Колыбель Героев
Шрифт:
— Интересно, — лениво протянул Шактаяр, — моя драгоценная родительница и ее преданный поклонник уже добрались до Каэра? Или все-таки поехали погостить в Виаллари, к семье моей несостоявшейся супруги? Хорошо бы если второе. Не очень-то хочется с ними сталкиваться на пороге родительского поместья. Помешать они нам не помешают, но время отнимут и нервы попортят изрядно.
— Судя по тому, при каких обстоятельствах мы расстались, — напомнил аларинцу Эш, — неудивительно будет, если нам вообще не откроют двери.
— А, ты про ту небольшую потасовку? — отмахнулся темный. — Не переживай,
— Милые привычки в вашем Аларине, — улыбнулась я, теребя на пальце кольцо, подаренное Шактаяром. — Я вот думаю, может и правда за тебя замуж выйти? Семейные сцены в нашем исполнении будут смотреться очень поучительно для подрастающего поколения. Мудрость воинов Колыбели Героев против боевого искусства Аларина — красота, да и только.
Шактаяр дотянулся и неожиданно нежно погладил меня по волосам. Хотя его улыбка в звездном свете по-прежнему была лукавой. Я даже не огрызнулась, когда Натэя демонстративно фыркнула, увидев всю эту идиллию.
— А почему бы и нет. Выходи!
Глава 48
— Шактаяр Морангейл, вот это встреча! — удивлению темных, стерегущих нерушимость аларинской границы, не было предела.
— Шактаяр Эссерид, — поправил троицу аларинцев мой потенциальный жених, вежливо оскалившись.
Семью Шактаяра, как видно, и правда знали в окрестностях Каэра не по наслышке. Доблестно патрулировавшие границу аларинцы никак не ожидали, что сын леди Морангейл заявится в родные земли со стороны Миадвэя, да еще и в компании каких-то изрядно потрепанных инорасцев. Которые, нимало не стесняясь, тут же потребовали еды и без лишних церемоний поделили выделенный им паек, усевшись прямо на обочине.
Несмотря на нескрываемое изумление, смешанное с подозрительностью, с которым озирал нашу пеструю компанию аларинский отряд, проблем с пересечением границы не возникло.
— Они со мной, — коротко пояснил Шактаяр, и мы шагнули на землю темных. Дорога, идущая вдоль границы и проходящая через Каэр, легла нам под ноги.
— Даже не спросили, почему я в такой сомнительной компании и пешком, — усмехнулся аларинец. — И что я делал в Миадвэе. Хорошо иметь репутацию эксцентричного отпрыска богатого рода. Никаких лишних вопросов. Хотя мамочке они при случае не преминут поведать о моих приключениях, можно не сомневаться.
— Если она сама не устроит тебе допрос с пристрастием, — мрачно предрекла я. Чем ближе мы были к Каэру, тем больше меня занимал вопрос — придется ли платить за возможность продолжать путь во всеоружии сомнительным удовольствием встречи с Джаргис Морангейл? Моя бы воля, никогда б ее кислой
— О, это было бы весело! — кажется, Шактаяр был в восторге от идеи прорываться к провизии и прочим благам походной жизни с боем.
Горы за нашей спиной сошли на нет. Мы шли на северо-запад по стертым камням старой дороги и удивлялись, почему нашу потрепанную компанию еще не обогнал ни один всадник. И почему ни один всадник не встретился на нашем пути.
— Это какая-нибудь заброшенная дорога? — полюбопытствовал Эш у Шактаяра.
— Нет, — аларинец и сам был сбит с толку. — Обычно тут не протолкнуться. Я-то все думал, что придется каждого второго осаживать — наш отряд просто создан для того, чтобы до него домогались скучающие в пути аларинцы. Толпа инорасцев, бредущих пешком в компании потрепанного жизнью Шактаяра из рода Эссерид — лучшего развлечения не придумаешь!
— А что это за груда камней? — отвлек аларинца от разглагольствований Юч, тыкая пальцем куда-то влево.
Шактаяр посмотрел на мага, как на величайшего святотатца всех времен и народов.
— Груда камней! — презрительно скривив губы, пискляво передразнил он. — Хотел бы я, чтобы тебя слышал Танагьяр Даргаш Безумный, который без малого три века держал в крепости Раэн Тар оборону против йонских полчищ! А еще посмотрел бы я, как ты вцепишься в глотку тому, кто назовет грудой камней Колыбель Героев!
Юч по своему обыкновению обиженно скривился и убыстрил шаг, прижимая к груди Лолу. Прошлые приключения ничему его не научили. Я с сомнением окинула взглядом объект, из-за которого был спор. Больше всего пресловутая груда камней напоминала гору, в которую добрая сотня магов запустила магическим зарядом, отчего черные скальные породы превратились в гору осколков разного размера. И это была крепость? Творение человеческих — то есть, простите, темно-аларинских! — рук?
— Что-то ты стал не в меру пафосен, дорогой жених, — меня удивлял тон, которым обычно иронично-язвительный Шактаяр осадил Юча. Как будто тот плюнул в лицо священной статуе бога Оллохора на глазах сотни истово верующих аларинцев.
— Надо же хоть иногда быть пафосным, для разнообразия, — смягчился темный.
— Раэн Тар, Раэн Тар…, - задумчиво бормотал Эш где-то за плечом, отставая от нас с аларинцем на пару шагов. — Что-то до боли знакомое…
— Ну может хоть кто-то вспомнит, — проворчал Шактаяр. — И чему вас учат в этой вашей Колыбели, если вы не знаете даже самых важных стратегических объектов на территории Виннея?
— Раэн Тар, — Юч вдруг резко обернулся к нам, и мне показалось, что за спиной мага, на фоне дороги, уходящей к ощетинившемуся лесом горизонту, что-то взметнулось. Едва слышный шепот пронесся по равнине. Мы с Шактаяром едва не врезались в мага — так неожиданно Юч замер посреди дороги. — Крепость, чье название на исконном языке Аларина звучит как Темная Истина. Спинным гребнем черного дракона вздымаются ее стены над равниной, которую неистовые йоны недаром прозвали Равниной Смерти…
— Молчи, инорасец, — неожиданно зашипел на мага Шактаяр, — не твоим губам произносить эти имена. Ты не пройдешь мимо Раэн Тар на север. Даже не думай.