Колючник
Шрифт:
Кира глубоко вздохнула. С тех пор как она и трое ее друзей, Нильс, Лиза и Крис, оказались носителями Семи Печатей, многое изменилось. Отныне для двенадцатилетней девочки, какой она тогда была, стало в порядке вещей день и ночь опасаться нападений кровожадных демонов.
Ей до боли захотелось вновь почувствовать себя обычной школьницей, ну хоть еще разок, ну хоть только на сегодняшний вечер!
С другой стороны, разве обычные подростки стоят по ночам в саду и пялятся на луну в ожидании затмения? «А, плевать! — думала Кира. — Я — это я. Здесь и сейчас я хочу увидеть это чертово затмение. Немедленно!»
Задрав
Ночь выдалась звездная. На кусочке лунного диска, который еще был виден, отчетливо угадывался силуэт овеянного сказаниями Лунного Человека — теневое пятно на поверхности Луны, по форме напоминающее человека с вязанкой хвороста на спине.
Теперь девочка наблюдала, как быстро перемещается тень от Земли по лунному диску. Не прошло и десяти минут, как яркое ночное светило почти полностью исчезло с полога небес, лишь тончайший серп едва светился во тьме Вселенной.
Кира перевела дух и отступила к открытой двери террасы. Ей вдруг стало жутко не по себе. Магические Печати — наследство покойной мамы — непременно проступали в виде татуировок на предплечье при появлении в непосредственной близости адских существ. Но Кира и трое посвященных знали: Печати не только предупреждают, они как магнитом притягивают к себе слуг тьмы. С тех пор как друзья стали носителями Семи Печатей, они нигде не чувствовали себя в безопасности. Их повсюду могли подстерегать непредвиденные ужасы, их постоянно преследовал страх темноты и всего, что с ней связано.
Вот и сейчас обступившая ее со всех сторон чернота вызывала у Киры какие угодно чувства, только не безразличие. Тем не менее, если она хочет хотя бы иногда вести образ жизни, неотличимый от жизни ее обычных сверстников, надо смириться с определенным риском. Постепенно она свыклась с этой мыслью.
Слева от нее в кустах что-то зашуршало. Кира резко обернулась.
В голове мелькнуло: «Помяни нечистого…»
Да нет! Это был не нечистый дух и даже не кто-то из его приближенных.
Это был… Крис!
— Привет, — буркнул Крис. Одетый, по своему обыкновению, во все черное, он совершенно сливался с темнотой. Черными были даже его волосы. Сейчас они стояли дыбом, словно он бежал.
Кира с облегчением перевела дух:
— Фу! Ну ты меня напугал!
— Я звонил, но никто не отвечал.
— Ну конечно! Предохранители! Я же отключила электричество. Наверное, на них замкнут и дверной звонок.
Крис задумчиво разглядывал темень сада.
— А ты-то что тут делаешь? Без света, без электричества?
Кира вздохнула и показала на небо.
— Не знаешь, что сегодня лунное затмение? Я посмотреть хотела.
Яркий серп за это время так сузился, что его едва можно было разглядеть невооруженным глазом. Крис с сомнением несколько мгновений озирал небо, прежде чем нашел
— Угу-м-м! — довольно неопределенно отреагировал он, и прозвучало это не слишком вежливо (а Крис был весьма интеллигентным парнем — факт, который Кира с неохотой, но признавала). — Не вижу ничего особенно впечатляющего.
— А я вижу, — упрямо парировала она. Больше всего сейчас не хотелось, чтобы кто-то напоминал ей о том, что она особенная.
Хотя обычно Кире, конечно же, хотелось выделяться из толпы.
Если бы не мама — самая грозная охотница на ведьм, уничтожившая несметное количество приспешников ада и передавшая Кире эстафету, дочь не желала бы ничего другого, кроме обычной судьбы обычного подростка.
Но в глубине души девочка понимала, что это невозможно. Теперь-то она носительница Семи Печатей! Она острее своих друзей ощущала ответственность, которую налагали на них магические знаки.
— Ну как? Закончился концерт? — спросила она.
Крис неопределенно дернул головой.
— Ну, знаешь, до десяти еще было терпимо, потом их заставили убавить громкость, а там хоть удавись от скуки!
Да, вот еще один облом за сегодняшний вечер! Раз в год приезжают в Гибельштайн и дают рок-концерт на лугу у Южных ворот группы местных балбесов. Ничего особенного, но довольно забавно! Можно пообщаться, высмеять музыку и музыкантов, понаблюдать, как смешно выглядят ребята постарше, выпив пива больше, чем следовало. Короче, маленькие радости маленького городка. Но сегодня Кира отдала бы все, чтобы побыть среди людей и ни о чем не думать. Увы, сегодня у нее «фаза», как это называет тетя Кассандра. Ей хотелось завыть белугой, неважно, по какому поводу, пусть даже такому пустому и ничтожному, как пропущенный рок-концерт. Тетя понимала ее состояние и по-своему, возможно, даже сочувствовала, но билеты были куплены заранее, так что о переносе сроков похода в театр и речи не возникало.
— Что с тобой? Что-то не так? — во взгляде Криса промелькнула озабоченность.
— Так, ничего. Ерунда, сейчас пройдет. Не беспокойся.
— Если ты из-за этого концерта, то…
— Да нет, — отмахнулась Кира, — все путем. Правда.
С минуту казалось, что Крис собирается положить ей руку на плечо, дабы утешить. «Милый ты мой, — подумала Кира, — если б тебя сейчас увидела Лиза…»
Лиза была по уши влюблена в Криса. Это замечалось всеми, кроме самого объекта влюбленности. Крис, в свою очередь, строил глазки Кире, что отнюдь не вызывало у нее протеста, особенно нынешней безлунной ночью. Ей хотелось немного тепла и ласковых слов, хотя она не призналась бы в этом ни за что на свете.
Однако Крис так ее и не обнял, очевидно смутившись. Кира убедила себя в том, что это все равно выглядело бы неуклюже.
Если между ними в тот момент и проскочила волнующая искра, то тут же и погасла.
Тяжело вздохнув, Крис предложил:
— Пойдем в дом.
Кира посмотрела на небо. Никаких следов полной луны, как будто ее поглотила некая черная дыра, и теперь настает очередь ее самой, Криса, а там и весь мир втянется в гибельную воронку.
Тетя Кассандра в такие минуты пила настойку зверобоя, Кира же ограничилась тепловатой колой со стола в гостиной. У колы был привкус помоев.