Коллапс
Шрифт:
— А разве это не так?
— Шутница, блин… Между прочим, мне было грустно. Стоп! А ведь я даже не убил её! Она сама взорвалась. И друга малолетнего прихватила с собой в ад… Грустная история. Так вот, как выяснилось — Хато подставили. Судя по всему, и здесь замешан Орион, но пока мы не найдем исполнителя — ничего не поймем.
— Вот оно как… Ваша жизнь бьет ключом. Вы бы только не забывали о простых вещах. — с улыбкой произнесла она: — Когда я была молодой, мне казалось, что жизнь бесконечная. Что старости не существует. Что я всё успею… Но затем, в один миг — хоп! И тебе сорокет. А потом тебя
— Ну…
— Вы не проходили тот период, когда слишком поздно.
— Я приехал с рыбалки. Я отдыхаю.
— Утешаете себя? — улыбка Дубровской становилась всё шире и грустнее: — Можете врать себе, всё, что угодно. Можете говорить, что всё ещё будет. А… ничего не будет. Вы сейчас не цените момент. И самое страшное то, что, как я уже сказала — Император искренне верит в то, что Княжна, это его собственная вещь. Он никогда не отдаст своё сокровище! В этом вся соль. Её с детства дрессировали. Не воспитывали, а именно дрессировали. Занимались внушением! Император растил идеальную замену, которая в тридцать три года взойдет на престол. Но вы сломали его гениальное творение. А знаете, что происходит с гением, когда его произведение искусства ломают? Истерика! Самая натуральная истерика, которая переходит в паранойю. Он не увёз её домой. Он забрал свою вещь обратно, поняв, что теряет над ней контроль.
— Это глупо! Она — живой человек.
— Ох… — Дубровская обреченно закатила глаза: — С чего вы взяли, что в мире аристократов есть простые люди? Милорд… Вы же умный молодой человек! Неужели вы поверили в сказки, что дети, которые выполняют функцию разменной монеты, это в прошлом? А ваша сестра, в таком случае, кто? Просто частный случай? Нет. Она такая же разменная монета, что едва не положила свою душу во имя счастья старшего брата. Выбросьте иллюзии о том, что Княжна свободна. Не свободна, и никогда таковой не будет. Она, как дурочка — всегда будет верна лишь своему отцу, наглому манипулятору, которые просто так её выдрессировал.
— Звучит грустно…
— Такова жизнь, но не надо отчаиваться. Лично я считаю, что шанс есть. Понимаю, что вам надо срочно воевать со всеми и втаптывать врагов в грязь и… Знаю, что наверняка мои слова прозвучат странно, но… Попробуйте договорится с Майором. Она на вашей стороне! Может быть, есть хоть небольшой шанс, как-то связаться с Княжной? Неужели вас это не гложет?
— Гложет. И ещё как. Сперва я старался не думать об этом… Даже были попытки переключится на другую девушку, чтобы хоть немного свести этот проклятый зуд на нет, но всё без толку.
— Вот! Вы упускаете шанс… Где вообще гарантии, что всё потом будет так же? Попробуйте! Просто попробуйте. Если не получится — ну, значит не судьба.
— Терпеть не могу эту фразу…
— Чего это? Должны же мы чем-то себя успокаивать?
— Ну, уж явно не мистическими силами! В общем, давай не будем об этом? Разберусь с Княжной, и что-нибудь придумаем. Сейчас у меня для тебя задание.
— Какое?
— У Кицуне есть свалка. Я водил туда пацанов своих мелких тренировать. Ты же у нас мастер по тренировкам боевых учеников!
— Ага…
— В таком случае — самое время исправиться. В общем-то, это не обсуждается. Скажу честно — скоро мою задницу будут уничтожать. Сильно уничтожать… И я очень не хочу, чтобы ты ввязывалась в это дерьмо. С пацанами потренируешься, придёшь в норму и тогда вернешься в наши ряды. А пока… Не надо.
— Звучит, как мерзкое одолжение.
— Звучит, как благоразумный приказ. — строго ответил я: — Сегодня поговорю с пацанами. Думаю, что с завтрашнего дня можно будет приступать к тренировкам.
— Я вас поняла. Спасибо, за доверие! — Дубровская улыбнулась и крепко пожала мою руку.
— Сегодня последний день отдыха. Наслаждайся. — кивнув на прощание, произнес я и вышел из палаты.
А в кармане уже во всю вибрировал мобильник:
— Алле?
— Приветствую вас, Милорд. — произнес голос Мистера Лу из динамика.
— Ну, здравствуй. Что-то случилось?
— В общем-то… У нас возникла очень серьезная проблема с сывороткой. По телефону это сложно объяснить. Не могли бы вы подъехать?
— Час от часу не легче… Ладно! Скоро буду. — сбросив вызов, я на всей возможной скорости помчался вниз.
Вот только проблем с сывороткой сейчас не хватало! Столько времени и нервов… Неужели всё в пустую?
— Ну, что? Они там долго? — раздраженно спросил я, тарабаня пальцами по спинке переднего кресла.
— Не видно, Милорд. — ответил Ноир и тяжко вздохнул: — Может быть поможем полиции и припугнем их?
— Не уверен, что нам это хорошо аукнется. Ладно! Пускай идут. Ох, черт… — на мгновение мне показалось, что мобильник сейчас взорвется. Неужто Мистер Лу всё профукал и Явления вырвались на свободу?
Вытащив телефон из кармана, я увидел значок пропущенного вызова и свежий входящий. Они уже одновременно мне наяривают? А не слишком жирно? Ещё и Инспектор Такахаси! Не даром говорят — черта помянешь, тут и он…
— Да, Инспектор. Внимаю!
— Милорд… Доброго дня.
— На город напали? Я не пойду. Только что поел.
— Нет, нам и без нападений забот хватает. Токио буквально закипел! На улицу против Принцессы Аюми вышло свыше десяти тысяч человек. Такого у нас ещё не было.
— И что с того? Мне подлететь и сказать, чтобы расходились по домам? Вам не кажется, что это наглость со стороны властей?
— Нет, я не об этом. Начались задержания из-за массовых беспорядков. Ко мне в участок попала девчонка… Юная совсем. Шестнадцать лет. Говорит, что ваша знакомая.
— Аристократка?
— Какое там? Кланы не участвуют в забастовках. Им не выгодно! Обычная девчонка… Ну, как обычная?
— В общем, у меня нет знакомых среди простолюдинов. Передай этой маленькой врунишке, что пользоваться чьим-то именем грешно. Всего доброго!
— Вы уверены, Милорд?
— ВСЕГО. ДО-Б-РО-ГО! — повторил я и отключил звонок. Ну, что это за день такой? Буду я ещё подрываться из-за какой-то детской шутки? Да и вообще — какой родитель мог выпустить ребенка на митинг? Таких нужно лишать родительских прав без суда и следствия. Такая давка явно не место для малолетних товарищей.