Колибри

Хиеккапелто Кати

– Но какая разница, – Ирмели перебила мужа и сердито на него посмотрела. Анне стало дурно от тона ее голоса. – Нельзя, невозможно препятствовать юной любви.

– Конечно, Йере вполне себе хороший парень, все-таки в университете учится. Рийкка казалась счастливой, так что мы приняли все как есть и радовались за нее, – сказал Юхани.

– А что такого плохого в этом Йере? – поинтересовался Эско.

– Собственно, ничего такого особенного, – Юхани вдруг смутился. – Его папаша Вейкко Коски в свое время подрабатывал

разнорабочим, попивал. Сидит на пенсии по инвалидности, но ни для кого не секрет, что все дело в водке. Жена работает уборщицей в школе. Приятная женщина.

«Так вот где собака зарыта, – думала Анна. – Господа не хотели для своей дочки прачкиного сына».

– У Рийкки были отношения до Йере? – спросил Эско.

– Они так долго были вместе, – сказала Ирмели. – Она не успела завести себе других.

– Какой он, этот Йере. Расскажите все в подробностях, – сказал Эско.

– Совершенно обыкновенный юноша, ни пьяница, как его отец, ну или еще не пьяница. Любит свежий воздух, вечно где-нибудь в походе или на рыбалке, – сказал Юхани.

– Может, он и охотится? – спросил Эско.

В комнате воцарилась тишина. На лице Юхани появилось беспокойство, у Ирмели задергался угол рта: она с ужасом посмотрела на своего мужа.

– Вы же не…

– Разумеется, нет. Вы сказали, что Йере любит свежий воздух. Вопрос: охотится он или нет? – жестко повторил свой вопрос Эско.

– Охотится.

– Расскажите об этом поподробнее.

Юхани помедлил с ответом.

– Можно сказать, что он заядлый охотник. Ходит на зайцев, на тетеревов. Даже в Лапландию куропаток стрелять и Рийкку брал с собой. Любит лосиную охоту.

– Значит, у него имеется оружие, – констатировал Эско.

– Да, точнее, я бы предположил, что это так, ведь без него как-то…

– Нам нужны контактные данные этого Йере. У вас есть его телефон?

– Конечно. Мы уже вчера пытались до него дозвониться после того, как… как Рийкка… Но он не ответил.

Анна и Эско переглянулись. Эско кивнул и записал адрес и номер Йере себе в телефон.

– Ты продолжай, – сказал он Анне, – а я поеду вязать этого парня.

«Ты смотри, – подумала Анна. – Такое ощущение, что мы работаем вместе».

После его ухода в комнате воцарилось недоверие, и продолжать оказалось сложно. Юхани и Ирмели казались одновременно озабоченными и подавленными.

– Ни за что бы не подумали… – начала Ирмели.

– Думаю, вы понимаете, что нужно все проверить, – быстро ответила Анна. – Перевернуть все камни, исключить варианты, пока не останется всего один. Расскажите-ка мне еще немного о Рийкке, ну и о Йере. Какие у них были отношения?

«Так, опять три вещи сразу, – начала себя отчитывать Анна. – Никуда не годится».

Они были явно не в себе и не хотели говорить: Ирмели охватила дрожь, Юхани едва сдерживал слезы. Анна налила им

кофе и решила подождать. Вскоре Юхани удалось собраться и он произнес сдавленным от страдания голосом:

– Йере вполне себе нормальный молодой человек. Старательно учится, любит природу, как я уже сказал. Подружившись с ним, Рийкка тоже начала ходить в походы и на рыбалку, даже подумывала получить охотничий билет – так хотела ходить с ним на охоту. Откровенно говоря, мы немного удивлялись, сами никогда ничего подобного не делали, хотя дичь едим часто.

– Мы за ягодами ходим в магазин, – сказала Ирмели и натянуто улыбнулась.

– Рийкка летом получила аттестат. Круглая отличница, – сказал Юхани.

– Умница, – сказала Анна.

Юхани вытер слезу.

– Много ли у нее было друзей? – спросила Анна.

– Много, еще с садика одна и та же девичья компания. Самая близкая подруга – Вирве Сарлин. Они всю школу отходили вместе, в одном классе, как говорится, не разлей вода.

Анна записала имя.

– Долго ли ваша дочь жила с Йере? – спросила она.

– Они съехались сразу после экзаменов.

– Что вы думали на этот счет?

– Никакого смысла в этом не было, учитывая, что она подала документы в университет в Ювяскюля и поступила. На наш взгляд, два переезда в один год – это чересчур, мягко говоря. Но она же была совершеннолетней, нас больше не слушала.

– Они ссорились?

– Скорее – нет, – ответила Ирмели и вопросительно посмотрела на мужа. Тот покачал головой:

– Мне кажется, они вели себя ровно.

– А в последнее время? Заметили ли вы что-нибудь особенное?

– В Рийкке или в их отношениях?

– И в ней, и в них. И о Йере тоже подумайте.

Они опять переглянулись, словно ища ответа друг у друга в глазах.

Они выглядели неуверенными.

– Ну, мы не знаем, – начала Ирмели. – Летом Рийкка заглядывала довольно редко, в основном постирать белье. Сейчас я думаю, что, возможно, она казалась молчаливее обычного.

Юхани кивнул.

– Другое дело, что в этом особенного, – продолжила она. – Сложно сказать. Рийкка с детства была спокойной. Мне кажется, они с Йере ни разу к нам не приходили. Или как, Юхани, не помнишь?

Тот на секунду задумался.

– Вдвоем я их видел на Иванов день, а еще на день рождения моей бабушки 15 июня.

– И вы не удивились?

– Чему?

– Тому, что вместе они к вам не заходили.

– Нет, конечно! Я только сейчас об этом подумала: Йере к нам почти никогда не заходил, и мне всегда казалось, что он всякий раз под любым предлогом норовил ускользнуть. Стеснялся, что ли. Конечно, это было немного неприятно. Юхани хотел взять его себе в пару играть в гольф, но его это все не интересовало. Поэтому трудно сказать, странно это было или нет. Трудно. Но что-то необычное мы бы заметили, правда, Юхани?