Когда падают звезды...

Лайонз Вайолетт

– Но я же понимал, что в таком случае ты ни за что не останешься.

– Значит, ты не отрицаешь, что обманул меня! А еще врал, что предпочитаешь всегда говорить правду.

– Я не отрицаю того, что не рассказал тебе об истинном положении дел, но это еще не обман. А вот ты, порядочная девушка, которая предпочитает всегда говорить правду, врала мне прямо в глаза.

– Это когда же? – опешила Сильвия.

– Это тогда же, когда ты сказала, что хочешь сходить в парикмахерскую. И была при этом весьма убедительна. Я почти тебе

поверил. А ты преспокойно забрала свои вещи и уехала, да еще и украла мои ключи.

– У меня не было другого выхода, – беспомощно сказала она. – Я же не могла не запереть дверь.

– А, по-моему, был, – с жесткостью в голосе изрек Альварес. – Ты могла честно сказать мне про то, что услышала мой разговор с отцом, а не сбегать украдкой, пока меня не было дома. Мы могли бы вместе обсудить ситуацию.

– После того, что я услышала, мне больше не хотелось с тобой разговаривать, – тихо пробормотала девушка. – Потом, ты не выражал никакого стремления обсуждать свои личные дела. – Злость у нее прошла, и наступила ужасная слабость. Теперь она понимала, что на самолет уже вряд ли успеет, а желание разбираться с Джеффри почему-то совершенно улетучилось. Ей опять ужасно захотелось спать.

– Значит, тебе не интересно, что я хотел тебе сказать тем вечером, когда пригласил в ресторан? – спросил Джеффри.

В его голосе тоже прозвучала усталость.

– Наверное, нет, – ответила Сильвия, закрывая глаза. – На самолет, как я понимаю, я уже опаздываю. Но, думаю, мне все же стоит попытаться. Надо же как-то потом оправдываться перед властями из-за просроченной визы.

Ее спутник некоторое время ничего не отвечал. Потом он вздохнул и проговорил:

– Знаешь, мы уже потратили столько времени, может, ты согласишься подождать еще пять минут?

– Пожалуйста, – равнодушно пожала плечами Сильвия. – Хозяин – барин. Без твоей помощи я все равно, видимо, не доберусь до столицы.

– Скажи, пожалуйста, – неуверенным голосом начал Джеффри, – это тебе ничего не напоминает? – Он извлек из кармана брюк маленькую синюю бархатную коробочку и показал ее девушке.

Та нехотя повернула голову и сказала:

– Мне это напоминает футляр для драгоценностей.

– А если заглянуть внутрь?

– Зачем? – пожала она плечами.

– Хотя бы для того, что бы увидеть содержимое.

Сильвия опять пожала плечами, взяла коробочку в руки и открыла ее. На голубой шелковой подкладке лежало кольцо из светло-желтого, почти белого золота. В центре был вделан довольно большой выпуклый синий камень округлой формы, а вокруг него, образуя сверкающую кайму на золотой «тарелочке», блестели маленькие бриллиантовые искорки. У девушки на миг сбилось дыхание: она вспомнила то раннее утро на теплоходе, их разговор на палубе.

– Значит, это и есть сапфир, – сказала она тихо. – Очень красивый.

– А если примерить? – вкрадчиво произнес Альварес.

– Зачем? – опять заупрямилась Сильвия.

– Чтобы

убедиться, что оно тебе по размеру.

– Джеффри, я в любом случае не приму от тебя такого подарка. Даже как компенсацию за моральный ущерб, – решительно произнесла девушка, протягивая драгоценность обратно.

Но он только сжал ее пальцы, держащие коробочку.

– Сильвия, пожалуйста, – сказал он просительно, но очень твердо.

– Ну хорошо, я его примерю, – согласилась она, – но потом ты возьмешь его обратно.

Девушка вынула перстень из коробки и попыталась надеть его на указательный палец.

– Видишь, не налезает, – сказала она облегченно.

– А на другой? Дай-ка я сам попробую. – Джеффри взял кольцо и ловко надел его на безымянный палец ее правой руки. – По-моему, сидит как влитой, – удовлетворенно произнес он, глядя на кисть ее руки.

– Джеффри, я все равно его не возьму, это слишком дорогой подарок, – сказала девушка, высвобождая руку из его пальцев и снимая кольцо.

– Но оно хоть тебе нравится? – с надеждой спросил молодой человек. – Ты, по-моему, его даже не разглядела.

– Нравится, – нетерпеливо заверила она.

– А ты посмотри получше, – попросил он.

Сильвия тяжело вздохнула, понимая, что чем дольше она сопротивляется, тем меньше у нее шансов успеть на рейс. Она положила кольцо на ладонь и стала его рассматривать. И вдруг, когда она повернула его под определенным углом, в темно-синей, как ночное небо, глубине сапфира загорелась серебристая звездочка. Девушка ахнула и спросила:

– Что это?

– Такой сапфир называется астериксом, – ответил Джеффри. – Мне предлагали много разных, но когда я увидел этот, то понял, что именно он должен принадлежать девушке со звезды.

Сильвия поднесла перстень к самым глазам и стала завороженно следить, как в бархатно-синем океане то исчезает, то опять появляется, разбрасывая лучи, прекрасная и загадочная мерцающая звезда. Тут она случайно заметила, что на широком внутреннем ободке очень мелким шрифтом выгравирована в две строчки какая-то надпись. Она прищурилась и с трудом разобрала: «Сильвии, любимой дочери звезд, в день помолвки». И дата: 20.04.69. Их последний день в Нью-Йорке.

– Как это, помолвки? – непонимающе спросила она. – Ведь у нас с тобой был уже медовый месяц. Какая же может быть помолвка в конце свадебного путешествия?

– У некоторых людей может, особенно если они такие сумасшедшие, как одни наши общие знакомые, – проворчал Джеффри.

– Но я не понимаю, такого в нашей игре запланировано не было, – сказала Сильвия, обдумывая, в каком смысле было употреблено слово «любимой».

– Я хотел сделать тебе сюрприз, – поджав губы, объяснил молодой человек. – А ты взяла и сбежала. Я, между прочим, очень обиделся. И я даже не знаю, чем ты сможешь возместить мне моральный ущерб. Разве тем, что согласишься сейчас, а не два с лишним месяца назад.