Кодекс звезды
Шрифт:
Моё появление в комнате встречено одобрительным гулом. Пока подсаживаюсь за стол, на котором, кстати, всего ещё полно, мне уже набулькивают рюмку водки. Чуть сморщив нос, отодвигаю тару царственным жестом.
— Хочу вина!
— Не вопрос, — Мишка тянет руку к затейливой бутылке.
Интересуюсь:
— От Иосифа?
Мишка кивает.
Это хорошо. Товарищ Сталин всякую дрянь не презентует. Выпиваю и убеждаюсь: так оно и есть!
Какое-то время пытаюсь вникнуть в суть мужской беседы, потом
— Эй, «канадские лесорубы», может, хватит о лесе, когда дама за столом?
Смолкают, переглядываются, потом супруг мой осторожно интересуется:
— Предлагаешь поговорить о бабах?
Остряки-самоучки, ишь, разулыбались! Ну я вам сейчас…
С самым невинным выражением лица произношу:
— Ага, о них.
От растерянности Мишка тупит:
— Ты это серьёзно?
Снисходительно улыбаюсь:
— Разумеется, нет. Как ни странно, тема леса меня нынче тоже интересует…
Таким ответом я их озадачила, по-моему, ещё больше. Последовала пауза, потом Ёрш спросил:
— И что конкретно тебя интересует?
— Да вот, хочу понять, что вы со страной сотворили? Столько кричали о «Единой и неделимой», а сами взяли и на куски порезали.
Мишка посмотрел на меня как-то подозрительно.
— Ты когда последний раз с Куропаткиным общалась?
При чём тут этот старый мухомор?
— Да я с ним за всё время знакомства и парой слов не перекинулась!
— А говоришь чуть ли не его словами. Вот скажи, у тебя курсанты как спят: вповалку в одном помещении?
Вопрос настолько глупый, что явно таит в себе подвох.
— Нет, — отвечаю, — мои курсанты живут по четыре человека в кубрике.
— И у каждого, — продолжает допытываться Мишка, — небось, отдельная кровать?
— Разумеется. По двое на одной не спят.
— И ведь так удобно и им, и тебе, верно?
— Верно. — Киваю, а сама уже начинаю догадываться, куда Мишка клонит.
— Вот и со страной так же. А то что получается? У финнов отдельный кубрик, у украинцев тоже отдельный, даже у азиатов своя комнатушка. А русские на такой огромной территории вповалку живут. Вот мы и решили русских тоже по отдельным кубрикам расселить. Теперь понятно?
— Вроде, да. А у каждого своя кровать, это…
— Области, национальные автономные образования, казачьи округа! — закончил за меня Мишка. — Умница! Ещё вопросы есть?
— А как же! Дальше-то что будет?
— Ты про Союз? — По лицу видно, Мишка оседлал любимого конька. — Замечательно всё будет, Оленька, вот увидишь! Проведём выборы в Собрание Народных представителей СССР, Собрание выберет Президента, сформируем органы исполнительной власти, и заживём, каждый у себя и все вместе!
Интересуюсь:
— А поконкретнее нельзя?
Мишка кивает.
— Можно и поконкретнее… Тебя, конечно, интересует, почему Собрание, почему не съезд Советов?
Конечно, меня это не интересует, потому что ответ кажется мне очевидным.
— Потому что не везде Советская власть,
— И поэтому тоже, — кивает Мишка, — потом на секунду замолкает, — и этого, пожалуй, достаточно. Про Президента рассказать?
Отрицательно мотаю головой.
— Не стоит. Лучше расскажи, чем он будет заведовать?
Мишка смотрит на меня одобрительно.
— Хороший вопрос. Я бы даже сказал, ключевой. Ты уже, верно, догадалась: как кому жить в своих вотчинах Центр сильно голову греть не станет. Угадал?
Подтверждаю:
— А то!
Мишка доволен. То ли моей, то ли своей догадливостью, то ли и тем и другим.
— Что точно останется исключительно в ведении Центра, так это государственная безопасность, включая охрану общих границ.
Жду продолжения перечня, но Мишка молчит. Недоумеваю:
— Это что, всё?
— Всё! — кивает Мишка.
Смотрю на мужа и Николая. Непохоже, что меня разыгрывают.
— А как же армия?
— Васич, разъясни! — командует Мишка.
— Вооружённые силы СССР, товарищ генерал-майор, — (вы не забыли, что, кроме Мишки, мы нынче в форме?), — будут двойного подчинения.
Залпом опрокидываю в себя отвергнутую до того рюмку водки.
— Это как?
— Наркоматы и министерства обороны будут ответственны за оборону подконтрольных им территорий, — пояснил Глеб. — Помимо руководства своих стран, все они будут подчинены также Генеральному штабу СССР, в который будет преобразован нынешний Генеральный штаб России. Помимо этого, но уже исключительно в подчинении руководства СССР и Генштаба, будут находиться ударные войска: быстрые, маневренные, хорошо вооружённые, укомплектованные только контрактниками! Въезжаешь?
Признаюсь честно:
— С трудом. — Потом качаю головой: – Это ж сколько теперь в России наркомов обороны будет?
— Один, — улыбнулся Глеб. — В регионах создание оборонных ведомств не предусмотрено. А всего по СССР – шесть.
— А начальник Генерального штаба один… — Смотрю на мужа. — Ты, товарищ нарком, теперь как бы на понижение пойдёшь?
— Не нарком, а начальник Генерального штаба СССР, — поправляет меня Михаил. — Вопрос о назначении Васича на эту должность практически решён.
Ух ты! Глеба поздравлять впору, а я его как бы жалею. Хотя, с чем поздравлять? Вроде при своих остаётся. Даром что название должности другое. Хотя, нет. Лучше спрошу.
— Выходит начальник Генштаба – это заместо министра обороны СССР?
— Не совсем, — отвечает Мишка. — Насчёт министерства ты верно поняла: не будет союзных министерств, ни одного. Зато будут союзные комитеты, которые возьмут под своё начало сразу по нескольку наркоматов или министерств из всех республик. В частности, будет создан Государственный Комитет Обороны (ГКО). А это и министерство обороны, и министерство оборонной промышленности, и кое-что ещё. В одном ты права: начальник Генерального штаба является старшим над всеми войсками в мирное время.