Колоски
Шрифт:
— Пока нет. А что, пора? — неожиданно в тон ответил пёс.
— Ого! — расцвёл Дон. — Наш клиент! Сразу видно! Вино пьёшь?
— Я всё пью. Если льётся. И ем. Если жуётся, — гость, поскуливая, попытался сесть. Роган переглянулся с Доном и развеял «Сеть». Гость сразу сел и схватился за голову. — Уй. Кто это меня?
— Дерево. Только не оно тебя, а ты его, — любезно уточнил Дон. — Ты с коварным внезапством на него напал и попытался злобно забодать. Но не преуспел. Попробуешь ещё раз? Вдруг повезёт? Райнэ, тотализатор? Ставлю на пальму!
Ри подавился
— Обойдёшься. Безоговорочно повержен ниц непрошибаемой древесностью противника, — держась за голову, гавкнул пёс и попытался встать.
— Нашёл, нашёл! — вскочил Вэйт в вихре листьев, сжимая в руке драгоценный черенок растения иного Мира. Пёс дёрнулся от неожиданности и тявкнул, приложившись затылком к стволу. Дон громко обрадовался, задрыгав ногами.
— А говорил — не будешь, — еле выговорил он сквозь смех.
— Чего это вы? — растерянно смотрел на них Вэйт.
Роган вытер слёзы, отставил стакан и решительно направился вершить дело целителя.
— Мутит? — деловито разминая руки, начал он опрос пациента.
— Так не евши два дня. Конечно мутит, — сварливо отозвался пациент, опасливо отодвигаясь.
— Сколько пальцев показываю?
— Два, — пожал плечами пациент. — А что?
— Уточняю, на сколько раундов тебя хватит! — окрысился Роган. — Хочешь с больной головой ходить — вперёд, ага, мне-то что!
— О, великий древопободатель, уж позволь нашему целителю избавить тебя от последствий деятельности твоей неукротимой, дабы смог ты и впредь грозною главою своею прободать… прободеть… повергать преграды злокозненные, на пути твоём неосмотрительно проросшие, — развлекался Донни.
— Так ты лекарь? — остро взглянул на Рогана пёс.
Роган от возмущения даже дар речи потерял и некоторое время только хватал ртом воздух:
— Ап… Ап… Тьфу! Аптекарь, блин! Поболтай мне ещё! Голову дай сюда! Всё, свободен. Иди лопать, пока всё без тебя не смели, — Роган сделал несколько пассов, сильно встряхнул кистями рук, сбрасывая напряжение, и пошёл прочь, ворча под нос: — Лекарь, ишь! Как его? Терапевт, ага! Ещё чего! Хамло кудлатое!
Пёс, встав на ноги, оказавшиеся почти человеческими, легко догнал и перегнал Рогана, и неожиданно встал перед ним на одно колено, склонив лохматую голову со стоячими ушами:
— Прости, — коротко сказал он. — Я не знал. У нас лекари не такие.
— Я не лекарь! — зло рыкнул Роган. — Я боевой маг и целитель!
— Маг?.. — пёс отвесил нижнюю челюсть и часто задышал. Похоже, только это он и услышал.
— А мы тут все маги, вам сколько взвесить, благословенный? — опять обрадовался Дон, спрыгивая с бруствера.
— Маги?.. — огляделся пёс. И вдруг, порывисто закрыв глаза четырёхпалыми руками, шумно втянул воздух.
— Эй, парень, ты чего? — сразу прекратив ёрничать, опустился рядом Дон и в неожиданном для себя приступе участия положил руку на вздрагивающее мохнатое плечо. Пёс молча помотал головой. Подошли Йэльф с Вэйтом, тихо встали за спиной Дона. Тот переглянулся с Роганом, пожал плечами.
— Я… — наконец совладал с собой пёс
— А то! — недоуменно дёрнул плечом Донни. — Ещё как! Упс! Так тебя за это гнали? — догадался он. Пёс кивнул.
— Вот, — над четырёхпалой ладонью загорелся тусклый огонёк. Крохотный, с горошинку. Но пёс взирал на него с немалой гордостью, чуть ли не с благоговением.
— Что, и всё? Вот за это? — поразился Роган. — Хотя… Ну, да, если бы что-то существенное, бежали бы не за тобой, а от тебя…
— Существенное? — возмущённо тявкнул пёс. — Я потратил на это достижение шесть лет жизни! Это считалось невозможным, но я доказал! А эти… эти…. Они заявили, что это опасно, может сгореть весь лес, а это дом и источник пищи для всех нас. Но это же и… Что смешного?..
Ржать Дон всегда предпочитал лёжа. Меньше сил тратится.
Ри на этот раз тоже хмыкнул, и с немалым сарказмом. Вэйт виновато вздохнул, покосившись на него, а Йэльф крякнул и смущённо засопел. Когда-то, на заре истории, вот именно это Перворождённые дракону про огонь и сказали. И выгнали.
А Роган молча создал файербол — небольшой, всего-то с голову. И так же молча погасил после того, как пёс со стоном осел на песок. А что говорить? Всё и так понятно.
Звали несчастного беглеца Грравв Аррафрирр, по крайней мере, так все услышали. Разнообразные повизгивания, порыкивания и поскуливания, нужные в произношении, воспроизводить всё равно никто не собирался, и Дон с ходу переименовал нового знакомого на привычный лад. Скорей всего, приживётся имя, так его теперь все звать и будут. А что? Фэрри — очень неплохо. В переводе с эльфийского — нечто вроде «долго работающий круглый огонь».
Через полчаса основательно накормленный и ещё более основательно споенный, Фэрри уже освоился. Спать ему не хотелось, слишком много всего вокруг требовало познания. Кормили и поили его наперебой, одновременно расспрашивая и рассказывая. Правда, Вэйт и Йэльф довольно скоро ушли к новой пещере сажать найденный Вэйтом черенок. Йэльф идти не хотел, ему тут было интереснее, но Вэйт совсем надулся, чуть не заплакал — завянет же ветка! А одному не справиться: во-первых, незнакомое же растение! А во-вторых, быть эльфом и выглядеть эльфом — очень большая разница, у новоиспечённых драконов эльфийской власти над растениями пока что-то не наблюдалось. Остальные продолжили банкет, и уже не с сидром, а с коньяком.
— А вы… Вы здесь готовитесь, да? Захватить власть? — свесив язык на сторону, воодушевлённо оглядел новых знакомых Фэрри. Власть могущественных магов над прочими жалким и бессмысленными тварями — это правильно, так и должно быть! — Вы позволите мне быть с вами?
— Чё? — народ удивлённо переглянулся. — Какую ещё власть?
— Ну-у… над миром? Вы же маги! — Ри досадливо поморщился. Ещё один восторженный дурак на его голову! Но Дон оживился:
— Трепетный мой, и что ж мы с етоей властью делать-то будем, расскажи мне, недалёкому?