КОМ 3
Шрифт:
Только вот Серго немного ошибся с высотой. И, наверное, именно это нас и спасло. Лично я успел увидеть только с визгом разбегающиеся от подсвеченной голубой линзы бассейна женские фигурки в полосатых купальных костюмах, как в нас полетело. Что полетело? Да всё! Вообще всё! Воздух пронзили несколько пулемётных очередей. Нас с Иваном качнуло. Я врезался в князя и вцепился в него рукой, уже на автомате поставив щит, в который немедленно врезалась огромная ледяная сосулька. По-любому — Дашкина работа!
— Валим! — от громового рева Сокола у меня заложило уши.
Но
— Вверх! Вверх давай!!! — Еще один бешеный крик Ивана, и нас рывком, прямо с черепицы крыши, дёрнуло в небо.
Вслед полетели пулемётные трассера и заклинания. Сука, много заклинаний! Видимо, Бог, хранящий идиотов и пьяниц, был сегодня на нашей стороне, ибо наш совместный с женихом щит так ничего и не пробило.
Трещащая лебёдка затягивала нас с Иваном вверх. Заволоклись мы обратно в люк — лежим, отдуваемся. Пронесло ли, нет ли — непонятно. Машинку трясёт, как в лихоманке. И чую, скорость набирается. Вдруг — дрыг — дирижабль заложил крутой вираж. Хорошо, люк уже прикрыли! Так бы, как пить дать, туда снова и выкатились.
— Петя, чего там у вас? — прохрипел князь. Бат-тюшки, никак, голос сорвал?
— Нормально всё уже! Просто Серго, волколак наш пилотажный, хотел прям в универ лететь.
— Гениально! — нервно засмеялся я. — Там бы нас точно поджарили.
— Не говори… — просипел Великий князь. — Там такая защита… Это тебе не дамочек в домике охранять!
— Скажите спасибо, что у вас есть умный я, — не преминул похвалить себя Витгенштейн. — Братцы, а это, вообще, что было?
Иван сел прямее, с удивлением посмотрел на мято-жёваный букет в своей руке и бережно отложил его в сторону:
— Я так подозреваю, что охрана наш парашютный сюрприз восприняла предельно серьёзно. Как угрозу. Ну и… невесты наши и гости к стрельбе подключились.
— Кстати, господа, — Витгенштейн хохотнул, — такой пикантный момент! Вы оценили купальные костюмы?
— Петя, тьфу на тебя! — отмахнулся Иван. — Чуть жопы не поджарили, а ты про купальники… Реально, не до этого было! Знаешь, когда ты болтаешься на верёвке, как эта мексиканская пиньята, а по тебе лупят все кому не лень… Кстати, — он приосанился и протянул мне руку, которую я автоматически пожал, — спасибо, Коршун, опять ты мне жизнь спас. Если б не щит, та сосулина меня бы проткнула. Чёт затупил я.
Я свой поступок с этой точки зрения не рассматривал, поэтому не нашёлся, что ответить, кроме как:
— Да не за что. Будь здоров, не кашляй.
И тут Петро вдруг разразился залпом романтического настроения:
— Знаете, братцы! Я когда на вас сверху смотрел, когда сквозь сполохи и дым этот…
—
— Не перебивай! — строго поднял палец Витгенштейн. — Так вот, пар этот как два крыла за вами струился! — лицо у Петра сделалось максимально одухотворённое. — Я ещё подумал: летит амур наш, на крыльях любви! — тут он не выдержал и захихикал.
— Э! Купидон горэлый! — внёс свою лепту Серго.
Я смотрел в вытянувшееся лицо Великого князя и давил в себе гогот. Не додавил.
— Амур, ядрёна колупайка!
Как мы ржали, четыре дурня! Я себе руку отбил, стуча по дну гондолы.
Протерев слёзы хохота Сокол поинтересовался-таки:
— А мы куда, собственно, направляемся?
22. НА ФИНИШНОЙ ПРЯМОЙ
ОТЕЧЕСКИЙ РАЗНОС
— Петро говорит, в гараж надо лететь, — немного обиженно пояснил Серго. — Сдавать дирижабль, и уже потом в универ.
— Я так думаю, приключений нам на сегодня хватило, — выдал первую разумную фразу за эту ночь Петя.
— По-за глаза! — сразу согласился Иван.
Я хлопнул Серго по плечу:
— Давай! Веселей, залётные! Гони, братишка!
— Так гоню!
— Вот, берите пример с Багратиона, — похвалил я его. — Он сегодня самый молодец!
— Это почему это? — ревниво спросил Витгенштейн. — Я значит им…
— Именно! — не дал я Петру договорить, бодро скидывая десантные ремни. — Вы вона что! А Серго, кроме как стриптизёршу зарезал, вообще ничего не сотворил и не придумал! Молодец!
Дирижабль качнуло. Я обернулся — и уткнулся в бешеные глаза Серго:
— Нэ было стриптизёрши! Нэ было!
— Если не было, то ты вдвойне молодец! Вообще никаких стриптизёрш не зарезал, тем более, их и не было!
— Шуточки у тебя Илья! — Иван наконец распутал сбрую и снял с себя систему спуска.
— С кем поведешься, Ваня!
— Э-э, Петро, командуй давай, куда рулить?
— Пока правильно. А пока наш извозчик рулит, предлагаю… — Пётр хлопнул бутылкой шампанского.
— Гос-споди, откуда она у тебя? — Сокол схватился за голову. — Только прояснять начало!
— Не поверишь, она здесь была, под креслом пилота. Смотри: старая такая, в пыли вся… Наверное, с прошлого полёта осталась.
— Пей первый. Я подожду минут десять, если не окочуришься, присоединюсь.
— Скуш-шный ты Ваня!
И вновь ржали так, что по итогу Пётр подавился шампанским, пришлось по спине ему стучать. Ничё так, кстати, шампань оказалась, вкусная.
Как мы садились посреди гаража спецтехники — это особое приключение. Когда ты на своих двоих идёшь — кажется огромное поле, всякими машинками заставленное. А вот с неба это поле вообще маленькое, как платочек! Но… то ли Серго брал уроки управления дирижаблем, то ли он такой уникум от природы, Багратион мягко вывел нас прямо на центр гаража. Опустились. Привязали сигару дирижабля к каким-то монструозным броневикам и пошли на выход.