Когда наступит ночь
Шрифт:
Видишь, что от моего хозяйства осталось? А там ведь и книги были, и много чего еще. Хорошо еще, если Илью не тронули, тогда у нас хоть какой-то резерв останется.
С улицы донеслись знакомые голоса. Ребята возвращаются. Со щитом или на щите?
С пленными. Двоих тащили без особой вежливости – под руки. Связанные локтями за спиной, да так, что лопатки через одежду просматривались. Лица в крови – перепало под горячую руку.
– Кто это там? Гости пришли? Ну проходите, проходите, – лицо у Олега сразу же изменилось. Только что Глава Круга мрачно обдумывал свалившиеся ему на голову беды. Теперь радушный, веселый
Долговязый Мишка шагнул вперед, что-то взял у стоявших за ним воинов. Положил два длинных предмета у ног Олега. Что-то еще вытащил из карманов, потянулся за пазуху.
Лежавшее на земле Александр не видел. Зато лица пленных… Не иначе, сегодня ночь встреч со старыми знакомыми. Впрочем, ничего удивительного: компания одна и та же. Лесная, дикая. Только Юрика для комплекта не хватает. И его рыжей подруги. Да, и еще того белобрысого, который не стрелял. Ну, этого на подобные дела и не взяли бы. А Юра с подружкой Наташей сейчас чем-то поважнее налетов на дома занят. Отдельные дома ему теперь – мелочь, пусть подчиненные занимаются. Псы, быдло. Юрику теперь целые города подавай. И на этом ведь не остановится.
Бритый, который в лесу тянулся за оружием, за зиму малость оброс. Но стрижка все равно короткая. Куртка из кожаных лоскутьев, штаны «Адидас» – все в грязи, копоти, брызгах крови из разбитого носа. Головой вертит, смотрит по сторонам ошалело. Не рассчитывал, что попадется. Так все хорошо и весело начиналось, такие перспективы были впереди. Ну, теперь попался, так не чирикай.
Второй знакомый, знаток и любитель законов, выглядит и держится получше. Оскорбленное достоинство: шел, никого не трогал, налетели какие-то хамы, губу разбили… Может быть, даже зуб выбили – пока не видно. Но это явно под горячую руку. Вряд ли этот мальчик с золотой цепочкой на шее оказывал сопротивление здоровенным мужикам. У него другое оружие. Хотя и стрелять он, помнится, умеет. Не так чтобы очень хорошо, но неплохо, неплохо, надо отдать должное. Особенно если кто-то страхует и прикрывает, а мишень не отстреливается.
– Ну, молодые люди, присаживайтесь. Присаживайтесь, говорю! Сидеть! Миша, научи их вежливости! – сразу несколько рук придавили пленников, бросили на колени. – Теперь рассказывайте, что вам надо было в моем доме. И вообще, зашли, погрелись, взяли, что приглянулось – но жечь-то зачем! Да еще и по хозяевам стрелять. Пусть даже подожгли – так уйдите по-тихому!
Стриженный молчал. Сказать нечего или предоставлял слово старшему? Зато законник оправдал ожидания Александра.
– Простите, а вы вообще кто такие? ОМОН, милиция? Спецназ? Документы ваши можно посмотреть?
– Нельзя, молодой человек, никак нельзя, – Олег говорил добродушно, даже виновато. Через серый колпак его маскировки иногда проскакивали красноватые искорки – добродушие давалось ему с большим трудом. – Сгорели документы вместе с домом. Такая вот беда. Может, вы видели, как это все произошло? Тогда помогите разобраться.
– Ничего я не видел! Засиделись с ребятами, пошли по домам. Транспорт не ходит, пришлось пешком через весь город идти. Пошли через эти места, тут ваши бойцы, – парень попытался кивнуть через плечо, но связанные руки не
– Ай-яй-яй! А остальные где? Успели убежать? Все, кроме вас двоих?
– Этого… гражданина я вообще не знаю. Может, он здесь как-то и замешан, но я при чем?
– Ну, ты, сука… – попытался что-то сказать стриженный и вдруг захрипел. Попытался вдохнуть, еще раз. Скорчился, начал заваливаться на бок. Михаил схватил парня за плечи, тот повис мешком, задергался. Лицо перекосилось – и вдруг он сделал один вдох, второй, задышал глубоко и часто. Выпрямил спину.
– Не балуй, парнишка, – Николай Иваныч погрозил пальцем законнику. – Не в той компании. Тут твои фокусы не пройдут.
– Это вы о чем? – удивился тот.
– О том, как дружку своему кислород перекрывал.
– Ничего не понимаю.
– Знаешь, парень, ты сейчас не среди девочек и не на сцене, – Олегу, похоже, надоели попытки отвертеться и воззвать к закону. Да и трудно все-таки сдерживаться, сидя рядом с догорающим домом. – Поиграли, и хватит. Тем более что ты сдуру себя только что показал. Мы не милиция, у которой статьи на такие дела не найдется.
– А у вас найдется?
Или парню терять нечего и пытается напоследок получше выглядеть, или привык к безнаказанности. До сих пор все с рук сходило – даже та история в лесу. Попугали и отпустили. Еще и в дураках остались, сверху плюнули – внизу умылись. Сейчас тоже могло бы обойтись. Если бы не две вещи – карабин Натаныча и черная мгла в городе.
– Иваныч, нам статья нужна? Или мы в милицию заявлять
будем? – Олег устало обернулся к старому учителю.
– Не будем, Олежка. Давай по нашим законам разберемся.
Только быстрее работай, дел еще много сегодня.
Вот теперь любитель законов начал бледнеть и выцветать. Как тогда, под дулом собственного карабина. Глаза забегали, даже попробовал обернуться, словно высматривая, куда бы сбежать. Сзади темнели фигуры с оружием в руках. Далеко не убежишь.
– Ну и что с вами делать, ребята? – повернулся Олег к пленным. – Допрашивать – или сразу? Саша, подвинься, пусть на своего дружка посмотрят.
Александр отошел в сторону. По знаку Олега связанных подняли, подвели к висящему телу. Затрясло обоих, но по разным причинам. Стриженный пацан смотрел на то, что осталось от его приятеля. Не исключено, что стрелок был авторитетом и образцом для таких вот боевиков при черной братии. Теперь этот образец представлял собой наглядное пособие для будущих врачей и криминалистов. Хотя смотреть на такое действительно страшно – это тебе не поросенок, это твой товарищ… Так что стриженного Александр хорошо понимал.
Чего не скажешь о расширившихся глазах второго пленника. На труп он не смотрел. Он с ужасом уставился на Александра – словно на выходца из могилы:
– Это ты?! Ты – здесь?!
– Опять твои знакомые? – Олег криво усмехнулся. – Скоро откроем магический салон: «Александр Шатунов и компания». Саш, возьмешь дежурным чародеем? Ладно, шутить позже будем. Из той же лесной компании?
– Точно. Насчет магии – не знаю, а пострелять он любит.
Он, по-моему, Юрику обеспечивал основную работу. Не скажу, какая именно он рука, правая или левая, но точно не последний в компании. Должен что-то знать обо всем этом, – Александр кивнул через плечо в сторону клубящейся мглы.