Когда есть ты
Шрифт:
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Занималась Зара мало, хотя посчитала, что Алекс довольно удачный экземпляр, на котором можно практиковаться в анатомии.
Как оказалось, рыбу он ловить не умел, но на речку они все же сходили, главным образом чтобы полюбоваться рыболовными навыками Зары.
— Дедуля говорил, что самое главное — это чувство времени и чутье.
— Ты сказала, что это Сюзанна научила тебя.
Черт! Она цитировала сестру.
— Дедушка Сьюзи учил ее, — поправилась Зара. — Я привыкла к ее
По крайней мере, это было правдой.
Зара продолжила демонстрацию своей техники. Она указала, что захват Алекса слишком крепкий и нужно расслабить руку, упомянула о правильном выборе удочки.
Потом они растянулись на мягкой весенней травке на берегу. Зара не могла вспомнить, когда последний раз чувствовала себя столь умиротворенной и счастливой. Она сама удивилась, что произнесла это вслух.
— Хочешь еще чуть-чуть побыть счастливой? — спросил Алекс.
Она лежала у него под рукой, поэтому, чтобы увидеть его лицо, ей пришлось подняться. Его глаза лениво поблескивали из-под полуопущенных век.
— Чуть-чуть?
— Да. — Он усмехнулся и пощекотал травинкой ее голый живот. — Мы можем остаться еще на одну ночь.
— А работа?
— Поиграем в прогульщиков.
Она тихо рассмеялась и недоуменно покачала головой.
— Не могу представить, чтобы ты играл в прогульщиков.
— Ты не представляла, что я могу носить джинсы.
Резонное замечание. Зара скользнула по нему взглядом.
— Когда ты последний раз брал выходной?
— На похороны отца.
— Нет, ради удовольствия. — Она прижалась губами к его груди не ради удовольствия, ради утешения: мне жаль, что ты брал выходной по столь грустному событию.
— В прошлом ноябре. Кубок в Мельбурне.
Зара фыркнула.
— Тогда пол-Австралии гуляло. Не считается!
— А ты когда-нибудь была на Кубке? — спросил он, меняя тему беседы.
— Нет.
— В этом году возьму тебя.
Через пять недель? Что за шутка? Выражение его лица оставалось непроницаемым. Наморщив нос, Зара решила действовать в обход:
— У меня нет шляпы.
— И?..
— На Кубке все дамы обязаны носить шляпы. Это закон!
Он слегка нахмурился, взял кепку и нахлобучил ее девушке на голову козырьком назад.
— Вот тебе шляпа!
Образ очень высокой женщины в летящем весеннем платье, с кепкой на голове и под руку с Алексом Карлайлом в стильном итальянском костюме развеселил ее. Смех еще долго висел в воздухе. Ее глаза сияли. Незнакомые чувства сдавливали грудь.
Здесь в тиши, среди гор, около реки, лежа в траве, в одной лишь кепке, она поняла, что влюбилась сильно и по-настоящему.
В конце концов поиграть в прогульщиков им не удалось. Понедельник у Зары был до отказа набит лекциями. Она твердила себе, что на носу диплом и экзамены. Однако по приезде в Мельбурн, когда Алекс спросил «куда?», она не смогла сказать «домой» и провела еще
Прощаясь с ним рано утром, она убеждала себя, что может управлять своими чувствами. К тому же по дороге в город он напомнил ей, что их роман без обязательств и обещаний. Он жил в Сиднее и намеревался навещать ее по выходным, оставляя время работе и деловым поездкам.
На неделе он уехал в Лондон, на встречу с английскими чиновниками. Перерыв в четырнадцать дней — удачная передышка в любовном марафоне. Она не могла позволить эйфории затмить глаза. Но первые дни, слыша в трубке его хрипловатое «привет, Зара», слабела в коленях и впадала в состояние лунатизма.
Несколько дней ушло на то, чтобы привести себя в чувство и отрезветь от любовного дурмана.
Никаких обещаний, никаких обязательств.
Однако нельзя забывать о его желании завести семью, Заре же глобальные перемены были ни к чему. Она думала об их встрече, о Сьюзи, чувствовала вину и все тверже убеждалась в необходимости разговора с сестрой.
Если бы Сьюзи разрешила, она бы решилась на серьезные объяснения с ним. Но сестра затерялась где-то в стальных джунглях Америки, впрочем, время от времени до Зары доходили новости о ней.
Однажды во время ночного разговора она спросила о сестре у Алекса.
— Если объявится, попроси ее перезвонить мне.
— Хорошо, впрочем, я сомневаюсь, что она объявится.
— Почему нет? — Сидящий в ней демон напомнил, что именно Сьюзи он выбрал себе в жены. — Вдруг она передумает и решит выйти за тебя замуж?
— Не передумает.
Решительность в его голосе на секунду успокоила ее.
— Из-за другого мужчины? Она его любит?
— Не знаю. Сьюзи говорила, что никогда не забудет его, что не может перестать думать о нем. Я ответил, что понимаю.
— Да? — Сердце Зары подпрыгнуло.
— Я чувствую это по отношению к тебе.
Ослепление, не любовь, предупредила себя Зара и оказалась права. Прошло немного времени, и чувство полета оборвалось.
Газеты запестрели заголовками: «Таинственная блондинка из Мельбурна».
Тим бросил почту на кухонный стол.
— Я говорил с этим франтом дважды, Зи. — Он снова взял журнал, внимательно посмотрел на обложку и покачал головой. — Ты даже словом не обмолвилась, что спишь с чертовым принцем!
Краска сошла с лица девушки, когда она посмотрела на первую страницу. Судя по одежде, серия снимков была сделана около отеля в пятницу, после их ужина. Момент до поцелуя.
Как она могла так сглупить? Они же говорили об опасности прессы, но она не обратила внимания. Почему?
Невидимая рука сжала горло, Зара выхватила журнал из рук Тима. «Таинственная блондинка…», «Неизвестная красавица…», «Последняя любовница». Слава богу, обошлось без имен.
Она почувствовала, как пот стекает по спине и, сразу ослабев, опустилась на стул.