Шрифт:
Рита открыла дверь, и сразу раздался выстрел. Глаза еще не успели привыкнуть к полумраку коридора, Рита шагнула вперед и с разбега врезалась коленкой во что-то тяжелое и очень жесткое. Вскрикнула, пригляделась – у стенки что-то смутно серело в темноте, рядом громоздилась еще одна бесформенная кучка. Пакеты с мусором от ремонта стояли тут со вчерашнего вечера, только переместились к другой стенке, вот она их и не заметила. Рита боком пробралась между препятствий, под грохот выстрелов закрыла дверь и, цепляя сумкой мешки, вошла в комнату. Игорь сидел спиной к двери и увлеченно жал на «гашетку», светодиодная «мышь» светилась и мигала под его пальцами, точно при последнем издыхании. По экрану монитора метались болотно-серые тени, что-то быстро мелькнуло молнией, тени пропали, вместо них на темном мониторе расплылись багровые
– Зараза! – Игорь отшвырнул мышь, точно та была в чем-то виновата, врезал кулаком по клавиатуре и повернулся. Рита улыбнулась, Игорь мрачно глянул на нее, потирая ушибленную ладонь.
– Отвлекла меня, – буркнул он, – чего так рано притащилась?
– У Ленки день рождения, – Рита подошла к Игорю, наклонилась поцеловать его, но тот дернул плечом и снова ухватился за мышь. На экране покачивался автоматный ствол, направленный в пространство из кирпичной стенки и подозрительных проводов. Возникла надпись «пройти уровень заново», Игорь щелкнул по ней и отвернулся к экрану. Рита чмокнула любимого в едва наметившуюся лысину и пошла в кухню. Груда тарелок в раковине, кастрюля со сковородкой внутри, грязные, само собой, фантики от конфет, чашки с отжатыми досуха чайными пакетиками – все как всегда, ничего нового. Зато какая плитка на «фартуке»: новенькая, блестящая, узор идеально совпадает, ну просто загляденье. Не зря полгода в грязи жили и ругались каждый день на чем свет стоит, пока шел ремонт. Зато сэкономили на аренде, Игорь договорился с хозяйкой жилья, что вместо квартплаты они сделают ремонт, выгода получилась приличная. «В своей квартире так же сделаю», – Рита быстро мыла посуду и посматривала на часы, до назначенного времени оставалось всего ничего, а еще надо цветы Ленке купить. «Все равно все опоздают», – понадеялась она, поставила чистую кастрюлю с водой на огонь и побежала на треск автоматных очередей.
– Соседи орать будут! – крикнула она, перекрывая грохот выстрелов. – Снова с разборкой придут!
– Пофиг мне, – сквозь зубы бросил Игорь. С монитора на него перла толпа неприятных монстров вперемешку с людьми в камуфляже, автомат грохотал, мышь пылала, по экрану разлетались багровые ошметки.
– Снова полицию вызовут! – пугала его Рита, рассматривая содержимое шкафа и никак не могла решиться. Брючный костюм был чудо как хорош, в пир и в мир, как говорится, но платье… Новое, лавандового цвета, купленное, страшно сказать, почти в самом Париже, не в Galeries Lafayette, увы, а в небольшом магазине, но на нем, на платье в смысле, не написано. Платье превосходило костюм по всем статьям, но с одной стороны, за окном собирался дождь, а с другой… Куда еще в нем пойти, как не в ресторан. Лучше бы с Игорем, конечно, как несколько лет назад, когда они частенько позволяли себе оторваться, не особо думая о завтрашнем дне. Правда, тогда они еще не снимали эту квартиру на двоих, карьера Игоря шла в гору. Но полгода назад им прислали нового босса, и все резко изменилось.
Рита кое-как отогнала неприятные воспоминания, смотрела то на костюм, то на платье. На подоконник упали тяжелые капли, две, три, четыре, одна за другой. «Такси вызову», – Рита решительно сдернула платье с плечиков и побежала в кухню. Вода бурно кипела, плескалась на чистую плиту.
– Получил, тварь? Жри, сука, не обляпайся! – раздалось из комнаты.
– Сегодня на ужин пельмени! – крикнула Рита, быстро высыпала полпачки в кипяток, побежала в ванную. И едва не сбила с ног Игоря, тот торопился ей навстречу.
– Как пельмени? – он прижал Риту к стенке. – Ты что, издеваешься? Я не могу такое есть!
– Ну прости, прости пожалуйста, – Рита вывернулась и спряталась в ванной, – я не успела. Завтра котлеты сделаю и курицу, потерпи денек.
И закрылась, принялась в темпе приводить себя в порядок. Парижское платье дождалось своего часа – Рита с трудом оторвалась от зеркала, лишний раз убедившись, что полторы сотни евро потратила не зря. Накинула плащ, втиснулась в туфли на шпильках, наскоро накрасила губы и вернулась в кухню. Игорь подозрительно принюхивался к всплывшим пельмешкам и осторожно трогал ложкой их тугие бока.
– Это не еда, – бормотал он, – а точно корм из пакетиков для кошки или собаки. Кстати, ты знаешь, что туда как раз кошек и кладут? Кошка на кило мяса, для весу…
– Глупости, – Рита обняла его, потерлась щекой о колючие
– Бычки так не пахнут, – Игорь подцепил ложкой пельмень и пристально рассматривал его, – если я умру, ты будешь виновата. Иди, пьянствуй, ишь, вырядилась. А я буду есть это…
Он проглотил пельмень и скривился, точно лягушку съел. Рита поцеловала Игоря в щеку и выскочила в коридор, на прощанье крикнула:
– Майонез в холодильнике!
Тут же хлопнула дверца, послышался стук посуды. Рита брызнула на волосы духи, схватила сумку, пакеты с мусором и выбежала на площадку.
– Много не трать, на следующей неделе аренду платить! – крикнул Игорь с набитым ртом.
– Я помню! – Рита возилась с сумкой и пакетами, грохотала каблуками. Приоткрылась дверь квартиры напротив, в щель между створкой и стеной показалась бабка. Белая, ветхая, с дрожащими губами и руками, она напоминала Рите таракана. Такие бывают, своими глазами видела стаю белесых, мутно-прозрачных тварей. Они с Ленкой Вирской не сразу и поняли тогда, что за мерзость вывалилась из старых папок и разбежалась по столам, полетела на пол. Решили, что это пыль или бумажные ошметки, а когда дошло, визжали так, что на сигнал бедствия прибыл лично руководитель их богоугодного заведения, худой седой мужик, и блестящими ботинками уничтожил почти весь страх и ужас. Из той конторы Рита вскоре уволилась, а Вирская осталась, сделала неожиданную карьеру и сегодня отмечала свой тридцать пятый день рождения. «Цветы!», – Рита кое-как собрала пакеты, закинула сумку за спину и побежала вниз. Бабка неслышно прикрыла дверь и сгинула в своем логове. Рита выскочила под мелкий дождик, закинула мусор в контейнер сбоку дома и побежала к автобусной остановке. Маршрутка подошла быстро, Рита вышла через две остановки и побежала к цветочному магазину. Она и так опаздывала уже почти на четверть часа, уже хотел позвонить Марине или Людке, тоже приглашенным на торжество, но решила не терять остатков времени. Влетела в магазинчик и закрутила головой по сторонам. Тут было тихо, влажно, как в тропиках, и очень приятно пахло. Не хватало только бабочек величиной с ладонь, с огромными мягкими крыльями и цепкими лапками. Из зарослей показалась полная медлительная девушка-продавец, Рита направилась к ней.
– Добрый день, мне нужен букет для девушки, женщины… Девушки… – она запуталась, не зная, как назвать Вирскую. На девушку она не тянет по ряду причин, но и женщиной назвать язык не поворачивается. Тридцать пять – это немного, но все же своего рода черта, предел, еще не сорок, уже не тридцать. И почти десять они знают друг друга.
– Сейчас подберем, – продавец поняла Риту с полуслова, потянулась к белым розам и моментально накрутила здоровенный такой букет, весь в фольге и зеленых ветках.
– Стойте, – опомнилась Рита, – подождите! Не надо розы, лучше лилии, вот эти!
Лилии стояли в ведре неподалеку и пахли так, что кружилась голова. Именно такие лилии Рита представляла себе в виде букета, три больших ветки с огромными цветами, как она с ними войдет в ресторан и вручит Ленке. На подарок они скинулись заранее, а вот букет каждый покупал сам.
– А что вам не нравится? – сонливость толстухи как рукой сняло. – Нормально для женщины. Лилии для молоденьких девушек, не ваш вариант.
И вытаращилась накрашенными опухшими глазенками. Зазвонил мобильник, это оказалась Людка. Рита сбросила вызов: и так понятно, что опаздывает она уже прилично, достала кошелек.
– Сколько с меня?
Недовольная девка назвала сумму, буквально сунула Рите в руки злосчастные розы и пропала с деньгами где-то за полками с горшками и прочим садовым инвентарем. Минута, две – продавец точно сгинула там вместе со сдачей и возвращаться не торопилась. Рита кашлянула разок, другой, потом плюнула и выскочила из магазина. «Черт с тобой, не обеднею», – она перебежала дорогу и быстро шла в сторону торгового центра, на верхнем этаже коего и располагался ресторан. Пятьдесят рублей – не такие уж большие деньги, чтобы расстраиваться или устраивать скандал, но на душе было противно. А тут еще одна из роз в самом центре оказалась увядшей, ее лепестки скручивались, а цвет напоминал крылышки тех самых тараканов, будь они неладны. Рита кое-как замаскировала жухлую розу среди еще вполне себе живых цветов и пошла вверх по неторопливому эскалатору.