Когда иней тает

Станев Эмилиян

Завидев развалившихся на поляне сограждан, оба в смущении остановились. Мы пошли им навстречу.

— Если б мы знали, что они здесь, нипочем не пошли бы, — сказал кассир.

Он говорил быстро, как-то по-своему сокращая слова и заканчивая каждую фразу так, что надо было немного подумать, прежде чем поймешь ее смысл.

— Уедем, Ни ко дим, — промолвил умоляюще его спутник.

— На чем ты поедешь? — огрызнулся Никодим.

— Вы как приехали? — спросил я.

— На грузовике. Он шел на шахты за углем, — ответил Кочо.

— Это был не грузовик, а пикап, — поправил его

Никодим.

— Одно и то же.

— Нет, не одно и то же.

— А я тебе говорю, что это был грузовик! — рассердился Кочо.

— Дурак ты, дурак! — сказал кассир и, повернувшись к нам, с возмущением прибавил: — Я ему по дороге говорю, что сейчас самое время грибов, а он мне начинает вздор плести, будто грибы только весной растут.

Капитан Негро предложил друзьям расположиться возле источника, и скоро второй костер задымил ниже в лесу.

Мой товарищ успел надеть свою парадную синюю блузу, прицепить кисточки к чулкам и побриться. Он был в превосходном настроении, предвкушая пирушку, и всецело предоставил себя в распоряжение гостей, с которыми когда-то, в свое счастливое семилетие, ел и пил.

Пока извозчик поворачивал на огне громадный вертел с мясом, гости занялись ракией. Господин с могучими челюстями, оказавшийся учителем гимнастики, сразу развеселился. Он отправлял в рот большие куски соленых огурцов, опорожнял рюмку за рюмкой, как наперстки, и глаза его не отрывались от стола. Его светловолосый приятель, о котором мы узнали, что он только что назначенный судья, чинно, серьезно подносил ракию ко рту и, понюхав, медленно, со смаком выпивал. Доктор, еще более воодушевившись, все время смотрел в окно и твердил:

_ Поглядите, господа, какая красота! Что может быть умней, чем поселиться на лоне природы? Все остальное — | суета сует!

Никто не обращал на него внимания. Капитан Негро уже уселся на стул и приготовился взять слово, то есть начать врать.

Вдруг раздался конский топот. Приехали шахтный инженер с женой, оба верхами.

Новый судья вскочил, чтоб их встретить. Жена инженера была в брюках и узкой куртке. Она говорила сладеньким голоском и не выговаривала «р». Болонка сердито залаяла перед дверью сторожки — там, где фыркали лошади.

— Господа! — взволнованно воскликнул судья. — Позвольте вам представить моего старого друга, инженера Котельникова, и его супругу. — И прибавил, обращаясь к] гостю: — Петя… Они обнялись.

Инженер держался вежливо, но надменно. Это был молодой человек в спортивном костюме. Узнав от судьи, что он сын одного из владельцев шахты и сам ее акционер, (наши гости стали наперебой выражать ему свое почтение, особенно старался господин с могучими челюстями.

К столу придвинули еще два стула. Разговор шел между судьей и «Петей», остальные молчали. Из этого разговора стало ясно, что оба учились в одной и той же гимназии в Софии, дружили еще в детстве и что судья позвонил из города своему другу, приглашая его встретиться в сторожке.

Господин с могучими челюстями и доктор почувствовали себя отчасти оттесненными на задний план, и доктор стал еще упорней глядеть в окно, но тут извозчик внес громадный вертел и бутылки с вином.

Капитан Негро сейчас же вошел в роль настоящего

мажордома. Он принес всю нашу столовую посуду, то есть пять больших тарелок и две маленькие, да несколько потемневших жестяных вилок, которые он успел наскоро вытереть кухонным полотенцем.

Обладатель мощных челюстей и доктор свирепо накинулись на жаркое, желая таким способом еще сильней выразить свое презрение к задушевной беседе инженера и судьи. Вот уже ударили друг о друга стаканы, и разговор сразу стал оживленней. Капитан Негро смеялся, блестя глазами, и ждал подходящего мгновения, чтобы взять слово. Это мгновение наступило самым неожиданным образом.

Инженерша повернулась к супругу и что-то сказала ему по-английски.

Товарищ мой вздрогнул. Когда-то он тщетно искал здесь партнера для бесед по-английски и так давно уже не слышал звуков этой речи.

— Миссис… Миссис! — воскликнул капитан, вскакивая со стула.- I am very happy, that you speak English. [5] Давно не говорил я на этом языке.

— А откуда вы его знаете? — спросила озадаченная «миссис».

Этот необдуманный вопрос оказался роковым. Ответить на него значило для Черного капитана рассказать всю свою биографию.

5

Я так счастлив, что вы говорите по-английски (англ.).

— Ну, влипли! — сказал доктор, поняв, что нам грозит.

— Разрешите представиться еще раз! — продолжал капитан Негро, кланяясь «миссис» Котельниковой. — Капитан второго ранга Негро, — сказал он по-английски, подошел к инженерше и почтительно поцеловал ей руку.

— Очень приятно, — улыбнулась она.

Белая болонка сердито залаяла на капитана. Он перенес свой стул к «миссис» и, не обращая внимания на песика, тотчас начал что-то рассказывать ей по-английски.

Инженер поглядел на него насмешливо и заговорил с доктором.

— Я получил образование в Германии, но не люблю немцев, — сказал доктор.

— А я — англичан! Что ты мне будешь говорить? Они уничтожили сан-стефа некую Болгарию, — сердито вмешался преподаватель гимнастики, ожесточенно жуя.

— Отчего вам не нравятся немцы? — спросил судья.

— Я социал-демократ, — ответил доктор.

— Ведь и в Германии есть социал-демократы.

— Там гитлеровцы!

Разговор был прерван громким и звонким смехом инженерши. Капитан Негро уже успел рассказать ей какой-то случай из своей богатой приключениями жизни.

— Вы занятный человек, капитан! — сказала она, глядя на него оживившимися глазами.

— Шут! — презрительно проворчали могучие челюсти.

Капитан Негро поднял голову.

— О чем спор, господа? — воскликнул он. — Об англичанах? А вы слышали о генерал-губернаторе Индии Гастингсе? Он так ограбил бенгальцев, что, когда я туда приехал, они мне сказали: «Капитан Негро, мы построим в твою честь храм, если ты уберешь отсюда этого человека».

_ О каком еще храме ты болтаешь? Только храмов нам не хватало! — возмутился учитель, который, видимо, слышал все истории капитана Негро, но ни разу не слышал о храме.