Кольцо Стрельца
Шрифт:
Барки слушал, все еще держа в руке кредитку и проделывая с ней старый шулерский трюк – так что она порхала от одного пальца к другому.
– Политика! – лениво хмыкнул он. – Да пошла она. Я – изгой, у меня нет гражданских прав. Содружество считает, что меня не существует. Почему меня должно беспокоить, что синемордые грабят грузовики с трансаками? Здесь, в Стрельце, «Шелток» дерет за топливо с инопланетян и с независимых предпринимателей-людей вдвое больше, чем с кораблей концернов. Так что халуки просто хотят сравнять счет, а йтата им помогают. Весьма понятное занятие.
– Я думаю, что они планируют большую войну, Барки. И подрывать
– Что за дерьмовая чушь. Халуки хотят торговать, а не драться.
– Они покупают у вас оружие?
– Конечно. А что в этом особенного? То же самое делают настоящие джору, и каллейни, и йтата. Я – самый крупный торговец оружием на Флеге. А знаете, откуда родом мой товар? Из «Сердолика» да из дюжины-другой концернов поменьше, которые смотрят на контрабандную торговлю сквозь пальцы. Думаешь, жополизам из Торонто важно, куда утекает их продукция – лишь бы денежки приносила! А что до вашей идеи с войной – по-моему, это бред собачий. У халуков недостаточно кораблей в Стрельце, даже чтобы воевать с каллейни – о людском Содружестве я уж не говорю.
– Вы знаете точное число халукских кораблей в Стрельце? Он приподнял кредитку двумя пальцами.
– А синемордые узнают, что это я их продал, если я соглашусь отвечать?
– Нет, – солгал я. – Все, что я узнаю от вас, будет использовано только на Земле. В политических целях, как я уже говорил. Мне и моим друзьям нет никакой выгоды в том, чтобы мешать вашей карьере на Флегетоне или торговым отношениям с халуками. Даже если бы мы хотели – не вижу, как это можно было бы сделать. Астероид является собственностью «Шелтока». МКРС и Секретариат не имеют на нем никаких полномочий без разрешения «Шелтока». А концерн разрешения не даст.
– Я не собираюсь подрывать отношения с халуками.
– Вам и не придется. Если я задам вопрос, на который вы не захотите отвечать, – просто не отвечайте. Все равно наше сотрудничество будет взаимовыгодно.
– Может быть.
Барки снова принялся вертеть карточку между пальцами, как будто взвешивая «за» и «против». Как он уже заметил, сумма была неплохая.
– Если вы согласитесь на дачу показаний, то будете всего-навсего очередным конфиденциальным источником. СПЧ вас не тронет, – продолжал я. – Как вы сами сказали, здесь, на Флегетоне, вы отнюдь не пустое место.
– Верно, черт возьми, – усмехнулся Барки Трегарт. – Вы кажетесь сообразительным, фальшивый джору.
Я польщенно кивнул.
– У меня с собой есть миниатюрная психотронная машинка Хогана. С ее помощью невозможно вытянуть информацию из человека против его воли, но зато детектор указывает, полностью ли правдив испытуемый субъект. Вы можете оставаться здесь и спокойно рассказать мне о своем путешествии в халукскую Гроздь – оно меня интересует больше всего, – а потом добавить по желанию подробности о деятельности халуков в Стрельце. А потом я проверю вашу правдивость одним-единственным вопросом: «Является ли все рассказанное чистой правдой?». Если аппарат подтвердит ваш ответ, я активизирую кредитку. И вы станете богаче на четыре миллиона Что скажете?
– Вашу мать! А почему бы нет? В конце концов приятно встретить хоть кого-нибудь, кто верит, что я в самом деле был в…
Сзади подошла официантка и спросила, не желают ли джентльмены еще напитков.
Барки солнечно улыбнулся ей.
– Мне – еще кружку «Забойного», Лола. А моему другу…
– «Джек Дэниелс», – заказал
– А я думала, джору не любят виски, – удивилась официантка.
– Это благоприобретенный вкус, – ответил я, не оборачиваясь. – И приобрел я его только что.
Кораблям Содружества не давала добраться до халукской Грозди не столько дальность расстояния, сколько полная бесцельность подобного путешествия. Непримиримые инопланетяне не хотели иметь ничего общего с человечеством, а на раннем этапе людских галактических исследований халуки платили за старые обиды стрельбой, чего вполне хватало кораблям СПЧ, чтобы держаться от них подальше.
Позже, когда объединенный концерн «Галафарма» начал завоевание Шпоры Персея и столкнулся с сопротивлением халукских колонистов, огромный концерн и Зональный патруль всерьез взялись за дело. Произошло короткое космическое сражение возле человеческой колонии Ногава-Крупп, и инопланетяне были наголову разбиты. Столкнувшись с опасностью потерять уже существующие одиннадцать колоний, халуки подписали перемирие. Одним из условий мира было – приостановить экспансию Млечного Пути. Второе запрещало исследование людьми халукской Грозди.
Барки Трегарт решил, что имеет шанс совершить путешествие туда и остаться в живых, потому что он был всего-навсего контрабандистом, а не представителем концерна или СПЧ. Халуки отчаянно нуждались в людском техническом оборудовании, и единственный способ получить таковое – воспользоваться услугами контрабандистов вроде Барки. Большинство человеческих изгоев торговали с халуками в открытом космосе; но некоторых, самых привилегированных, допускали в халукские колонии в Шпоре.
Барки принадлежал к таковым счастливчикам.
Без ведома товарищей Барки заручился на Артюке рекомендательным письмом от своих знакомых по бизнесу. Потом вернулся на свою базу на свободной планете Йакима-Два, бывшей известным гнездом контрабандистов, и там заключил свое пари. Пари на очень крупную сумму.
Потом Барки усовершенствовал свой корабль, вдвое больше «Сумасброда» размером, снабдив его увеличенными топливными баками, как в свое время сделал и я. При этом у него осталось достаточно места на борту, чтобы загрузить багаж, который, по плану Барки, должен был обеспечить ему теплый прием. Он набил звездолет новейшими компьютерами, генераторами силового поля, портативными электростанциями, работающими на антивеществе, программируемыми в виртуальной реальности контейнерами-массажерами, добавил к этому бодасконовский ультралюминальный двигатель последней модели и 1500 японских шелковых кимоно самого большого размера и нежнейших расцветок, которые высоко ценились халукскими мужчинами в качестве свадебного наряда.
После чего отправился туда, где не бывал еще никто из людей.
Даже тридцать пять лет назад сканерная технология корабля Барки превосходила все халукские стандарты. Он умудрился обойти все их заставы и патрули, нашел систему, где проживал кузен его артиукского знакомого, и после коротких переговоров был допущен к посадке.
Кузен, которого звали Ратумиак, состоял в личном штате правителя планеты и был очень влиятельной персоной. Он посоветовал Барки забыть об идее продажи своего ценного груза и вместо этого преподнести его правителю в качестве дара. Барки так и сделал, по совету Ратумиака сообщив халукским чиновникам чистую правду о своем визите – а именно, что он совершил путешествие на спор.