Когда молчит совесть
Шрифт:
Вышли на набережную и Арзу с Вугаром. Это была их первая прогулка после долгой и мучительной ссоры. Общее веселье заразило их, и они тоже затеяли игру в снежки, гоняясь друг за другом. И вот уже щеки их запылали румянцем, как горные цветы, волосы растрепались, и в волосах, и на бровях, и на кончиках ресниц засверкали искры снега, а
— Гляди, гляди туда!
Вугар обнял девушку, вытянул вперед указательный палец. Голос его дрожал. Арзу взглянула туда, куда указывал Вугар, но ничего примечательного не заметила.
— Что? Где? — недоуменно спросила она.
— Не видишь? Вон, вон тот человек? — Волнение Вугара росло с каждой секундой.
— Какой, Вугар?
— Профессор! Сохраб Гюнашли!
Арзу внимательно вгляделась и покачала головой:
— Нет, не вижу… Да ведь он в больнице, разве выписался?
— Не знаю… Я три дня не навещал его из-за снегопада…
Вместе с. Арзу он поспешил к Сохрабу Гюнашли, который, держа под руку Муршуда Гамзаева, медленно шел им навстречу. Их разделяло уже несколько шагов, и Вугар, оставив Арзу, один пошел к своему научному руководителю.
— Чтоб всегда видеть вас на ногах, — сдержанно проговорил он, с трудом удерживаясь от желания обнять и расцеловать Гюнашли.
— Рад видеть тебя, Вугар! Рад видеть! — сердечно ответил профессор.
Вугар растрогался и от волнения несколько мгновений не мог выговорить ни слова. Поздоровавшись с Гамзаевым, он снова повернулся к Сохрабу Гюнашли:
— Я счастлив видеть вас бодрым, веселым!
— Бодрость живет только в здоровом теле, — шутливо поправил Вугара Гамзаев. — Ты, верно, хочешь поздравить Сохраба Мургузовича с полным выздоровлением?
— Вы правы, Муршуд Балаевич, — уже спокойно ответил Вугар. — То, что профессор выздоровел и вернулся в наши ряды, заслуживает самых больших
Арзу стояла поодаль, но, заметив, что Гюнашли краешком глаза нет-нет да и поглядывает на нее, подошла ближе. Гюнашли поздоровался с ней и, улыбаясь, спросил Вугара:
— Как зовут нашу ненаглядную красавицу?
Вугар умышленно молчал, ожидая, что Арзу сама ответит. И она, смущенно опустив глаза, сказала:
— Меня зовут Арзу, профессор!
— Красивое имя! — одобрительно кивнул головой Гюнашли и откровенно сказал Вугару: — И девушка под стать своему имени: Арзу — мечта, о такой и правда можно только мечтать…
Гамзаев, верный себе, высказал свое восхищение в шутливой форме:
— Надеюсь, на свадьбу не забудете пригласить?
То, что Арзу понравилась его учителям, которых он так уважал, воодушевило Вугара:.
— Конечно, профессор! Как я могу забыть вас!
— А к завтрашней схватке ты готов? — снова не удержался от шутки Гамзаев.
Вугар, не понимая вопроса, пожал плечами, и Гамзаев, улыбаясь, пояснил:
— Не знаешь? Завтра в академии обсуждаем твою работу. Кажется, битва будет серьезной.
— А, вы об этом! — Вугар на мгновенье умолк. — Я теперь никого и ничего не боюсь, готов к любому сражению!
Гюнашли обменялся взглядом с Гамзаевым и подмигнул Вугару:
— Раз так, победа за нами!
— Мы обязательно победим, профессор! Там, где вы, всегда победа…
Они расстались веселые, спокойные, как и подобало будущим победителям. Вугар, сияя от счастья, взял под руку Арзу и повел ее к знаменитой Девичьей башне, возле которой находилось почтовое отделение, и дал телеграмму Джовдату:
«Все в порядке. Скоро встретимся в Баку. Жди дополнительных известий. Всех целую. Твой Вугар Шамсизаде».
1963–1975