Кокон для души
Шрифт:
— Поймали! — не сговариваясь, хором сказали парни и расхохотались.
Я просто улыбалась, наслаждаясь эмоциями этой парочки: теплым ветерком Лорана и журчащим ручейками Раинеля. Они были рады меня видеть и, наверное, чувствовали такую же радость, как и я.
— Уорн? — спросил Амран поднимающегося следом василиска. — Какие дальше планы?
— Де Села будут допрашивать дворцовые специалисты. Приказы отдал, императрице послал вестник. Сегодня все отдыхаем, а завтра нам с Лораном снова во дворец, — Уорн посмотрел на меня и улыбнулся одними глазами.
Ужин прошел весело. Я знала о том, что Уорн с Амраном задумали
После ужина я, наконец, поговорила с Раинелем насчет косметики. Рыжий обрадовался и стал рассказывать, что у него есть сейчас, а что он может сварить. В лаборатории эльфа, перенюхав не меньше дюжины всяких флакончиков, я выбрала туалетную воду, потом, покопавшись, пару кремов и местную помаду.
Раинель расстроился, мол, маловато взяла, но мне нечем было платить за все это добро, а брать просто так я не привыкла. Я знала, что эльф много времени проводит в лаборатории, изготавливая всевозможные зелья. Каждая баночка дорого стоит и многое сделано под заказ. Если я что-то возьму, Раинелю придется снова это готовить, а мне не хотелось его сильно утруждать.
Так же эльф признался, что у него действительно есть веснушки. Причем, сказал это таким похоронным тоном, как будто признавался прокурору в страшном преступлении.
— Как же здорово! — с восторгом заявила я. — А ты можешь не замазывать их? Очень хочется посмотреть. У нас про человека с веснушками говорят, что он солнцем поцелованный.
Раинель полминуты хлопал глазами, а потом, наконец, сообразил, что я над ним не смеюсь, а действительно не считаю веснушки уродством.
После этого речь зашла о волшебном канариле. Что это такое, я слабо представляла, но по всем рассказам выходило, что это буквально чудодейственное средство. Эльф поведал историю о том, как некая дама год мазалась канарилом и даже успела выйти замуж. Только счастье было недолгим: мазь закончилась вскоре после свадьбы, и новоиспеченный муж, увидев супругу без боевой раскраски, заработал заикание, а потом сбежал на границу только бы не видеть обожаемую жену.
Мне очень хотелось посмотреть на то, как действует этот хваленый канарил, но веснушки у Раинеля не будут появляться еще дня два, а у меня никаких прыщей, родинок или шрамов не было.
— А давай ты покажешь на Лине? — предложила я.
Раинель с энтузиазмом поддержал эту идею. Лину мы вызвали в мою комнату, где попросили поучаствовать в эксперименте. Служанка согласилась. Наверное, мы выглядели сущими детьми, но Раинелю хотелось похвалиться своими умениями, а мне — увидеть волшебство. Каждый раз, когда кто-то магичил, я с удовольствием следила за результатом, чувствуя себя маленькой девочкой на цирковом представлении.
И вот сейчас после того, как эльф нанес на лицо Лины небольшую порцию крема, прошло всего несколько минут, а морщины немолодой женщины разгладились, кожа подтянулась и порозовела. Служанка сразу помолодела лет на пятнадцать.
— Лина, какая ты хорошенькая! — воскликнула я. Она и так не была особенно страшной, но с канарилом стала просто красавицей.
Служанке явно понравился мой искренний комплимент, и она, отговорившись
— Оля, а ты завтра будешь с нами тренироваться? — спросил Раинель, когда служанка нас оставила.
— Нет, Амран сказал, что вы будете слишком отвлекаться, поэтому у нас с вами будут разные программы, — пожала плечами я.
Эльф хотел что-то ответить, но вдруг резко нахмурился и сказал явно не то, что собирался:
— Уорн зовет всех в кабинет, это что-то срочное.
Я решила, что пойду с Раинелем. Если меня не звали, вернусь обратно.
Когда мы подошли к двери кабинета, келрит уже стоял возле стола и задумчиво рассматривал кусок темно-желтого пергамента. Я уже знала, что на таких тут пишут официальные документы: приказы, разрешения, завещания и так далее. Уорн сидел за столом и, нахмурившись, смотрел прямо перед собой.
— Оля, — сказал он, сфокусировав на мне взгляд, — хорошо, что ты пришла. Дело напрямую тебя касается. Придется нам с тобой завтра покинуть поместье.
— Что случилось? — нахмурилась я.
— Императрица одобрила твое вхождение в мой род… — медленно произнес Уорн.
— Но ведь это хорошо!
— Кроме одобрения, императрица сделала ценный подарок. Графство Ренивер. Пришел приказ на присвоение тебе титула, — василиск кивнул на бумаги в руках Амрана, и келрит протянул их мне.
— Ольга де Илей, графиня Ренивер, — прочитала я вслух, — Да, ладно! Из меня графиня, как балерина из бегемота. Этикета не знаю, не разбираюсь в геральдике, даже читаю с трудом! Какая из меня аристократка?
— Быть аристократом — это не значит следовать этикету, — сказал Уорн. — Быть аристократом — значит, быть самым достойным среди равных. С раириша слово «аристократ» переводится как «тот, за которым идут»
— Не знаю уж, кто за мной пойдет, — пробормотала я себе под нос, — И мы должны прибыть во дворец, чтобы поблагодарить ее величество?
— Нет, это не срочно, но вот в бывшее поместье де Мелей нам надо попасть завтра. Это самый поздний срок, — ответил нечто непонятное Уорн.
— Почему? — я растеряно опустилась на диван.
— Изящное решение, — задумчиво заключил Амран, и начал объяснять, — графство Ренивер — лакомый кусочек. Столица графства — город Ренивер — один из самых крупных портов в империи. Богатый город, с бойкой торговлей. Правда, и всякого сброда там достаточно. Пираты, контрабандисты, торговцы разных мастей, охотники на мутантов пустоши и тому подобное.
— Пустошь? — надо уточнить, ведь, похоже, это теперь мои владения.
— Да, сожженные земли. — подтвердил Амран. — Чтобы разобраться со всем этим, нужна твердая рука, но лорды Делирен и Итрис де Мелей их жена и дети мертвы. Самые ближайшие родственники лорд де Сорде и его племянник не могут получить власть. Де Сорде исчез, а его племянник погиб. Все остальные роды приходятся слишком дальней родней. Императрица могла бы выбрать один из родов и отдать графство им, но среди них нет такого, что способен навести порядок. Есть достойные и верные, но денег и опыта не хватает. Род де Илей в этой связи — самый лучший вариант. Патария уверена в том, что Уорн справится со всем. Да и недовольство более мелких родов сразу отсекается: графство отдается не кому-нибудь, а избраннице богини. Никто не будет оспаривать такое решение. Изящный ход.