Кольца Афродиты
Шрифт:
— Вы сказали — он наблюдал за нами? — Беатрис машинально поправила шляпку, вглядываясь в кусты. — Может, случайный прохожий? Какой-нибудь любопытный мальчишка, который испугался, когда вы бросились за ним?
— Нет. — Лео продрался сквозь кусты и увидел место, где некоторое время назад находилась лошадь. Затем изучил место, где стоял наблюдатель. На земле остались отпечатки мужских сапог. — Не думаю, что он оказался здесь случайно. В эту часть парка редко заходят гуляющие. Кто бы он ни был, топтался он здесь достаточно долго.
Беатрис разглядывала истоптанную сапогами
— Вы думаете, что кто-то целенаправленно ехал за нами?
— Не знаю. Но одно бесспорно…
— Что именно?
— Он видел, что вы встречались с владелицей борделя, Ваш блистательный план о встрече инкогнито полетел ко всем чертям, Беатрис. Мы можем надеяться лишь на то, что ваша репутация не будет поставлена под вопрос по крайней мере в течение часа.
Беатрис еле заметно улыбнулась:
— Если мое доброе имя будет столь быстро запятнано, может, вам лучше аннулировать приглашение в театр?
Столь пренебрежительное отношение Беатрис к тому, что произошло, взбесило Лео. Героическим усилием воли он сдержал свой гнев.
— Я Безумный Монах, — напомнил он. — Сомневаюсь, что высший свет сочтет меня более эксцентричным, чем обычно, если я стану сопровождать в театр женщину с запятнанной репутацией.
Глава 8
Рука скелета размешивала какое-то мерзкое зелье…
Репутация Беатрис продолжала оставаться незапятнанной и на следующее утро. Лео, сидя в кресле перед камином в кофейной комнате своего клуба и размышляя об этом, испытывал разноречивые чувства.
С одной стороны, он с облегчением узнал, что на доброе имя Беатрис не пала тень, во всяком случае, пока. Но, с другой стороны, этот факт заставил сделать малоприятные выводы: человек, наблюдавший за встречей Беатрис и мадам Вертью, по всей видимости, имел свои причины хранить молчание.
Большую часть ночи Лео пытался решить, что это за причины, однако так и не пришел ни к какому выводу.
Он приехал в клуб, чтобы обогатиться дополнительной информацией, но пока что узнал мало. Лео посмотрел на стоящие в углу высокие часы. Он обещал Беатрис встретиться в книжной лавке Хука через полчаса.
Лео извлек из кармана письмо от своего сына Карлтона, полученное утром, и развернул его. Во время чтения до него доносились приглушенные разговоры и звон кофейных чашек.
«Утром посетили еще несколько древних развалин. Уильям настаивает, что каждую из них надо зарисовать. Должен с сожалением признаться, что постепенно они все начинают мне казаться одинаковыми. Один разрушенный древний храм не отличишь от другого.
В обед Пламмер затащил нас еще в одну галерею. Уильям заявил, что некоторые из картин (особенно изображающие обнаженных богинь) весьма интересны. Я согласен с ним в отношении богинь. Однако убежден, что если меня принудят восхищаться еще одним пейзажем или еще одним изображением святого в ниспадающих одеждах,
Завтрашний день обещает быть гораздо более интересным. Мы встретили здесь джентльмена из Англии, некоего мистера Хендрикса, который с некоторых пор обосновался в Италии. Он ученый и пригласил нас посетить его лабораторию. Мистер Хендрикс сказал, что мы можем выполнить несколько удивительных экспериментов с его зажигательными линзами. Если позволит время, мы хотим воспользоваться его электрической машиной для оживления мертвых лягушек.
Мистер Хендрикс любезно предложил показать мне близлежащие поля, где из земли исходят воспламеняющиеся пары. Это недалеко от вулкана, и мистер Хендрикс полагает, что здесь существует какая-то связь».
Лео задумчиво улыбнулся. Некоторым отцам приходится опасаться, что их наследники могут оказаться в объятиях непотребных женщин. Что касается Карлтона, то он сражен чудесами науки. Хотя, в конце концов, разница тут небольшая, подумал Лео. И то и другое способно околдовать и взять в плен. И то и другое может стоить мужчине целого состояния. Наверняка Карлтон захочет приобрести зажигательную линзу, когда вернется из турне.
— Монкрест, никак это ты? — Немолодой коренастый мужчина с черными кустистыми бровями и щетинистыми бакенбардами остановился возле кресла Лео. — До меня дошли слухи, что ты в городе.
— Тейзуэлл. — Лео сложил письмо Карлтона и сунул в карман. Снова бросил взгляд на часы в углу. Скоро надо идти, подумал он. — Как ваша подагра?
— Бывают дни получше, бывают похуже. — Лорд Тейзуэлл осторожно опустился в кресло, положил распухшую в лодыжке ногу на маленький стульчик и, хмуро посмотрев на нее, добавил:
— У меня теперь новый доктор. Посадил меня на диету — уксус и чай. Мерзкое сочетание.
— Это в самом деле должно быть неприятно. — Лео изобразил на лице сочувствие.
Барон Тейзуэлл был приятелем его деда, хотя и моложе по возрасту. Несмотря на разницу в двадцать один год, они оба одинаково увлекались садоводством. У Лео сохранились детские воспоминания о том, как Тейзуэлл и дед трудились над лотком с растениями.
Лео также помнил, что Тейзуэлла постоянно преследовали всевозможные болезни и немощи. Барон менял докторов подобно тому, как другие меняют одежду. Он всегда был готов первым испробовать на себе новейшее средство любого шарлатана. Если кто-то и мог знать таинственного доктора Кокса, так это был Тейзуэлл.
— Не знаю, долго ли я смогу вынести уксус с чаем, — признался Тейзуэлл. — Не могу сказать, чтобы мне это помогало. Я слышал, что в городе появился новый доктор, который напрочь излечивает подагру с помощью магнита.
— Вы консультировались у фармацевтов или специалистов по травам?
— Да, да, конечно, — оживился Тейзуэлл, поскольку разговор перешел на излюбленную им тему о его здоровье. — Я был у многих аптекарей. Большинство из них шарлатаны и коновалы. Некоторые считают, что единственное полезное средство — это настойка опия.