Когда вместе тесно
Шрифт:
— Помню. Мешать не буду.
— Что происходит? — Слава вдруг склонился над ней и внимательно вглядывался в ее глаза. — Чего ты добиваешься? Откуда вдруг такое понимание и спокойствие?
— Ничего… — девушка, заморгав, отвела взгляд — смотреть в его глаза она не смогла, и так понятно, кто выиграет в «гляделки», — я ничего не добиваюсь, просто хочу сделать нашу жизнь проще…
— Проще? — Он выпрямился, отшатнувшись от Кати. — Сначала сама все усложнила, а теперь хочешь сделать проще?
— Слава, — Катя не выдержала, — я не расклеивала те фотографии
— А кто?! — Выкрикнул парень, и Катя вздрогнула от его резкого голоса. — Кто кроме тебя мог совершить подобную глупость? Покажи мне этого идиота, я ему сам лично руки оторву.
Он выдохнул. Успокаиваясь, и уже ровным голосом добавил:
— Хочешь сделать нашу жизнь проще — собирай вещички и вали отсюда. А иначе, будет только хуже. Тебе.
Он резко развернулся и вышел. Через несколько секунд хлопнула дверь в его комнату.
Светлана Алексеевна, молчавшая все это время, погладила Катину руку.
— Он успокоится, вот увидишь. Только я не знаю, как ему сказать, что ты поживешь пока в его комнате…
— Это что?! — Раздался в этот момент разъяренный Славин голос.
— Вещи мои нашел. — Катя вздохнула, и умоляюще сложив руки, попросила свекровь. — Может вы ему скажете? Меня он убьет.
Женщина тяжело поднялась со стула, на котором сидела и пошла к сыну. Катя как не прислушивалась, так и не смогла разобрать, о чем они говорили — ничего не было слышно, даже бормотания и отдельных слов. А потом Слава вышел и театрально поклонившись с издевкой произнес:
— Прошу, принцесса, Ваши апартаменты свободны.
— Спасибо. — Катя встала, намереваясь пройти в комнату и разобрать вещи.
— На здоровье. Надеюсь, вам будет удобно. Если что, Вы не стесняйтесь, говорите сразу, мы мигом все исправим.
— Слава, хватит кривляться. — Мама вышла следом. — Катя — наша гостья. Ей неудобно будет в зале на диване.
— А мне удобно? Нет, конечно, мне удобно. Я менее притязателен.
Слава замолчал, и всем своим видом демонстрируя раздражение, развалился на диване, о котором только что шла речь, нервно переключая каналы на телевизоре.
Катя с удобством расположилась на Славиной жилплощади. Брезгливо выставила за дверь все предметы его гардероба, как чистые, так и не очень. Наладила пинка наглому кошаку, который фыркая и недовольно поглядывая на девушку, все же убрался восвояси. После она проветрила комнату, расстелила диван и растянулась на нем, найдя на телевизоре канал, по которому передавали ее излюбленное и не слишком интеллектуальное реалити-шоу.
Зоя решила вечером прийти к Славе без предупреждения. Она хотела сделать ему сюрприз своим неожиданным появлением. А еще она хотела увидеть его маму. Светлана Алексеевна всегда очень хорошо относилась к ней, и девушке хотелось узнать ее мнение насчет этой глупой свадьбы. Ей хотелось посплетничать с будущей свекровью, хотелось, чтоб женщина поделилась с ней впечатлениями о невестке.
А потом ей хотелось, как обычно закрыться со Славой в его комнате и целовать-целовать его губы. Дразнить его, зная,
У девушки было такое хорошее настроение, она была опьянена своими чувствами и мечтами и так спешила к своей цели, что пролетела мимо Катиного автомобиля, неуклюже припаркованного во дворе, даже не заметив его и не заподозрив неладного. Хотя где-то мелькнула тревожная мысль о том, что она что-то упустила. Что-то раздражающее, нервирующее, тревожное. Но Зоя списала этот душевный дискомфорт на всплывшие из глубин подсознания воспоминания о Славином семейном положении, о котором она дала себе обещание специально не думать. Отмахнулась от грустных мыслей и скоро звонила в дверь его квартиры.
— Я открою! — послышался из-за двери знакомый голос, от которого у Зои в груди разлился холод.
А потом дверь распахнулась и Екатерина Лаврентьева, собственной персоной, возникла на пороге. Зоя скользнула по ней взглядом, открыв рот и собираясь с мыслями, отмечая, тем не менее, ее домашний наряд и Славину майку на плечах.
— Зоя, — протянула девушка и посторонилась, — проходи. Дорогой, — отвернувшись, крикнула она, — это к тебе.
Девушка ушла, а к изумленной Зое вышел Слава.
— Это как понимать? Что Лаврентьева делает у тебя дома?
— Я Артемьева теперь! — Послышался откуда-то Катин голос.
Зоя, развернувшись, хотела уйти, но Слава поймал ее за локоть, разворачивая к себе.
— Постой. Погоди минуту, я сейчас.
Он ушел, а потом из зала раздался его голос:
— Еще раз напомнишь мне, что ты теперь носишь мою фамилию… Еще раз назовешь меня так…
— Как? — В голосе Кати слышался едва сдерживаемый смех.
— Дорогим… Я с тобой знаешь, что сделаю?
— Слава, извини, я пошутила. Твоя Зоя, она что, шуток не понимает? Погоди…
Послышались шаги, а потом к девушке вышла Катя.
— Слушай, извини, ладно. Он мне не дорогой, я неудачно пошутила. В общем, он сам тебе все объяснит. Доволен? — Она повернулась к Славе, который стоял за ее спиной.
Тот молча прошел мимо и, обняв Зою за плечо, вышел вон, захлопнув за собой дверь.
— Я ничего не понимаю, Слава. Может, ты мне объяснишь?
— А что тут непонятно, Зоя? Катя — моя жена и теперь она живет со мной, как и положено жене. — Слава смотрел в сторону, и в словах его явственно слышалась горечь. — Давай присядем?
— Но почему ты позволяешь все это, Слава?
— А что я могу сделать? Меня напрягает вся эта ситуация, Зоя, если и ты сейчас начнешь капать мне на мозг… — Он замолчал, боясь наговорить лишнего.
— Лучше бы ты отслужил два года.
— Лучше? — Парень посмотрел на нее внимательно, словно хотел в глазах ее прочесть, действительно она так считает или нет. — Кому лучше, Зоя? Я устрою этой выскочке такую райскую жизнь, она сама от меня сбежит, а других вариантов я не вижу. Вот только мама…