Когда он проснется
Шрифт:
Левина бабка ушла спать в свою комнату. Хлопцы слышали, как она долго шепотом бормотала перед сном молитвы. Лева хихикал и крутил пальцем у виска.
Дверь веранды заперли на всякий случай на ключ, а сами уютно расположились на диване перед телевизором. Лева не выдержал первым. Он отключился тут же, в кресле перед телевизором, не выпуская из рук банку пива, и через десять минут храпел уже вовсю.
Гера и Богдан остались вдвоем. Богдан смотрел по телевизору гонки собачьих упряжек на Юкатане, Гера лениво перелистывал «Пентхауз».
–
– Кого? – спросил Гера, хотя прекрасно понял, о ком идет речь.
– Девчонку… Может, посмотреть, как она там?
Гера тянул паузу. Потом лениво встал и потянулся. Его длинные руки почти доставали до низкого потолка хаты.
– Ладно, сиди, – зевая, сказал он. – Я сам.
Он вышел в сени. Снаружи к люку подпола и к соседней половице заранее были прибиты скобы для навесного замка. Когда все кончится, подумал Гера, Лева оторвет скобы, и никто не заметит, что подпол недавно запирался снаружи на замок. Гера постоял возле люка, а потом взял забытую Левой маску и натянул на голову. На всякий случай.
…Оля почувствовала что-то вроде укола в каждую клеточку тела, когда в подвале неожиданно загорелся свет. Она зажмурилась. Сейчас к ней спустится кто-то из похитителей. Оля запаниковала: что ей делать? Притвориться спящей? Как, если ее ноги дрожат независимо от ее воли и желания…
Она услышала, как наверху заскрежетал замок. Люк подпола открылся.
Оля с ужасом уставилась вверх.
Человек, заглянувший в подпол, прятал свое лицо под черной шапочкой с прорезями для глаз. Включив свет в подвале, он выключил одновременно лампочку в сенях, так что Оля не могла ничего рассмотреть у него за спиной.
– Эй, как ты там? – обратился к ней похититель.
– Нормально, – еле слышно прошептала Оля.
– Подойди сюда!
Она не двинулась с места, вся сжавшись от ужаса в комок.
– Подойди, не бойся! Тебе ничего не сделают. Я только хочу убедиться, что с тобой все в порядке.
Голос похитителя звучал вполне доброжелательно. Оля поверила и подошла поближе к люку.
– Я очень хочу пить, – попросила она. – Дайте, пожалуйста, воды.
Крышка люка снова захлопнулась, и замок защелкнулся, но свет на этот раз не выключили, и она успела рассмотреть свою камеру, пока один из похитителей не вернулся с литровой банкой воды.
– Протяни сюда руки, – приказал он.
Оля поднялась на две нижние ступеньки лестницы и вытянула вверх руки.
– Я должен это сделать, – мирным тоном сказал похититель, снова связывая ей запястья клейкой лентой. – Пошевели руками. Пить и есть сможешь?
Оля ничего не ответила. Он подал ей банку с водой. Она с жадностью выпила сразу половину.
– Теперь отойди и сядь на матрас.
Она вернулась на свою постель. Первый острый страх перед встречей с похитителями понемногу улегся.
– Что вы хотите со мной сделать? – спросила она.
Человек
– Тебе мы ничего плохого не сделаем, – пообещал он. – Ты нам не нужна. Мы не хотим вреда ни тебе, ни твоим близким. Просто временно так нужно.
Гера упивался своей ролью. Он чувствовал, как боится его эта девчушка, и ее страх его возбуждал.
– Ты не должна кричать, иначе нам снова придется тебя усыпить, а это не слишком хорошо для твоего здоровья. Ты же хочешь остаться здоровой? Как видишь, это помещение вполне мирное, оно не предназначено для хранения пленных, это о чем говорит?..
Оля не могла ничего ответить. Ее словно парализовало. Прижавшись к стене, она смотрела, как человек в маске приближается к ней все ближе и ближе, и не могла ни крикнуть, ни шелохнуться…
– Это говорит о том, что мы не маньяки, не преступники. Если будешь себя хорошо вести, то скоро выйдешь отсюда живой и здоровой, – пообещал похититель, вынимая из кармана наручники. – Это для твоей же безопасности, – сказал он. – Чтобы у тебя не появилось искушения бежать отсюда, а нам не пришлось бы применять силу. Дай-ка сюда свои руки. Ну не бойся.
Оля беззвучно плакала. Дрожа всем телом, она позволила приковать себя за руку к лестнице.
– Видишь, ты сможешь лежать и сидеть, только одна рука будет прикована. Тебе не мешает?
Глотая слезы, она покачала головой. Человек в черной маске сел рядом с ней на матрас и двумя руками полез расстегивать на Оле джинсы. Она тихо взвизгнула, как раненая олениха, подобрала под себя ноги.
– Тихо, – по-хорошему посоветовал похититель, – хочешь, чтобы и другие сюда пришли? Тебе ж хуже будет. Лучше молчи…
Богдан вдруг заметил, что Гера слишком долго отсутствует.
Почувствовав смутное беспокойство, он встал и вышел в сени. Свет в сенях был погашен, горела только лампочка в подполе. Откуда-то доносилось тихое повизгивание, словно собака поскуливала. Богдан, удивленный, выглянул во двор, но никакой собаки не заметил. Во дворе стояла морозная тишь.
Тогда Богдан заглянул в подпол. Он увидел только широченную Герину спину, заслонившую собой матрас, и кубарем скатился вниз.
Застигнутый врасплох Гера вскочил, оставив пленницу в покое. Богдан увидел обезумевший взгляд девушки, ее перекошенное от ужаса лицо со свежей кровоточащей царапиной на щеке, и, развернувшись, со всей силы врезал Гере по морде. Тот, несмотря на свою мощную комплекцию, отлетел к стене, взмахнув руками. С полки на цементный пол со звоном посыпались пустые банки.
Вскочив, Гера накинулся на Богдана. Они сцепились молча, остервенело. Стараясь повалить друг друга на пол, они навалились и сломали загородку для овощей. По полу раскатилась картошка, скользя под ногами.