Колдовство
Шрифт:
Кимберли вгляделась во мраке комнаты в лица двух других людей.
— Вы, парни, такие же свихнувшиеся, как она? Вы и в самом деле верите во всю эту несусветную чепуху? Рано или поздно вся эта затея провалится, и вас поймают. Тот неудачник, пытавшийся убить меня той ночью, наверно, сейчас заливается соловьем перед копами!
— Это ничтожество ничего не знает, — заверил ее тип с пистолетом. — Ни имен, ни адресов. Все было тщательно организовано. Он знал только то, что должен в точности сделать, используя Кинжал, иначе бы ему не заплатили.
— Вы выжили
— Никто, кроме Избранного, не знает значение и цель Кинжала, — невозмутимо вмешалась Ариэль. — В каждом поколении нас таких всего несколько. Секрет всегда тщательно оберегался. Власти не узнают ничего о Кинжале.
— Где ты достала его, Ариэль?
Кимберли не могла придумать ничего существенного, чтобы дальше поддерживать разговор. Ариэль, казалось, довольно охотно болтала о своей «силе», а двое других на вид полностью находились под ее влиянием. Но прежде, чем Ариэль смогла ответить, зазвонил телефон. Кимберли была не единственной, кто вздрогнул от неожиданности при требовательном звуке аппарата. Она прикинула, что парень с пистолетом подпрыгнул не меньше, чем на дюйм. А молодая женщина на мгновение выказала панику. Не слишком теряясь в догадках, Кимберли знала, кто находится на другом конце телефонной линии.
— Это, должно быть, Кавена, — членораздельно произнесла она. — Проверяет, благополучно ли я добралась до дома.
— Нет! — коротко приказала Ариэль.
— Но это так, — заверила ее Кимберли. — Кто еще будет звонить в четыре часа утра? Почему бы тебе не раскинуть карты и проверить, права ли я?
Телефон снова настойчиво зазвонил.
— Только вот проблема, — продолжила Кимберли, — к тому времени, когда вы раскинете карты и определите, кто там звонит, Кавена оставит это дело и решит, что что-то не так. Зная его, могу предугадать, что его следующим шагом будет звонок в патрульную службу. С его именем и влиянием он, наверно, заставит их приехать и проверить, как тут я.
Телефон снова зазвонил. И мужчина с пистолетом явно занервничал. Он посмотрел на Ариэль, ожидая указаний.
— Лучше позволить ей ответить, миледи.
Ариэль подняла руку в предостерегающем жесте:
— Я сама решу, Эмлин.
Ее некогда веселые глаза были полны угрозы, когда она коротко кивнула Кимберли.
— Ответь на звонок. И будь очень, очень осторожна, Ким. Или я прикажу Эмлину пристрелить тебя на месте. Скажи Кавене, что с тобой все в порядке. Затем отделайся от него.
Остро ощущая, как три пары глаз внимательно следят за ней, Кимберли подошла к телефону и сняла трубку. Она была так уверена, что звонит Кавена, что совсем не удивилась, услышав его голос. Что ее удивило, так это настойчивое участие, прозвучавшее в словах.
— Ким? С тобой все в порядке?
— Со мной все хорошо, Кавена. Это была длинная дорога, но сейчас я дома. Я же говорила тебе, что не будет никаких проблем, верно?
— Ты не оказала мне любезность объясниться со мной, — мягко возразил он. — Просто
— Ты знаешь, каковы писатели, милый. У них возникают самые странные побуждения в самые необычные часы. Я просто должна была вернуться сюда и закончить то, что начала.
С другого конца комнаты на Кимберли сердито смотрела Ариэль, жестом показывая ей повесить трубку.
— Ты же так не пишешь. Ты работаешь в четко установленное время. Почему, черт побери, мы вообще обсуждаем сейчас твою писанину? Ты же знаешь, что не это является поводом для разногласий между нами. Ким, послушай меня. Нам нужно поговорить о том, что случилось вечером.
Кимберли собралась с духом и намеренно понизила голос так, чтобы он, как она надеялась, звучал для трех людей, так злобно наблюдающих за ней, сладострастным мурлыканьем.
— Знаешь, я с нетерпением жду этого. Я всегда наслаждаюсь нашими разговорами в постели. Помнишь, о чем мы болтали последний раз?
— Кимберли, это лишено всякого смысла. Впрочем, да, я припоминаю тот разговор, — резко произнес Кавена. — Ты призналась, что любишь меня. Ты пытаешься мне сказать, что осознала все еще существующую любовь?
— На самом деле, я напоминаю о другой обсуждаемой нами теме, — нежно мурлыкала она. Эмлин поднял ствол пистолета в знак предупреждения. — Помнится, ты уверял меня, что все понимаешь. Твое понимание очень для меня много значит сейчас, Кавена.
На другом конце провода повисло напряженное молчание. Кимберли почти ощущала, как Кавена перебирает в уме ее слова. Когда он снова заговорил, в его голосе появились новые интонации, которые прежде она никогда не слышала.
— Той ночью ты боялась.
— Да, милый, — чуть слышно прошептала она.
— А сегодня?
— О, я все еще чувствую то же самое, Кавена. Даже сильнее.
Он приглушенно выругался.
— Сколько у меня времени в запасе?
Кимберли сглотнула.
— Не знаю, как переживу остаток ночи без тебя, — произнесла она, подбавив в голос побольше чувственных интонаций.
— Сколько их?
Вопрос был задан холодным и твердым, как лезвие ножа, тоном. Кимберли снова сглотнула.
— У меня три главы до окончания срока. Работы много, поэтому мне лучше пойти в постель. Это была долгая и изнурительная поездка. Будь осторожен, милый. Я с нетерпением жду с тобой встречи, когда закончу «Вендетту».
И она повесила трубку прежде, чем явно нервничающий Элвин забеспокоился еще больше. Женщина, та, что помоложе, испытала видимое облегчение и направила взгляд на Ариэль, ожидая указаний. Ариэль кивнула.
— Свяжи ее, Зора, и отведи в спальню. Мы должны приготовиться. — Потом бросила на Кимберли холодный насмешливый взгляд. — Хорошо, что тебе хватило ума держать Кавену подальше отсюда. Полюбив его так сильно, как ты, я уверена, что ты не захочешь причинить ему вреда. Уведи ее, Зора. Эмлин, дай ей руку, а потом возвращайтесь сюда. Сегодня нужно еще много сделать.