Когда судьба сильней
Шрифт:
Дамир улыбался, еле сдерживая слёзы счастья.
– Конечно.. Конечно… Обязательно… Ты передай маме, что я приеду к ней… к вам. Ждите.
– Мама спрашивает, когда ты приедешь?
– В марте я приеду к ...вам. – Заговорил Дамир на русском языке.
– Мой контракт конец. Съёмка фильм конец. Я приеду. Я учу язык, Ивана учу плавать. Ты хорошо… здоровье?
Дамир слышал голос Миры, а потом услышал «перевод» от ребёнка. – Не волнуйся, папа у нас всё
– О, Аллах, как же я вас люблю!
– Мысленно проговорил Дамир.
– Малыш, передай маме, что я очень её люблю! Очень люблю!
И вскоре он получил ответ от Миры, она говорила по-турецки.
– ;ok seviyorum.
Дамир ещё раз несколько раз проговорил эти слова, пока голос малыша его не остановил.
– Вы будете плакать, или будете говорить?
– Говорить.
– Одновременно произнесли Мира и Дамир, услышав друг друга.
Глава 23.
Глава 23.
Мира стояла возле окна и смотрела, на воробьиную свадьбу, которая чирикала на дереве и явно радовалась весне. Воробьиная свадьба перелетала с ветки на ветку и допрыгала до верхушки дерева. Ещё мгновение … и она перелетела на другое дерево и вскоре исчезла из виду.
– Воробьи радуются весне, - с улыбкой подумала Мира и погладила свой животик. – Я тоже вчера радовалась и весне и тому, что скоро… стану мамой, если бы не расстроила меня Анюта.
Мира вздохнула. Отошла от кона и села на свою больничную койку. Вот уже два дня, как она находится в родильном доме под присмотром врачей. Её гинеколог поставил срок родин на 1 марта, а Мира была уверена, что родит гораздо позднее. Переубедить врача не удалось, и вот она здесь в родильном доме и… совершенно одна.
Вчера её посетила Анюта, если, конечно, это можно назвать посещением. Вместо того, что бы принести «гостинцев», она принесла известия, которые взбудоражили Миру не на шутку. Не успела Мира спуститься к ней в коридор на первый этаж Родильного дома, как её подруга тут же заявила, что рожать ей 1 марта категорически запрещено. Этим объявлением на весь коридор, Анюта взбудоражила не только Миру, но и ещё и медсестру, уборщицу и двух нянечек, которые были в коридоре. Мире пришлось извиниться за слова подруги перед ними и отвести, пылающую от возбуждения, Анюту подальше вглубь коридора.
– Ты, что говоришь-то?- Возмутилась Мира, усаживая Анюту на кушетку в коридоре.
– Меня итак здесь все считают… какой-то особенной, а ещё и ты … всех перепугала.
Анюта ничего не поняла, и Мире пришлось дать разъяснения.
– Понимаешь, Анюта, я три дня уже здесь и за все эти дни в роддом не поступило ни одной пациентки… Ну, …роженицы, такой, как я. Это всех удивляет. Каждый день к ним поступали по шесть или восемь пациенток, а однажды было десять. А тут, вдруг три дня и … никого. Я одна! Вот они меня и считают… особенной. Смотрят на меня с опаской, а мне смешно. Мой врач тоже волнуется, но не могу понять за кого. За меня или … за свою больницу? И тут
– Да, хоть сегодняшний! – Воскликнула Анюта. – Просто нельзя тебе рожать в этот день и всё! И пусть тебя считают особенной. Ты такая и есть! – Она положила ладонь на живот Мире и обратилась уже к её животу ласковым голосом.
– Послушайся меня, крестник, не рожайся завтра. Спокойно поспи, … поразвлекайся там ещё несколько дней. Ну, в общем, не торопись…
Мира откинула руку Анюты со своего живота и строго посмотрела на неё.
– Может, ты мне всё объяснишь? – Произнесла она.
– Объясню! – Кивнула Анюта.- Баба Даша сказала, что 1 марта день гибели Иуды. Он повесился первого марта!
– И, что?
– Это очень плохой день для… родин, особенно, если это мой крестник.
Мира закатила глаза к небу и вздохнула с облегчением.
– И не вздыхай так. – Остановила её Анюта. – Раз баба Даша так сказала, значит выполняй. – Она вновь положила ладонь на живот Мире и добавила.- Тем более, что твой папа ещё не приехал. Они обещали приехать к 8 Марта, вот и жди ещё восемь дней.
– Ты опять говоришь чушь. – Возмутилась Мира. – Разве ребёнок может ждать, если подойдёт срок? И, - она немного помедлила и договорила, - я не уверена, что Дамир приедет… Да и… прошло девять месяцев, Анюта. Мы с ним не виделись почти год! Для него один год – это ещё молодость, а для меня… - это, как десять лет. Ты же понимаешь?
Анюта смотрела на неё, как на умалишённую.
– Ты боишься, что он… тебя разлюбил?
Мира чуть кивнула головой и улыбнулась.
– Ты на меня посмотри… Колобок… сорока лет… Анюта, у меня много проблем в жизни. Зачем мне ещё одна? Да и малыш всё ещё не развернулся, так и лежит головой вверх. – Мира вздохнула и погладила живот. – Я его уговариваю перевернуться, а он не слушается меня. Анюта, врачи настаивают на операцию, а я не знаю… Нет, я не хочу. Мы ещё подождём…
– И правильно, подождите до 8 Марта. А, что насчёт твоего внешнего вида, так…- девушка виновато улыбнулась и договорила, - …Дамир говорил, что ты беременная ещё прекраснее. Я каждую неделю фотографировала тебя и отсылала ему эти фотки.
Мира чуть не подскочил от её слов, тем более, что и её малыш в животике подпрыгнул.
– Да, как ты посмела! – Воскликнула она. – Я же была….
– Такой милой и прекрасной.
– Произнесла Анюта слова с улыбкой. – Это слова Дамира, не мои. Мира ты очень огорчала его своим отказом общаться… Пришлось мне общаться с Дамиром за тебя.
– Что!?
– Воскликнула Мира и тут же вновь получила «пинок» малыша по животику.- Так, спокойствие… только спокойствие.
– Она села на кушетку рядом с подругой и произнесла. – Анюта, что ты ему рассказывала?