Когда рассеется тьма
Шрифт:
Позвонить Кириллу ей не пришло в голову. Во-первых, она сразу решила никогда ему не навязываться, а во-вторых, она просто о нем не вспомнила.
– Юлий сказал, почему не сможет?
– Нет, – покачала головой Агата. – Я хотела спросить, но постеснялась.
– Припомни, что он конкретно сказал.
– Сказал… Прости, не смогу сегодня. Срочная встреча, не могу отменить. Я сказала, что ничего страшного.
– Как ты думаешь, он встречался с женщиной? – Павел продолжал разглядывать корешки
– Откуда же мне знать? – поразилась Агата.
Павел вздохнул и наконец на нее посмотрел.
– Как тебе работа?
– Нормально, – кивнула она. Подумала и вежливо добавила: – Спасибо.
– На здоровье, – хмуро фыркнул он. – Квартиру снимаешь?
– Да.
– Переезжай к Юлию. Все равно квартира будет пустовать.
– Спасибо, – отказалась Агата и покачала головой: – Нет.
Она не бедная родственница, чтобы ей из жалости предоставляли жилье.
То есть она, конечно, бедная родственница, но пока еще не готова принимать милостыню.
Павел замолчал. Агата подождала минутку и вопросительно на него посмотрела.
– Иди, – вздохнув, разрешил он.
– До свидания, – она быстро пошла к двери.
– До свидания. Да, забыл сказать, похороны будут в понедельник.
Агата обернулась, кивнула и закрыла за собой дверь.
Хорошо, что успела сделать все, что намечала. Желание работать пропало. Агата посмотрела на часы и решила, что уйти на сорок минут раньше положенного вполне допустимо, она редко уходит раньше, чаще перерабатывает.
Решительно выключила компьютер, попрощалась с коллегами и вышла на залитое вечерним солнцем крыльцо здания.
Если завтра будет такая же погода, она отправится в ближайший парк, позагорает у пруда, побродит по тихим дорожкам, а потом пообедает в каком-нибудь ресторане.
Кирилла она увидела, только когда он подошел к ней вплотную.
– Ты? – удивилась Агата.
– Ты ждала кого-то другого?
– Я никого не ждала, – она медленно пошла по ступеням.
– Агата, что происходит? – Кирилл тронул ее за руку, подталкивая к стоящей у шлагбаума машине.
– Послушай… – Агата остановилась. Она не собиралась садиться к нему в машину. – Ты не звонил мне месяц! Даже больше! И теперь считаешь, что я должна ради тебя бросить все дела!
– Я уезжал. Меня не было в Москве.
– Ты уезжаешь на месяц и считаешь нормальным меня не предупредить…
Она говорит что-то не то… Она говорит так, будто целый месяц страдала, оттого что его не видит.
– В следующий раз буду предупреждать, – перебил он.
Он смотрел на Агату как-то по-новому, словно впервые видел.
Впрочем, раньше она не устраивала ему сцен.
– Кирилл, я хочу побыть одна. Правда. Не обижайся.
– Ты меня разлюбила?
– Не знаю, – честно призналась Агата.
Вообще-то,
Кирилл зло сжал губы. Даже искаженное мгновенной гримасой лицо было красивым.
– Что с твоим родственником? – Гримаса исчезла, лицо сделалось озабоченным, а взгляд грустным и сочувствующим. Ну и обиженным, конечно. Он не ожидал, что она не начнет клясться ему в любви.
– Я не хочу об этом говорить.
– Почему?
– Потому что это мои проблемы, которые не имеют к тебе отношения.
– Ко мне имеет отношение все, что касается тебя!
– Перестань! – взмолилась Агата. – Мы оба знаем, что я для тебя ничего не значу.
– Это не так!
– Это так!
– Послушай! – он тронул ее за руку, снова потянув к машине, Агата не двинулась с места. – Что-то со мной случилось… Ты мне нужна, девочка. Жаль, что я понял это только сейчас.
– Кирилл, я устала и хочу побыть одна.
Он на секунду прикрыл глаза.
– Ты правда хочешь, чтобы я ушел?
– Да!
Он повернулся и быстро пошел к своей «Вольво». Походка у него была пружинистая, как у супермена.
Перед Агатиным носом прожужжал толстый шмель, опустился в растущую на газоне траву.
Завтра точно нужно провести день на природе, в парке. Хорошо бы поехать на дачу, но ее у Агаты не было.
Павла Роман увидел случайно, в коридоре.
– Приехал? – удивился Роман. Обычно директор даже после небольшой отлучки вызывал его, едва появившись в офисе. На Романе держалась вся техническая часть работы фирмы.
– Приехал, – кивнул Павел и, открыв дверь в кабинет, позвал: – Заходи.
Выглядел директор плохо. Вместо сорока ему вполне можно было дать сейчас пятьдесят.
– Паш… Мои соболезнования, – садясь напротив директора, посочувствовал Роман.
– Спасибо, – поморщился Павел и уставился мимо Романа.
Роман, помолчав, начал рассказывать о том, что фирма успела сделать, и почти сразу понял, что директор не слушает.
– Паш…
– Что там было, в квартире?
– Ну… – растерялся Роман. – Все нормально было. То есть не нормально, но… Что ты имеешь в виду?
– Юлий умер от отравления.
– Ничего себе! – поразился Роман и запоздало подумал, что говорить надо как-то по-другому. Получалось, что он Павлу не сочувствует.
На самом деле сочувствовал. Пожалуй, Павел был одним из немногих, кому Роман полностью доверял. Не потому, что был как-то особенно подозрителен, а потому что чувствовал, что на директора всегда и во всем можно положиться.
– Ему подсунули вечером какую-то дрянь.
– Почему подсунули? – машинально спросил Роман.