Когда вдруг решил... что уже... поздно
Шрифт:
Рита из-за столика поднялась, платье расправила, окинула взглядом ресторан, примеряясь к тому, в какой стороне может находиться дамская комната.
— Если ты сейчас уедешь, я Пете позвоню. — Пригрозила Альбина, а Рита вызывающе рассмеялась, потрепав подругу по голове. Та недовольно от прикосновения отмахнулась. — Я всё ему расскажу, и он выдаст тебя замуж. Завтра же!
— Что, и ты эту его байку слышала?
Альбина с места подскочила и бессильно сжала кулаки.
— Рита, не заставляй меня нервничать. Мы же подруги, и… и должны друг друга защищать…
— Альбина, я люблю тебя, но ты переходишь некие границы, которые нарушать не стоит.
— Но не могу же я просто стоять и смотреть,
— А ты не смотри. — Получила она совет, что, будто контрольный выстрел в голову, заставил безвольно опасть и молча стиснуть зубы. А Рита ушла. Демонстративно резко виляла бёдрами, удаляясь в сторону выхода из ресторана.
— Ну и дура! — Обиженно буркнула Альбина и снова подозвала официанта, с уверенностью включая в список своих недостатков привычку заедать стресс.
Глава 16
Самарин оценил Риту похотливым взглядом, огладил округлость ягодиц, собственнически сжал их, став вплотную.
— Выглядишь супер. — Интимно шепнул на ухо, не упуская шанса провести кончиком языка по мочке. — А я уже боялся не простишь меня за вчерашнее… — Довольно заурчал, когда Рита на ненавязчиво предложенный поцелуй с готовностью ответила.
Ненавидела происходящее, внутреннее отвращение перетерпеть пыталась, но и отступиться готова не была. «Хуже уже не будет. Не будет» — уверяла себя, закрывая глаза.
Саша был хорош, пожалуй, во всём. Красив, умён, умел себя подать. Явным недостатком являлась алчность, но кто сейчас этой болезнью не страдает?.. Сейчас он пытался казаться независимым, забыться хотел, а она делать ему это позволяла. И использовать себя позволяла тоже. В конце концов… Ведь женщины для этого и существуют: чтобы было хорошо.
Заставляя себя расслабиться, залпом выпила сразу два коктейля, довольно закатывала глазки на пошлые комплименты, отвечала пьяной улыбкой на явный интерес. Она тоже забыться хотела, вот только нужную волну всё никак подхватить не могла. И ни музыка здесь не была помощником, ни приятный гул заведённой толпы. Откровенные прикосновения принимала, позволяя больше, чем хотела бы получить, поцелуи, что падали на плечи и открытую грудь, раскатистым смехом поощряла. Сегодня она выглядела вульгарно. Сегодня она тянула, пожалуй, на дорогую шлюху. И классическое чёрное платье не спасало ситуацию, и умеренной вычурности украшения не красили. Вульгарным было состояние души. Развязным — вызывающее поведение. На неё смотрели многие. Многие себя предлагали. А черти так и нашёптывали шальные мысли пуститься сейчас во все тяжкие и сделать что-то такое, за что уже завтра обязательно будет стыдно. «Хуже не будет» — напомнила себе и высокий хвост распустила, заводной танец в разряд откровенных переводя. Вот сейчас ультракороткое мини как раз кстати. Вот сейчас агрессивный аромат духов будет ей к лицу.
Саша всё ещё суетился вокруг, пытаясь поспеть за всё ускоряющимся ритмом музыки. Такой она нравилась ему ещё больше. Доступной, свободной от предрассудков. Он ещё не уловил прямой посыл. Улыбался и водил жадными ладонями по расслабленному телу, прижимаясь в танце всё теснее. Губы ловил, кусал их. Со взглядом заигрывал, высокую грудь, то и дело, наминал, хозяйский жест демонстрируя. Шептал что-то бессвязное, но призывное и манящее, а она другого за его спиной изучала. Сильного и, как казалось, надёжного.
— Чёрт, не двигайся! — Вдруг прикрикнул Самарин, за плечи Риту ухватив. — Подруга моей жены. — Нервно шепнул, проводя по светлым волосам дрожащей рукой.
Она обернуться попыталась, а он не позволил, грубо встряхнув.
— Так, я подойду к ней сейчас, выпроводить попытаюсь. Если что, жди меня через десять минут у машины. — Наставления
— Я не танцую.
Одними губами проговорила Рита здоровяку, к которому приценивалась до этого и в сторону бара двинулась, окончательно разочаровавшись в себе и поступках, но сильные ладони поперёк живота обхватили, с места сдвинуться не позволяя. А уже в следующее мгновение она Литнера узнала. Как всегда по запаху. Чуть сладкому, манящему, вконец расслабляющему.
— Душу дьяволу продать готов за этот вид. — Страстно прошептал он, губами к самому её уху прижавшись. — Но для меня ты больше не танцуешь. — Потянул с явным сожалением и сомнения отпадали: он глаза сейчас прикрыл, этой близостью наслаждаясь. Носом о её затылок потёрся, запах вдыхая, и удовлетворённо застонал, как только острые ногти, впивающиеся в кожу рук, почувствовал. — А ты, как всегда, дерзкая и опасная. — Усмехнулся. — Выйдем. Поговорить надо. — Сообщил совсем другим, теперь уже грубым, но достаточно убедительным тоном.
Рита бросила беспомощный взгляд в толпу, но от участия здоровяка всё же отказалась, зная крутой нрав Литнера и его возможности. Так и не добившись ослабления хватки, в ту сторону, куда мужчина подталкивал, направилась, чувствуя на коже его дыхание, возбуждение чувствуя, и немереную агрессию, что сейчас по чётким ударам сердца и нетерпеливым движениям читалась.
Оказавшись в светлом холле, поморщилась, к ярким лампам привыкая. Руки его с себя сбросила. Он позволил, по-другому и не думала. Развернуться и с вызовом посмотреть в глаза вот так сразу не смогла. К ощущениям примерялась, к интуиции, которая вопила в немом ужасе: попалась. А когда запах сигаретного дыма в непосредственной близости почувствовала, опомнилась и подобралась. Резко на каблуках развернулась, хитрому и одновременно острому взгляду подставляясь.
— Ты доигралась. — Не стал мужчина своих намерений скрывать и о догадках сообщил. Прищурился, реакцию на собственные слова считывая, глубоко затянулся, выпустил облако мутного дыма к потолку. — Ну что ты молчишь? Предлагай!
— Что предлагать? — Бросила она короткий взгляд исподлобья, понимая, что игра началась. Изначально проигрышная для неё партия.
— Варианты, разумеется. — Взмахнул Литнер рукой с зажатой между пальцами сигаретой. Щедро одаривал улыбкой, губу закусывал, её мысленные метания подмечая. — Сделай мне заманчивое предложение, которое позволит старой дружбе с твоим отцом подкоситься. И если я заинтересуюсь, то, так и быть, промолчу, когда нужно будет ему глаза раскрыть на твои закидоны. До чего дошла! — Осуждающе головой покачав, мужчина громко языком поцокал. — С женатым связалась. — Неодобрительно потянул, выразительным тоном яркой эмоциональной окраски к словам добавляя. — Позор на его седины! — Презрительно прищурился Литнер и губы скривил.
Резко вперёд подавшись, больно пальцами её локоть сжал.
— Я ведь тебя предупреждал, что буду присматривать? Что не так? Доходит до тебя туго? — Голову набок склонил, к выразительному молчанию прицениваясь. — Не молчи, котёнок. Отзовись, золотце. — Стал податливым и медовым его голос, кончики пальцев по её подбородку скользнули. — Твоё молчание можно расценивать как полное согласие с вышесказанным? — Будто с ребёнком болтая, засюсюкал он. — Я рад, что мы, наконец-то, научились понимать друг друга. — Хватку на локте отпустив, Литнер Риту по волосам погладил, поведение одобряя. В уголок губ поцеловал, не обращая внимание на то, как при этом болезненно поморщилась.