Когда выбираешь не ты...
Шрифт:
Помещение оказалось достаточно большим. По периметру кирпичных стен стояли металлические стеллажи разной высоты и заполненности инструментами и всякими железками, верстаки, столы с запчастями для байков, под вентиляцией примостился сварочный аппарат с баллоном. По стенам были развешены мотоциклетные седла и крылья. А еще две акустические гитары. Интересно, что они тут делают? В углу лежала резина для колес, сложенные друг на друга диски, разнокалиберные моторамы, в общем, я в этом не особо разбираюсь, но здесь точно разместилось
В центре стоял невысокий столик на смешных, похожих на рояльные, ножках. Он выглядел весьма обшарпанным, видавшим виды и был неправильной формы. Вокруг этого стола разместились притащенные откуда только возможно кресла – плюшевое «с ушами», широкое кожаное, небольшой диванчик с мягкими подлокотниками, кресло-стул с высокой спинкой, плетеное типа пляжного, компьютерное на колесиках, короче, полная эклектика всего и вся – стилей, идей, железяк и людей, перед которыми я оказалась в данный момент. Их было семеро.
Джентльмены выглядели весьма колоритно. Почти все бородатые, большинство разукрашены татуировками, по-моему, только у двоих были чистые без картинок руки. И не факт, что татухи не спрятались на теле под рубашками. Тани вошел, шумно приветствуя мужчин прямо с порога:
– Привет честной компании! А вот и мы! Знакомьтесь, эту самую красивую девушку на свете зовут Тэя.
– Добрый день, - я поклонилась. – Я действительно Тэя. Насчет красоты, он бессовестно наврал.
Мужчины приветственно зашумели, замахали руками, приглашая к ним за стол. Меня посадили на свободное кресло «с ушами», начали внимательно разглядывать, никак не комментируя свое первое впечатление, и, видимо, ожидали, что первой говорить начну я. Но меня в очередной раз опередил Тано.
– Это она спасла Джесса. И меня тоже. У меня ломка началась, и если бы…
Мужчина с изящной бородкой и переходящими в нее усами в темных круглых очках не дал договорить мальчишке, участливо приобняв парня за плечи и добавляя, глядя на меня скептически:
– А ты, детка, никак не тянешь на Мать Терезу. У тебя любопытная внешность. Азиатка? Метиска?
– Да нет же! Какая она азиатка? Посмотри внимательно - точно тебе говорю итальянка! Такая же хорошенькая и глазастая.
– Сидящие вокруг стола байкеры оживились.
– А я француженок предпочитаю. Они все там не в меру сексуальные сучки!
– Скажешь тоже! Мексиканки потемпераментней твоих француженок будут! А хорошенькими могут быть вообще какие угодно.
– Не, ребята, у нее для мексиканки слишком светлая кожа. Я в ней, например, вижу что-то такое арабское. Или нет, она чем-то Афродиту с вазы напоминает. Может, гречанка?
– Ну, негров-то в ее родословной однозначно нет! Тут Африкой вообще не пахнет, правда, Хьюз?
– Ой, да, бросьте вы! Разве не видите, если ее рыженькой сделать, она – вылитая чистокровная ирландка!
Мужчины раздухарились,
– Чёрт, ощущение, что ты, малышка, как хамелеон, какую наци не назови – тебе пойдет все!
Ого! Интересное наблюдение. Впервые о себе такое слышу.
– Пусть это будет моей «изюминкой», хорошо?
– я улыбнулась, направляя эмпатическую волну в сердца сидящих вокруг меня мужчин, чтобы окончательно их к себе расположить, хотя, думаю, и без того я произвела на них интересное впечатление.
– Ладно, котёнок, рассказывай, как было дело, - еще один здоровенный зрелого возраста байкер по фамилии Джонсон цыкнул на остальных, предоставляя мне слово. Я слегка зависла, засмотревшись на его весьма впечатляющую внешность: густая седая борода, мощные усы, о-очень раскаченные бицепсы, во весь правый – раскрашенный череп с оскалом и куча еще всякого по мелочи до самого запястья.
– А что рассказывать-то? Я случайно там оказалась. Заметила пожар и решила, что, возможно, кому-то нужна помощь. Зашла на территорию складов, увидела сложенных в кучу мужиков и валяющиеся байки, а потом услышала, как кто-то плачет. Вот и всё.
– Что значит – всё? Тани сказал, что Джесс был ранен смертельно, что он умирал. А в госпитале у него нашли только сломанное ребро и поверхностную рану, почти царапину. Как такое может быть?
– Ну-у… У меня способности некоторые имеются. Я целитель. Тани слишком горько плакал, вот я и постаралась…
– Целитель? – мужчины переглянулись. – Покажи, что можешь, чтоб мы поняли!
Я обреченно вздохнула и спросила:
– А кто из вас готов стать подопытным? Например, лишиться своего тату для наглядности?
Все сразу замолкли. Компания начала вопросительно переглядываться, без слов кивая друг на друга, мол, соглашайся.
– Что? Нет желающих?
– Кафски, ты же совсем недавно хотел избавиться от одной из своих пикантных татушек. Давай, решайся! И деньги тратить не надо - мастер сам нашелся! – все посмотрели на мужчину в круглых черных очках.
– О'кей. Дама не сильно смутится, если я оголю задницу? – мужики заржали. – Малышка, ты как, не постесняешься места, с которым придется поработать?
– Мне все равно. Хоть с членом.
Веселье продолжилось. Двое парней, представившихся как Хьюз и Крейни, сидевших чуть ли на коленках ни друг у друга на небольшом диванчике, заорали в голос:
– А ты умеешь потенцию возвращаешь, чтоб стояк, как в юности был?
– У присутствующих с этим проблемы? – сдерживая смешок, я посмотрела на задавших вопрос мужичков.
– Что, любовнички, никак страсть поутихла? – коренастый смуглый парень с черной окладистой бородой ехидно оскалил в усмешке желтые зубы.