Когда ты рядом

Вуд Алекс

– Я вообще не собирался скрываться. – Он прислонился спиной к ограде и рассматривал волосы Энн, сверкающие в лучах осеннего солнца. – Но я не хотел напугать тебя…

– Почему это должно было напугать меня? – спросила Энн и мысленно обругала себя за лицемерие. Брайан совершенно прав, она действительно испугалась.

– Ты могла подумать обо мне невесть что, – улыбнулся он.

– Я вообще о тебе не думаю, Брайан Экерсли, – шутливо проговорила она.

Брайан обнял ее за

плечи и притянул к себе.

– Ты невозможная девчонка, – горячо зашептал он ей на ухо. – Если ты еще раз посмеешь сказать что-нибудь в этом роде, я скормлю тебя этим уткам…

Он чуть приподнял ее как бы в подтверждение своей угрозы. Энн счастливо засмеялась, болтая ногами в воздухе. Брайан был невероятно, невозможно силен. Даже не верилось, что в его худощавом теле таится такая сила. Хотя, конечно, это очень легко объяснить – он же спортсмен.

– А что с твоей ногой? – спросила Энн, когда они сидели в маленьком кафе и пили обжигающий кофе с булочками. – Что-то серьезное?

– Пустяки, – поморщился Брайан. – Двойной перелом. Уже все зажило.

– Пустяки? – ахнула Энн. – Это же очень опасно!

– Можешь мне об этом не говорить, – усмехнулся Брайан. – Такое частенько бывает в спорте. Но я уже в порядке. Буду готовиться к чемпионату.

Энн притихла. Как отличается его жизнь от ее! Соревнования, тренировки, победы, поклонницы, все новые и новые вершины для него. А для нее – ежедневная работа в черно-белом офисе, два выходных дня, пролетающих как одно мгновение, и отчаянные попытки написать что-то стоящее, что разорвет порочный круг и позволит ей подняться на ступеньку выше…

– А как ты сломал ногу? На тренировке?

– По глупости. Поехал кататься на лыжах с друзьями и зацепился за пень, – неохотно проговорил Брайан. – Смешно, правда?

– Ничуть, – возмутилась Энн. – Ужасно. Как ты мог быть так неосторожен?

– Если честно, то я был немного под хмельком, – заговорщическим шепотом произнес Брайан, наклонившись к девушке. – Но только об этом никому ни слова. Это будет нашей тайной. Договорились?

Энн кивнула, не в силах оторвать от него глаз.

Он такой красивый… Темные глаза, того насыщенного коричневого цвета, который принимает крепко заваренный чай, темно-каштановые, почти черные волосы, непослушными прядями падающие на лоб, крупный породистый нос с горбинкой, капризный изгиб губ и ямочка на подбородке.

Энн отвела глаза. Нехорошо так пялиться на человека, тем более, на мужчину. Он может возомнить о себе неизвестно что. Хотя, скорее всего, Брайан и так донельзя избалован вниманием женщин.

– А когда ты начал заниматься коньками?

– Точно не помню, – пожал плечами Брайан. – Сейчас мне кажется,

это было всегда. Мама привела меня в студию, когда мне было лет пять-шесть.

– Здорово, – проговорила Энн с завистью. – Так жаль, что меня никто никуда не отвел в свое время…

– Не сожалей. Спорт – это адский труд, где все время приходится от чего-то отказываться.

От сладкого, например, или хоккейного матча.

Вся твоя жизнь подчинена одному – стремлению к вершинам, и когда ты вдруг останавливаешься, то понимаешь, что и не жил вообще…

Энн как зачарованная слушала его. Брайан открывал для нее совсем другую жизнь, в которой возможно добиться чего-то, занимаясь любимым делом. Он рассказывал ей о трудностях и лишениях, а она видела сверкающий лед и трибуны, заполненные ликующими фанатами, ощущала упоительный вкус победы, ни с чем несравнимую гордость оттого, что еще один рубеж преодолен.

– Но ведь приятно быть знаменитым… – робко произнесла она.

– Не знаю, – улыбнулся Брайан. – Ты же меня не узнала, значит, я вовсе не знаменитость.

– Я не в счет, – замахала руками Энн. – Я в жизни спортом не интересовалась, но вот Джиму твое лицо показалось знакомым…

Облачко недовольства промелькнуло в темных глазах Брайана.

– А, Джим… – протянул он с мнимым равнодушием. – Кстати, он в тебя влюблен.

Энн рассмеялась. Никак Брайан не оставит бедного Джима в покое!

– Джим влюблен во всех симпатичных девушек, – сказала она, не замечая, что таким образом и себя назвала «симпатичной». – Ты разве забыл, скольких красоток он подцепил на катке?

– Мне показалось, что он это делал с единственной целью – привлечь твое внимание. – Брайан вертел в руках ложку и упорно не смотрел на Энн.

Неужели он ревнует? – мелькнула у нее приятная мысль.

– Джим мне не нравится, – просто произнесла Энн.

Брайан немедленно оставил ложку в покое.

Он поднял на девушку глаза и спросил:

– А я?

Энн смутилась. Зачем спрашивать, неужели ему неясно?

– Ты? Ты нравишься… – тихо ответила она, недоумевая про себя.

– Знаешь, если я вдруг начну нести всякую чушь, ты так мне об этом и скажи, ладно? – неожиданно попросил Брайан. – Я не должен был тебя спрашивать, да?

– Почему бы и нет? – улыбнулась Энн, почувствовав неожиданную уверенность в себе.

Нерешительность Брайана забавляла ее.

Обычно она всегда была застенчивой стороной, сейчас было так приятно ощущать себя опытной и мудрой…

Беседа повисла в воздухе. Брайан чувствовал, что сморозил глупость, Энн не знала, как аккуратно вывернуть на какую-нибудь другую тему.