Шрифт:
Часть 1
ГОСТЬЯ ИЗ ПРОШЛОГО
Начало сентября выдалось дождливым и холодным. Аня не стала ждать, когда в погоде наметятся перемены к лучшему. Собрала вещи и вместе с десятилетней дочерью переехала в город. Обычно они проводили на даче всё лето и задерживались до средины сентября. С учительницей всегда договаривался Алик, и недоразумений не возникало. Но дожди и неожиданное резкое похолодание изменили планы. Пришлось досрочно консервировать дачу и возвращаться домой. Девочка пошла в школу, как положено, первого сентября, а Аня немного приуныла.
Пока
Дождь заунывно отбивал дробь по подоконнику, заливал водой стекло. Картинка за окном получалась размытой, смазанной и какой-то призрачной. Возникало впечатление унылой нереальности, навевавшее сон. Аня была довольна правильно принятым решением.
«Надо бы помыть рамы, – лениво шевельнулась в голове, не оформившаяся в желание, скучная мысль. – А-а, потом как-нибудь! Пусть дождь прекратится. Он же когда-нибудь прекратится!..»
До возвращения дочери из школы оставалось достаточно времени, и Аня решила вздремнуть. Не раздвигая тахты, прилегла в гостиной с книгой в руках, да так и не заметила, как, не заинтересовавшее, чтиво выскользнуло из рук. Даже сон приснился. Каким-то тревожным, недобрым был этот нечаянный сон. В нём вдруг снова появилась она… Словно из белесого тумана выплыла её странно-прозрачная фигура, закутанная во что-то грязное, рваное, а из прорех в призрачной одежде, не останавливаясь, лилась кровь. Она строго смотрела Ане в глаза и молчала, будто почему-то осуждала, и внимательно наблюдала за утомлённой ожиданием женщиной, будто порывалась о чём-то предупредить…
Там, во сне Аня испугалась, увидев её снова. В последний раз видение возникло перед отъездом на дачу. На даче же некогда было думать о посторонних вещах. Аня в хлопотах не замечала, как пролетало время, а тут, в городе, предоставленная сама себе, она снова увидела эту странную прозрачную женщину, которая опять так напугала, что сердце сжалось в груди. Кто эта женщина, откуда ворвалась в её сон, Аня не могла найти ответ, и, собравшись с духом, хотела задать вопрос неожиданной посетительнице тревожного сна. Вдруг пространство нереальности прорезал то усиливающийся, то затухающий где-то в тумане, леденящий душу звук сирены и призрачная женщина начала таять, искажаться и теряться в клубах сгустившегося вдруг вокруг неё белого марева. Аня проснулась, а тишину комнаты всё разрывали и разрывали телефонные звонки.
Звук телефонного зуммера был резким, протяжным, и, до невозможности, не приятным. Сколько раз Аня просила Алика купить другой, более современный, телефон с мелодичным сигналом и с кнопочным набором номеров, чтобы не крутить до остервенения диск, но муж был занят на работе, приходил домой с «последними петухами», устало ужинал и засыпал беспробудным сном, иногда забыв даже словом обмолвиться. Он был ведущим инженером крупного завода, и Аня никогда не обижалась на невнимание своего
Грузно поднявшись с тахты, Аня побрела к телефону, который стоял на специальном столике в прихожей. Со вздохом облегчения, опустилась на табуретку, предусмотрительно поставленную заботливым мужем рядом с телефонным столиком.
– Алло, Анюта?! Как поживают мои Анютины глазки? – Услышала она весёлый голос мужа.
– Алик, я спала и проснулась от жуткого звонка. Он так напугал меня! Я прошу тебя, замени телефонный аппарат на другой, с мелодичным зуммером! – Со слезами в голосе воскликнула Аня.
– Анютка, я сегодня с половины дня свободен, и мы с тобой специально пойдём в город за таким телефончиком, хочешь?
– Хочу! – Обрадовалась Аня.
– Посмотрим, кто раньше вернётся домой, я, или Даринка! – Рассмеялся Алик.
«Мальчишка, он до сих пор так и остался озорным мальчишкой, но как же я люблю этого шалуна!» – Подумала Аня, и улыбнулась от хорошей мысли. В груди разлилось приятное тепло, но, взглянув на часы, мирно висевшие на стене в просторной прихожей, Аня вздохнула.
– Даринка придёт с минуты на минуту, а ты ещё не ушёл с работы.
– Ты не учла скорости научного прогресса. Даринка идёт с друзьями и пешком, а я на машине! – Парировал Алик и снова рассмеялся. – Жди меня, любимая, скоро буду.
– Ох, скорей бы! – Обрадовано воскликнула Аня, кладя трубку на рычаг, и направилась в кухню. Надо было разогреть обед. Она всё ещё продолжала улыбаться, но впечатление от страшного сна не рассеивалось, как бывало раньше. Даже мысль о раннем возвращении Алика с работы не смогла снять появившегося вдруг напряжения и чувства тревоги. Образ странной женщины, внешне похожей на неё, не исчезал из памяти. Бездонные глаза незнакомки будоражили душу, весь её облик вызывал, леденящий всё существо, ужас. Казалось, странная незнакомка в своей рваной и грязной от крови одежде, стоит за спиной и с осуждением наблюдает за действиями Ани. Как же они похожи друг на друга!
Аня пыталась отмахнуться от навязчивого видения, но забыть жуткий образ и пылающий осуждением взгляд, как бывало раньше, не удавалось. Незнакомка будто преследовала её, и скрыться от назойливого видения было невозможно. Странная женщина неотступно, стояла за спиной, будто приросла к ней…
Аня решила напевать первую, пришедшую на ум песенку, надеясь пением отпугнуть жуткое видение. Вначале это удавалось, но, постепенно привыкнув к новым ощущениям, Аня снова внутренним взором увидела чудовище за своей спиной.
Наконец раздался мелодичный звон входного колокольчика. Когда-то очень давно Алик привёз дивный дверной звонок из первой заграничной командировки. Звонок исправно служил хозяевам квартиры многие годы. Сейчас он добросовестно оповещал Аню, о том, что Даринка вернулась из школы раньше отца. Ане так и не удалось увидеть, как дочь идёт по мокрой улице, возвращаясь из школы. Зато обед был готов к подаче на стол.
Аня не ошиблась. Даринка стояла у входной двери, небрежно сбросив ранец на цементный пол, и внимательно рассматривала какую-то открытку, видимо, купленную по дороге домой.