Команда

Иванов Дмитрий

Между тем в больнице бурную деятельность развил Шамиль Касымов. По случаю выходных там находился всего один дежурный врач и две медсестры. Касымов трезво просчитал создавшуюся ситуацию и понял: штурм неизбежен. Поэтому вместе со всем своим немногочисленным персоналом главврач занялся срочным разбором завалов в подвальном помещении. Туда он решил эвакуировать всех больных, а также беременных женщин на сносях. Слава богу, таковых было немного.

Отец Алика, Куренной-старший, пластом лежал

под капельницей. Касымов присел рядом, коснулся его руки. Куренной открыл глаза.

– Ты чего это в субботу прискакал? – спросил он.

Мужчины давно и хорошо знали друг друга.

– Так надо, – ответил главврач.

– Ко мне вызвали? Плохи мои дела?

– У всех у нас дела неважнецкие, – ответил Касымов. – Ты только не психуй, ладно? Я тебя сейчас введу в курс дела.

Выслушав главврача, Куренной сделал попытку привстать.

– Лежать! – прикрикнул на него Касымов. – Не создавай мне лишних проблем. Их у меня и так выше крыши.

– Шамиль, как там мои, не слышал? – слабым голосом спросил Куренной.

– Нет. Но пока все спокойно. Не стреляют.

– Позвонить домой можно?

– Нельзя. Телефоны не работают. Отключены. Я тебя сейчас в другое место переведу. На время.

– Зачем?

– Так надо.

Куренной снова закрыл глаза, почувствовав непреодолимую слабость.

Главврач втащил в палату каталку и с величайшей осторожностью переместил больного на нее. Потом, отдышавшись, пристроил на каталке капельницу. Затем он вывез каталку в коридор, впрягся в нее и потащил за собой в подвальное помещение.

За поворотом путь Касымову преградил Ильяс.

– Поворачивай назад! – сказал он, поигрывая автоматом.

Он понял, что главврач переводит больных в наиболее безопасное место, а это никуда не годилось. Кого же тогда выставлять в окнах в качестве прикрытия?

– Дайте пройти! – раздраженно сказал Касымов.

– Ты что, плохо слышишь, доктор? Давай назад, я сказал!

– Не могу. Человек умрет.

– Значит, такова воля Аллаха! – покачал головой Ильяс.

– Здесь я командую! – отрезал Касымов и сделал шаг вперед.

Прозвучала короткая автоматная очередь. Пули вспороли деревянный пол у самых ног Касымова.

– Ну шагни еще! – прошипел Ильяс.

Лицо главврача стало мертвенно бледным. Он помедлил секунду и двинулся вперед, глядя прямо в глаза боевику. Ильяс отступил к стене и замер, прожигая ненавидящим взглядом спину уходящего по коридору

Касымова.

Али-хан строго-настрого приказал не трогать врачей. Они могли понадобиться в любую минуту. Ведь эти ненормальные, верные своей клятве, бросались на помощь всем без разбора: и своим, и чужим.

Ильяс в бессильной злобе скрипнул зубами. Сейчас ему не удалось настоять на своем.

Но, когда будет нужно, он за волосы вытащит спрятанных пациентов из всех щелей.

Ночь как назло выдалась ясная. Огромная луна, повисшая над городом, ярко освещала притихшие улицы.

Андрюха Тюменев и Людка Швецова осторожно пробирались к зданию управы, прячась в тени домов. Людка несла в руке пластиковый пакет, в котором лежал выстиранный и тщательно отглаженный российский флаг.

– Стой! – вдруг шепнул Тюменев и схватил Людку за руку.

Они прижались к стене.

– Что? – спросила Людка.

– Смотри! Видишь?

На ступеньках управы, негромко переговариваясь, сидели два вооруженных боевика. Они охраняли боеприпасы, сложенные в здании, о чем “Команде” не было известно.

– Облом! – Людка прикусила губу. – Чего они тут расселись?

– А я знаю?

– И что теперь делать?

Подойти к управе было невозможно. Прогонят наверняка, а то еще и подстрелят сдуру. Швецова задумалась, прижимая к груди пакет с флагом, а потом вдруг что-то горячо зашептала Тюменеву на ухо, будто боевики возле управы могли ее услышать.

– Ты что, сбрендила? – отшатнулся Андрюха.

– Да все получится! Вот увидишь!

Два боевика продолжали свою неторопливую беседу и вдруг разом примолкли.

По пустынной улице, залитой серебряным светом луны, к ним приближалась стройная фигурка. Девушка шла, нарочно поигрывая бедрами, и ее вызывающе выставленная вперед грудь подпрыгивала в такт шагам.

В раю моджахедов ждали, конечно, соблазнительные невинные гурии, но обещанный рай был где-то далеко, а тут прямо к ним шла земная радость.

Людка, остановившись в двух шагах от замерших боевиков, сказала нарочито томным голосом:

– Мужчины, у вас сигаретки не найдется?

Боевики продолжали молча пялиться на нее.

– У тебя есть? – спросил, наконец, первый боевик у второго.

Второй, на счастье, оказался курящим. Он сбросил с себя оцепенение и торопливо похлопал по карманам. Сигареты нашлись, и он протянул

Швецовой пачку. Людка долго выуживала сигарету, неторопливо размяла ее в пальцах и только потом спросила все так же томно:

– А огонька?

Чиркнула зажигалка. Прикуривая, Людка краем глаза увидела, как за спинами боевиков Андрюха крадется к дверям управы. Вот он приоткрыл дверь, бесшумно проскользнул внутрь, и дверь за ним закрылась. На этот раз, к сожалению, с предательским скрипом.

Швецова вздрогнула. Оба боевика мгновенно обернулись на звук. Однако было уже поздно.

– Спасибо, – сказала Людка, но не тронулась с места.

Табачного дыма она на дух не переносила и с трудом удержалась от кашля.