Колючка для мажора
Шрифт:
Глава 1. Рита
Робко стучусь к декану. На первом же курсе в элитной академии нарваться на проблемы… Я с огромным трудом сюда поступила: здесь крайне редко предоставляют обучение на бюджете. В основном тут дети богатых родителей.
– Можно? – приоткрываю дверь, не дожидаясь реакции на мои стуки.
На меня уставляются сразу двое. Декан, которым оказывается довольно молодой мужчина и… Ещё один парень, который сидит напротив него. Тоже что-то натворил?
Застываю, неожиданно узнав его. Тот самый старшекурсник, о котором слава по
В жизни впечатляет ещё больше. Шатен с небрежно зачёсанными назад волосами, прожигающим взглядом, от которого хочется поёжиться, и очень внушительным телосложением. Явно завсегдатай спортзалов. Глаза такие тёмно-синие, что даже почти чёрными кажутся. И, конечно, эти татуировки… Футболка скрывает только ту,
– А ты у нас кто? – выводит меня из оцепенения требовательный голос декана.
– Юннатова Маргарита, – сглотнув, отвечаю. – Первый курс факультета рекламы и пиара.
– Аааа, драка, – понятливо кивает декан, и его взгляд мгновенно суровеет. – С тобой у нас будет долгий и серьёзный разговор.
Я как бы и не сомневалась. Учитывая, что семья этой Оли действительно из самых влиятельных и богатых не то что в городе – в стране. Ей ничего не будет за то, что провоцировала меня. Я долго терпела…
Вздрагиваю, неожиданно поймав на себе новый взгляд Льва. Более заинтересованный, лениво скользящий по всей моей фигуре. Этот наглый мажор ещё и усмехается чему-то.
– Мне садиться? – спрашиваю у декана, кивая на свободный стул рядом со Львом.
И хотя внешне не реагирую на него, внутренне не по себе от того, что мы рядом будем сидеть. Да, даже от такой незначительной фигни. Так уж этот парень влияет.
– Пока подожди, – отрезает декан. Как там его зовут? Вроде бы Матвей Давидович. – Ну что, Лев, мы договорились? – спрашивает сидящего перед ним парня.
Любопытный, кстати, у декана тон. Ко Льву он обращается вроде бы строго, но ощутимо сдержанно. Хотя парень с опасными и безбашенными замашками, о которых весь универ говорит; вроде как на постоянной основе должен быть здесь на ковре.
С другой стороны, он сын тоже каких-то крутых и влиятельных родителей. И те точно как-то связаны с Беляевыми – потому что их дочь, та самая Оля, периодически упоминает это. Вставляет чуть ли не в любой разговор обо Льве. Мол, можно считать, что она к нему ближе всех.
– Окей, – демонстративно зевнув, соглашается Лев. – Я услышал.
Декан кивает, добавляя, что надеется на это. А потом прощается с парнем, отпуская его. Он поднимается, снова глядя на меня. Прямо глаза в глаза. Шумно сглатываю… Невозможно не разглядеть этот любопытный блеск.
Я называла имя, фамилию и факультет. Лев это слышал, как и про драку. Поэтому, если любопытство у него не мимолётное, может запросто выяснить детали. Особенно, если поймёт, что тут замешана Оля Беляева.
М-да… Только таких проблем мне не хватало для полного счастья.
Ладно, надеюсь, этого Льва быстро отвлекут его обыденные дела вроде бесконечных тусовок, экстрима,
Наконец всё-таки двигается к двери. Правда, поравнявшись со мной, замирает настолько рядом, что у меня сердце пропускает удар. Дыхание тоже задерживаю. Не смотрю в сторону Льва, но чувствую его каждой клеточкой. Он так близко… Мы не соприкасаемся, но как будто бы да. У меня аж кожа покрывается горячими мурашками, и сознание плывёт. Улавливаю нотки его одеколона… Что-то морское. Непривычно. Не вяжется с его образом. Напрягаюсь всем телом. Просто жду, когда Лев уйдёт…
– Не такая уж смелая, – обжигает мне ухо насмешливый шёпот.
Мгновенно отмираю, вопреки ускорившемуся от мимолётного соприкосновения его губ с моим ухом сердцебиению. Резко впиваюсь в Льва взглядом, стараясь, чтобы тот был как можно более недовольным. И да, я при этом помню о его репутации. Но ничего не могу с собой поделать: стоит только кому-то бросить мне хоть какой-то вызов, я моментально принимаю. Показываю, что мне всё нипочём. Как бы ни дрожала внутренне.
А это был именно вызов. Каждой клеточкой чувствую. Декан многозначительно покашливает – кажется, наше со Львом безмолвное противостояние затягивается настолько, что это уже смотрится двусмысленно… Жар приливает к щекам, когда понимаю, насколько.
А Льву хоть бы что. Усмехается, резко впиваясь взглядом мне в глаза. Кивает чему-то – то ли своим мыслям, то ли даже мне – и наконец выходит.
– И что же мне с тобой делать, Юннатова? – тут же обращается ко мне декан. – Я еле отговорил Беляеву написать заявление в полицию. Мне не нужны проблемы. Но тебя обещал наказать по всей строгости. Теперь вот думаю, как.
Заявление она собралась писать… Вообще-то нарывалась на драку давно и сама – более того, и пощёчину мне первой дала. Ждала, что я буду терпеть, потому что «нищебродка», за которую некому вступиться?
– Вы же сами сказали, что была драка, а не избиение, – пытаюсь спокойно говорить, хоть для этого и приходится нещадно подавлять эмоции. – Да, неприятный инцидент. Но участвовали мы двое, это наши разборки.
– Тогда почему на тебе ни следов от драки, а на ней они есть? – не поддаётся Матвей Давидович. – Мне проще отчислить тебя, и всё на этом.
Цепенею, услышав страшное слово. Я правда из небогатой семьи, и моя учёба здесь – событие для родителей. Они многое отдали за возможность просто отправить меня в Москву и оплатить общежитие.
И потерять всё из-за одной злобной сучки…
– Я не считаю, что это будет справедливо, – мой голос дрожит. – Это единственный инцидент с моим участием и, клянусь, последний.
Декан давит тяжёлым молчанием, и вот я уже судорожно начинаю накидывать варианты, как мог бы меня наказать:
– Я могу бесплатно работать на какой-нибудь кафедре, например. Или взять на себя общественную деятельность по универу. Или вы можете…
– А это мысль, – неожиданно перебивает меня декан. Расслабляюсь. О чём бы он ни говорил, это лучше отчисления. – Своеобразная общественная деятельность не помешает… Как тебе тот парень, что был здесь минуту назад?