстати, о хмырях, – через несколько минут сказала Лика. – Мы с Витей сходим в бестиарий, ещё на прошлой неделе договаривались. Нас обещали провести поближе к зверям, показать тех, которых ещё не выставляли.
– Вы там смотрите, руки в клетки не суйте, – предупредил Александр.
– Обижаешь,
– Ох, наглец, бери ТТ.
– Ага, ну мы пойдём тогда, время уже.
– Идите-идите.
– Пап, ты тут сложи тарелки в раковину, пожалуйста, я потом всё помою, отдыхай, – напоследок сказала Лика.
Бестиарий, или зоопарк по-простому, сам по себе не впечатлял. Особенно с чёрного входа. Обычный коровник, и дерьмецом так же тянет. Обитая тканью дверь открылась наружу, высунулась удивлённая мордочка в кепке.
– Чиня, ты, что ли? – спросил Виктор. – Давай открывай уже.
– Ага, заходите, только по-быстрому, пока никто не видит.
Внутри сперва тоже ничего особенного не было: обычный коридор, заставленный хламом. Мелкий губастый паренёк с маленькими глазками провёл молодых людей сначала в широкий холл, а оттуда в просторный загон, разделённый на секции вмурованными в стены и потолок решётками. Обитатели клеток явно не отличались спокойным нравом и не всегда желали покорно сидеть взаперти.
– Это наш Боря, уже к спячке готовится, – сказал Чиня.
Боря был тихо спавшим посреди клети мишкой. Его можно было принять за зелёно-коричневый валун полутора метров в высоту, если б не мерно опускавшийся и поднимавшийся бок. И звук дыхания – будто огромная газовая горелка то загорается, то затухает.
– А это Лимбо, ему рога недавно подпилили, а то уже в загоне не помещался.
Лимбо оказался гигантским сохатым с огромными, размахом метра в полтора, рогами. Он флегматично пожёвывал сено и рассматривал людей.
– А можно его покормить? – спросила Лика.
– Угу, – Чиня порылся где-то в углу кормушки, достал бумажный свёрток. – Вот, хлеб с солью. Дай ему.
Лика просунула руку сквозь прутья. Лимбо так же невозмутимо слизал с её ладони лакомство. Лика ещё успела погладить его по влажным мясистым ноздрям.
– Ой, какой нос мокрый, – сказала она, вытирая руки бумагой. – Пошли к бестиям.
– Да погоди ты, тут тоже много интересного, – возразил Виктор.
– Как будто в лесу таких животных не видел.
– В том-то и дело, что не видел. Иначе они были бы здесь или того… в разделанном виде.
– Ну давай.
Эта часть бестиария и впрямь напоминала зоопарк. Тут были и туры с зубрами, и даже два бизона. Все огромные, больше двух с половиной метров от копыт до горба.
– Вы им ничего не давайте, – сказал Чиня, – кормили совсем недавно. Проглоты ещё те.
Если псовые были представлены только одним видом, то разновидностей хищных кошек было несколько. Из крупных были львы, леопарды и ещё барсы. Хотя на взгляд Виктора барс от леопарда ничем не отличался, только хвост у первого был чуть длиннее и пушистее.
– У нас леопарды почти не водятся, вот к югу их полно, а у нас в основном львы.
Виктор присел посмотреть на льва, тот лежал в царственной позе и недовольно косился на посетителей, но до выражения недовольства грозным рыком или бросанием на клетку не снизошёл. Умный. Если ты не можешь ничего сделать – прими свою участь с достоинством.
Шерсть льва была тёмно-зелёной, почти чёрной. Вокруг шеи не грива, а пучок жёстких волос. В углу, свернувшись клубком, спала его львица. Прямо как домашняя кошка, если бы не была длинной метра в три, не считая хвоста. Удивительно гибкая она, для своих размеров. Виктор отошёл от клетки, решил попусту не злить пойманного льва.
А вот мелких кошек было великое множество: кроме рысей здесь были лесные коты: кот-рыболов, кот-медоед, болотный кот. Они отличались друг от дружки формой челюстей, формой глаз, телосложением. Виктор с Ликой даже не думали, что кошки могут быть такими разными и… оставаться кошками. Некоторые звери игрались друг с другом, кто-то надменно сидел на ветке, кто-то точил когти об эту самую ветку, но все они пристально наблюдали за человеком. Умные.
– Ну теперь-то можно идти к бестиям? – устало спросила Лика.
– Теперь можно, – ответил брат. – Чиня, отворяй.
– Угу, давайте за мной, только недолго и ничего не трогать.
– Успокойся, всё помним: два целковых и две банки сгущёнки, с тебя полчаса экскурсии.
Чиня подошёл к могучей металлической двери, зазвякал ключами, поднатужившись, открыл.
Внутри было заметно прохладнее, чем в остальном загоне. Окон не было, но воздух был подозрительно свеж, как после грозы.
– Тихо тут, – шёпотом сказал Чиня и ткнул в толстое стекло террариума. – Вон, видите, это рыкуны.
Виктор с трудом разглядел в подстилке из травы и опилок пять комков размерами побольше кролей.
– Спят они. Завтра их потрошить повезут. Трапперам повезло – целых пять штук добыли. Сезон спаривания у них был, что ли, вообще-то они животные-одиночки. А из их желёз на Внешней Земле лекарства делают, от всех хворей помогают. А если здоровый человек их примет, то сразу пять лет себе сбросит.