Когда сбываются мечты

Денисова Ирина

– Собирайся, ты едешь к бабушке!

– Ура!!! – обрадовалась Настя, довольная тем, что удалось избежать сурового наказания.

Но тут же, поняв, что время далеко не летнее, удивленно переспросила:

– А когда?

– Завтра утром едем в аэропорт, оттуда самолетом до Москвы.

– Утром??? Так быстро? – изумилась Настя.

– Да, так быстро, мы уже купили билеты, – твердо сказала мама.

– Так еще же неделю учиться, – Настя никак не могла взять в толк, чем вызван такой внезапный и неожиданный

отъезд.

По маминому взгляду Настя поняла, что вопрос уже решен и обсуждению не подлежит.

– Новый год на носу, – жалобно заныла она, пытаясь напомнить о приближающемся любимом празднике с подарками и длинными выходными.

– Дочка, это ненадолго, недели две-три всего, – отчего-то виновато сказала мама.

Настя насторожилась. Что это с ней?

Мама оставила свой обычный приказной командирский тон, и даже про ремень забыла.

Конечно, летом Настя собиралась в маленький городок Ярославской области, даже хвасталась одноклассникам, что скоро уедет из ветреного лета казахских степей в тепло маленького уютного зеленого городка.

Но зимой?! И почему не подождать одну неделю до Нового года, зачем такой скорый незапланированный отъезд?

Обиженная Настя ушла в свою комнату – собирать чемодан.

А что там собирать? Настя бросила во внутренность громадного кожаного чемодана пару своих книжек, любимый пушистый свитер и пару комплектов нижнего белья.

Она ведь уезжает ненадолго, всего на две-три недели. Скоро вернется обратно.

– Мама, можно я к Оле сбегаю, попрощаться?

– Чего прощаться, наверняка виделись сегодня, вы же ненадолго расстаетесь, – попыталась возразить мама.

Но вдруг тем же виноватым тоном сказала:

– Ладно, беги, может, долго не увидитесь.

– Какой долго, каникулы две недели всего, – уже в дверях, выбегая из квартиры, крикнула Настя.

Подружка Оля радостно встретила Настю в дверях своего маленького домика. Настя не знала, как объявить подруге новость, она нерешительно встала на пороге, не заходя вовнутрь.

– Оля, я должна уехать, – получилось у нее как-то жалобно.

– Куда? Зачем? Как уехать?! Почему ты не заходишь?

– Сама не знаю, почему, и зачем так неожиданно, – еще жалобнее проговорила Настя.

Она, наконец, вошла.

Оля жила в домике, состоявшем из двух крошечных комнаток и такой же крошечной кухни, вдвоем с бабушкой. Настя никогда ее не спрашивала, почему она живет с бабушкой, хотя мама с мужем и двумя сестрами живут в соседнем доме.

Наверное, потому, что кто-то должен присматривать за старенькой бабушкой.

Оля провела ее в кухоньку и налила чай в колоритную пиалу, украшенную разноцветными розочками. По казахскому обычаю они уселись на циновки возле низкого квадратного столика. Чай здесь пили только из пиал, чашек не признавали, а плов вообще ели руками.

Услышав

неожиданное известие, подруга никак не могла поверить, что вскоре им предстоит расстаться. Обнявшись, они долго сидели на диване.

Ближе к ночи из соседней комнаты раздался шум. Звала Олина бабушка, голосок был слабеньким и тоненьким.

– Бабушка, тебе плохо? – озабоченно спросила Оля, заглянув в комнатенку.

Бабушка часто и давно болела, у нее случались приступы, инфаркта или инсульта, Настя точно не знала. Она тут же вызвалась:

– Оля, я сбегаю за твоей мамой, позову ее.

Стремглав Настя выскочила на улицу, как была, без теплой одежды и в домашних тапочках.

Олина мама ничуть не удивилась, она по телефону вызвала «скорую помощь», поблагодарила Настю и вышла вместе с ней, накинув ей на плечи свое пальто.

Войдя с мороза обратно в теплый дом, Настя внезапно почувствовала, как сильно першит в горле.

– Оля, я тогда пойду, – сказала она, – я маме обещала, что долго не буду. А вам тут не до меня сейчас.

– Да не волнуйся, с бабушкой моей все будет хорошо, не в первый раз, – успокоила ее Оля. – Давай сядем и обнимемся на дорожку.

Подруги обнялись, как в последний раз.

– Пиши мне, ладно? – попросила Оля. – Пообещай!

– Обещаю! – заверила ее Настя.

Вернулась домой она уже поздно ночью, но мама с капитаном ее дожидались.

– Я собрала твой чемодан, – сказала мама.

– Да я сама уже все собрала, что там собирать на пару недель? – недоуменно поинтересовалась Настя.

– Думаю, да, я добавила совсем немного вещей, – согласилась мама.

Настя не узнавала свою маму, которой быть бы не мамой, а дрессировщиком в цирке, учить слушаться зубастых тигров.

Такой спокойной и покладистой она маму никогда не видела. Она как будто бы уже забыла о беготне по крыше, и даже не произнесла привычного нравоучения:

– Когда ты только повзрослеешь и будешь девочкой, а не сорванцом? Когда вы меня перед соседями позорить перестанете?

– Мама, у меня горло болит, – жалобно сказала Настя. – Может, отменим отъезд?

Мама взяла столовую ложку и обратным концом прижала Настин язык, заглядывая в горло.

Похоже, картина ей совсем не понравилась.

– Ну, и что прикажешь? – спросила она, – отложить отъезд? Это невозможно. Билеты уже куплены.

Внезапно в Настину голову стрельнула догадка – это все из-за этого военного, капитана.

Совсем недавно в жизни Настиной мамы все изменилось – папа куда-то исчез, а вместо него появился новый мужчина – мамин ухажер.

Когда мама привела его к девочкам знакомиться, он показался им совсем молоденьким, моложе папы. Так и оказалось – ему не было и тридцати, а познакомился он с мамой, когда она работала в буфете военного гарнизона.