Когда двое молчат
Шрифт:
Сирил хотел было ответить категорическим отказом, но потом подумал, что уже чертовски устал, согрелся, расслабился и ему вовсе не так уж плохо в маленькой квартире, заваленной всяким хламом, в компании этой странной девицы, пичкающей его малиновым вареньем и бабушкиным «противопростудным отваром»…
— Ладно, безумствовать так безумствовать, — согласился он. — А ты составишь мне компанию?
— Я редко пью, Сирил, — покачала головой Олли. — Бокал вина лишает меня рассудка.
— Было бы чего лишать, — улыбнулся
Ему показалось, ей было приятно, что он наконец-то позволил себе назвать ее по имени. Сирил и сам почувствовал себя гораздо свободнее без всех этих «мисс Дангл» и «мистер Блэкмур».
Он откупорил бутылку бренди и поднес, к носу пробку. Напиток был не самого лучшего качества, однако его нельзя было назвать «дешевым пойлом». Сирил прекрасно понимал, что Олли далеко не богата, а потому был благодарен ей за этот скромный презент. Вряд ли она стала бы тратиться на бренди, если бы он не оказался у нее в гостях.
— Прости меня, Сирил, я совсем забыла предложить тебе поесть, — с виноватым видом посмотрела на него Олли, когда он налил бренди в предложенный стаканчик. — У меня есть вчерашняя пицца и, кажется, остатки еды из китайского ресторанчика.
Сирил хотел было отказаться — он не помнил, когда в последний раз ел нечто подобное, — но желудок намекнул ему, что с самого утра сидит на голодном пайке, и пришлось согласиться.
Олли извлекла из холодильника все его содержимое: два куска пиццы в большой коробке, небольшую упаковку с китайской лапшой и несколько пончиков. Вид у нее при этом был довольно смущенный.
— Конечно, это не самая вкусная пища, — уголками губ улыбнулась она, — но мне больше нечего предложить. Готовить я не умею и не люблю, поэтому привыкла питаться фастфудом.
— Выходит, ты питаешься только пиццей и едой из китайского ресторана? — полюбопытствовал Сирил, разглядывая пиццу.
— Нет, почему, — хмыкнула Олли, ставя перед ним тарелку. — Еще хот-догами, гамбургерами, тако и фаршированной картошкой.
— Так-так, впечатляющий рацион. Когда лет через пять тебе понадобится хороший доктор, обращайся ко мне.
— Мне казалось, ты занимаешься гастрономическими турами, — насмешливо отозвалась Олли.
— У моей матери есть друг. Он — отличный доктор, — ответил Сирил, не обращая внимания на ее ироничный тон. — Думаю, его заинтересует пациентка, которая питается исключительно фастфудом.
— Спасибо, но я пока не жалуюсь, — ответила Олли. — Ну, может, ты наконец выпьешь и поешь?
— Да, если ты будешь столь любезна дать мне нож и вилку.
— Ты что, будешь есть пиццу с вилкой и ножом? — уставилась на него Олли.
— А тебе нравятся мужчины с перепачканными руками и лицом? — полюбопытствовал Сирил.
— Да, ты тот еще экземпляр.
Олли вытащила из шкафчика вилку с ножом
— Очень хочется посмотреть, как ты будешь это делать.
— По-моему, ничего особенного, — мрачно отозвался Сирил и аккуратно отрезал маленький кусочек пиццы. Проткнув кусочек вилкой, он поднес его ко рту, но поймал на себе насмешливый взгляд Олли и остановился. — Ну что ты так на меня смотришь?
— Как «так»?
— Как будто я инопланетянин?
— Надо было предупредить, чтобы я отвернулась.
— Тебе кто-нибудь говорил, что ты невыносимое создание? — поинтересовался Сирил, заставив себя положить в рот повисшую на кончике вилки пиццу.
— Нет, — усмехнулась Олли. — Меня уже некому оскорблять.
— Уже? — Он покосился на нее, не без труда разжевав холодную пиццу.
— Уже, — кивнула она и посмотрела на нетронутый стаканчик с бренди. — Может, ты выпьешь наконец? Тебе не помешает как следует согреться.
— Я не привык пить без тоста.
— Давай за то, чтобы ты хоть изредка позволял себе веселиться.
— За веселье, — согласился Сирил и пригубил бренди. Напиток растекся внутри приятным теплом. — Кажется, я наконец согрелся…
Он внимательно посмотрел на притихшую Олли. Казалось, своими словами о «несносном создании» он открыл тот сундучок, который она старательно прятала на чердаке своей памяти. Из фиалковых глаз исчез огонек, и Сирил почувствовал, что ему тоже стало грустно.
— Ты так и не рассказала, что у тебя было с Эдди, — решил он сменить тему разговора. — А от него я не слышал о тебе ни слова.
— Еще бы… — В глазах Олли снова промелькнула искорка лукавства. Она забралась с ногами на табуретку и налила в небольшую чашку остатки холодного кофе из кофеварки. — Мужики любят трепаться о своих победах, но о поражениях будут молчать как рыбы… Так говорит моя подруга, доморощенный психолог Эва Смолби. Эдди Макгрин так настойчиво предлагал мне встретиться в более интимной обстановке, что я решила позвонить ему и пригласить в уютное и милое местечко. Кто же знал, что мистер Макгрин будет о нем совершенно другого мнения?
Сирил посмеялся от души, узнав о том, как в действительности прошло романтическое свидание его друга.
На этот раз Эдди Макгрин крупно просчитался в выборе очередного объекта для пополнения своего донжуанского списка. Олли Дангл пригласила его в кафе, где завсегдатаем был один из ее знакомых байкеров. Этот байкер и помог ей устроить небольшой спектакль, который Эдди Макгрину, как подозревал Сирил, должен был запомниться надолго.
Каждый второй в байкерском баре подходил к Эдди и, поздравив его с удачным выбором в лице Олли Дангл, сообщал, что свернет ему шею, если он обидит эту «милую девочку». Она оказалась бывшей подружкой едва ли не каждого из всех завсегдатаев бара.