Коктейль для троих

Уикхем Маделин

Она тоже недолюбливала Джастина, точнее – знала его недостатки, которых до недавнего времени Кэндис просто не замечала.

Кэндис хотела что-то ответить, отшутиться, но не смогла найти подходящих слов. Ее спас Джайлс, появившийся из-за плеча Мэгги.

– Послушай, Кэндис, твою куртку никак не могут найти. Вот твое пальто, дорогая, а вот твое, Рокси.– Он помог супруге влезть в рукава свингера.– Ну что ж, мы, пожалуй, пойдем, иначе вернемся домой уже за полночь.

– Да, пора,– согласилась Мэгги, но голос ее дрогнул.

Несколько мгновений они

с Кэндис просто молча смотрели друг на друга, не то улыбаясь, не то сдерживая слезы.

– Ничего, Мэгги,– проговорила наконец Кэндис.– Мы скоро увидимся. Я обязательно выберу время и приеду навестить тебя.

– А я постараюсь побывать в Лондоне.

– Можешь захватить с собой ребенка. Говорят, чем раньше дети начинают путешествовать, тем быстрее они развиваются. Кроме того, младенец – это нынче последний писк моды, ты везде будешь пользоваться успехом.

– Я знаю.– Мэгги негромко засмеялась и, подавшись вперед, насколько позволял ей живот, порывисто обняла Кэндис.– Ну, мы поехали. Всего хорошего, девочки!

– И тебе тоже. До свидания, Джайлс.

Джайлс открыл тяжелую дверь бара, и Мэгги вышла, в последний раз кивнув подругам. Роксана и Кэндис молча смотрели, как Джайлс берет ее под руку и бережно ведет вниз по ступенькам.

– Подумать только! – промолвила Кэндис, когда оба исчезли в ночной темноте.– Через три недели они уже не будут парой. Они станут семьей!

– Да уж,– ответила Роксана.– Счастливой маленькой семьей в своем маленьком и счастливом гнездышке! Простите – в своем огромном загородном гнездышке в ста милях от Лондона.

Ее голос показался Кэндис каким-то странным, и она удивленно воззрилась на подругу:

– Что с тобой, Рокси? Что-нибудь не так?

– Со мной все так,– довольно резко ответила Роксана.– Просто я рада, что это не я, а Мэгги. Одни только растяжки чего стоят! – Она вздрогнула от притворного ужаса и улыбнулась.– Ну ладно, мне тоже пора бежать!

– Конечно, беги! – кивнула Кэндис.– Желаю приятно провести время.

– Я всегда приятно провожу время, даже если я провожу его плохо. Наверное, теперь мы увидимся только после того, как я вернусь с Кипра.

Она быстро расцеловала Кэндис в обе щеки и выскочила за дверь. Кэндис видела, как она лихим взмахом руки остановила такси, вскочила на заднее сиденье и укатила. Кэндис дождалась, пока такси скрылось за углом, сосчитала до пяти и чувствуя себя непослушным ребенком, который наконец-то остался один на один с сахарницей, снова повернулась к бару. Сердце громко стучало, но она не дрогнула.

– Я нашла вашу куртку! – донесся до нее голос гардеробщицы.

– Благодарю,– машинально ответила Кэндис.– Но мне еще надо на минуточку…– Она сглотнула.– Пожалуйста, повесьте ее пока обратно.

И, сорвавшись с места, она решительно ввинтилась в плотную толпу.

Еще никогда в жизни Кэндис не испытывала подобной уверенности в себе. Конечно, Мэгги и Роксана желали ей только добра, но в данном случае обе были не правы. Они не понимали ее до конца, да и вряд ли это было возможно. Ни та ни другая просто

не знали, что значит получить шанс, которого ждешь всю жизнь. Наконец-то Кэндис могла совершить что-то хорошее, что-то поправить в этой жизни, которая по большей части была холодна и сурова к неудачникам – к тем, кому не повезло. И возможность сделать кому-то подарок была драгоценным даром и для самой Кэндис.

Оглядев бар, она сразу заметила Хизер: та стояла за стойкой бара, протирая стаканы и болтая с одним из официантов. Пробравшись туда, Кэндис остановилась у стойки, не желая мешать разговору. Наконец Хизер заметила ее и вскинула голову. На мгновение Кэндис показалось, что ее черты исказила злобная гримаса, но Хизер тотчас улыбнулась приветливо и радушно.

– Чем могу служить? – спросила она.– Еще коктейль?

– Нет, я просто… хотела сказать тебе пару слов,– ответила Кэндис, чувствуя, что почти кричит, стараясь перекрыть шум.– Насчет этой работы…

– Вот как?

– Да. Если хочешь, я могу порекомендовать тебя непосредственно владельцу издательства. Его зовут Ральф Оллсоп. Никаких гарантий это, конечно, не дает, и все же… В общем, приходи в редакцию завтра часам примерно к десяти. Сможешь?

– Конечно смогу! – Хизер просияла.– Это было бы чудесно, Кэндис! – Отставив в сторону стакан, она перегнулась через стойку бара и взяла Кэндис за руки.– Спасибо! – с чувством проговорила она.– Ты очень добра ко мне. Я даже не знаю, как тебя благодарить!

– Что ты, пустяки какие,– смутилась Кэндис.– Ведь мы все-таки старые школьные подруги.

– Да,– кивнула Хизер и снова улыбнулась.– Старые школьные подруги.

Глава 3

Когда они выехали на шоссе, начался дождь. Джайлс потянулся к приемнику и включил «Радио-III». В тот же миг салон заполнился безупречным, полнозвучным сопрано. После первых же тактов Мэгги узнала «Dove sono» – фрагмент из «Свадьбы Фигаро». По ее мнению, это была одна из лучших арий в истории мировой оперы. Наслаждаясь переливами божественного голоса певицы, Мэгги смотрела в забрызганное дождевыми каплями ветровое стекло и чувствовала, как ее сердце разрывается от сочувствия к выдуманной графине. Ну и что, что ее никогда не существовало? Разве в этом дело? Все равно было что-то бесконечно печальное и трогательное в том, как любящая жена, забытая мужем-развратником, вспоминает, что когда-то между ними существовали самая настоящая нежность и любовь. «Iо ricordo»…

Мэгги несколько раз моргнула, чтобы скрыть слезы. В последнее время ее мог заставить расплакаться любой пустяк. Буквально на днях Мэгги неожиданно разрыдалась, увидев по телевизору рекламный ролик, в котором мальчик лет семи готовил обед для двух маленьких сестренок. Сидя на полу, она буквально обливалась слезами, и, когда вошел Джайлс, вынуждена была отвернуться, притворившись, будто целиком поглощена новым журналом.

– Ну, как прошла ваша прощальная вечеринка в редакции? – поинтересовался Джайлс, перестраиваясь на соседнюю полосу.