Командир
Шрифт:
— А в Казани? Знаете, два раза — и рядом случайно оказываюсь я, а если будет третий раз? Меня просто может не оказаться рядом!
— Вот за этим я и пришел, что вы скажете о работе телохранителя? Насколько я успел разузнать, квартира не ваша, вы ее снимаете, а я могу предложить хорошую сумму за ваши услуги, — сказал он, пристально глядя на меня.
Несколько секунд я с недоумением смотрел на него, а потом захохотал. Отсмеявшись, спросил насупившегося гостя:
— Эдуард Константинович, вы польский фильм смотрели? «Сара», кажется, так там очень
— Ну и хорошо, — с облегчением ответил он с посветлевшим лицом; видно, этот разговор тяготил его.
Он довольно прохладно распрощался со мной. Проводив его до двери и закрыв за ним, с улыбкой вспоминая прошедший разговор, я продолжил прерванное занятие.
— Ну вроде все, — сказал я, оглядываясь. Проверив все еще раз, оделся и, захлопнув за собой дверь, поскакал по ступенькам вниз, насвистывая на ходу песню велосипедистов.
— Кирюша, ты надолго? — спросила меня Таисия Викентьевна, оторвавшись от газеты.
— Да вот вызвали. В командировку отправляют в соседний город. Так что скоро не ждите.
С пожеланием доброго пути я вышел на улицу. Укутав шарфом подбородок от пронзительного морозного ветра, спокойно пошел в сторону супермаркета, посверкивающего вывеской, и на первой же попутке доехал до одной из своих резервных квартир.
Доработал остальных я в течение двух недель, оставив самого жирного напоследок.
Моей последней целью был депутат Верховного Совета Российской Федерации, послушная собачка в руках штатовцев.
Полная проработка операции заняла у меня почти пять дней, я пытался найти хоть малейшую лазейку в его охране, но охраняли его фэсэошники, усиленные спецами из антитеррористических подразделений. Охрана была усилена по одной причине — они знали, что депутат Маркелов был моей следующей целью, так как я сам сообщил об этом, написав на сайте Стрелка.
Это не была блажь или что-нибудь подобное, нет. Они должны не только знать, за что я их уничтожаю, но и ощутить все прелести загнанного зверя, на которого ведут охоту. Именно такими и стали пятеро последних в моем списке.
Я сам решил так, и первую цель уничтожил играючи, так как спецслужбы не особо старались охранять этого правозащитника.
А вот охрана следующих уже была проблемой, так как учла все возможные мои ходы, но я находил лазейки, пока не дошел до Маркелова, и вот здесь я споткнулся. Его охрана была просто великолепна.
— Товарищ майор, у нас вызов, спрашивают вас! — окликнул майора Васильева растерянный сотрудник отдела связи.
— Кто вызывает? — остановившись, безразличным тоном спросил майор. Так как голова Васильева была забита мыслями о Стрелке, то и ответ оказался неожиданным:
— Он представился Стрелком.
— Что-о-о?! Немедленно в аппаратную! — Майор ринулся в спецотдел, но окрик сотрудника остановил его.
—
— Не понял? — остановился в недоумении Васильев, взявшись за ручку двери в аппаратную.
— Стрелок звонит, пользуясь номером вашего мобильного.
Достав из кармана телефон, майор активировал его и, послушав ровное гудение ответа станции, отдал мобильник сотруднику со словами:
— Капитан, проверь, — и вошел в аппаратную.
Вместе с капитаном они подошли к помаргивающей лампочками аппаратуре, за которой сидели четверо парней.
Чуть помедлив, майор взял трубку и хорошо поставленным голосом произнес:
— Майор Васильев у аппарата!
Орех никак не желал разгрызаться; мучаясь и перекладывая его с зуба на зуб, я слушал пощелкивания на линии. Наконец после очередного сжатия что-то хрустнуло, правда, я сперва не понял что, то ли зуб, то ли орех. Выплюнув треснувший орех на ладонь, я вытащил ядрышко и, закинув его в рот, стал пережевывать, а скорлупу бросил в вазочку, когда наконец услышал:
— Майор Васильев у аппарата.
— У какого именно? У телефона или вашего спец-оборудования, что вам привезли из Германии? — полюбопытствовал я, доставая из фарфоровой розочки очередной орех.
— Хм, вам это так интересно?
— Да не особо. Я к чему звоню-то, у меня очень много информации, которая может вам помочь. — На этот раз орех я раздавил щипцами.
— Какая информация? Может, она нам не нужна? — поинтересовался майор.
— Ну смотрите сами, я перечислю, а вы выберете… и кстати, меня вы вычислить не сможете. Для этого вам просто не хватит времени, мои спецы утверждают, что на это вам понадобятся месяцы и другая аппаратура. Ваша уже устарела, — сказал я, любовно проведя рукой по открытой крышке небольшого чемоданчика, куда вели провода трубки, которую я держал.
— Я вас слушаю, — ответил майор.
— У меня очень много информированных агентов, так что я знаю практически все. Маньяки, террористы…
Я быстро пробежался по всем данным, что записал с Михасем, и сейчас, закончив перечислять их с экрана ноутбука, щелкнул мышкой, отправляя файлы на номер ФСБ, пользуясь также номером телефона майора.
Васильев, сидя в кресле, быстро пролистал файлы, которые только что пришли, и спросил:
— Это все?
— А вам что, мало?! — возмутился Стрелок.
— Ну-у-у…
— А, понятно. Да не вычислите вы меня, я же говорил, и, кстати, голос, который вы записываете, тоже не мой!
Майор с изумлением услышал, как взрослый мужской голос с легкой хрипотцой сполз до детского мальчишеского.
Я прокрутил колесиком обратно, возвращая прошлый голос на место, и спросил майора:
— Так вы будете спрашивать, зачем я убиваю этих ублюдков?
— А зачем, на вашем сайте все подробно прописано. У меня приказ поймать вас, а не обсуждать ваши дела, — ответил майор.