Кодекс защитника
Шрифт:
Губернатор зарычал, наклонил голову и бросился на Панкратова. Он перехватил его за пояс и попытался столкнуть с площадки. Панкратов не удержался и, увлекая за собой губернатора, кубарем покатился по склону холма, чуть не сбив буддийского священника.
***
У наемного убийцы было очень четкое задание. Убрать того, кто встанет напротив губернатора, но только после начала драки. Ему платили такие бабки именно за то, что он никогда не нарушал приказов, поэтому и сейчас, удобно устроившись с винторезом на широком подоконнике в доме сталинской
Губернатор и Панкратов, скатившись с холма, дрались у его подножия, подняв с земли тучи пыли, а все, кто находился в непосредственно близости, окружили их плотным кольцом и мешали прицелиться. Ему стало понятно, что он упустил момент. Теперь надо было ждать исхода поединка. Он перевел окуляры бинокля на вершину холма. Четыре священника молча встали наверху, выстроившись в ряд у самой кромки площадки, и смотрели вниз на поединок. Их лица были беспристрастны и сосредоточены. В отличие от него, им было хорошо видно, что происходит там, внизу.
***
– Господи, помоги ему! – непроизвольно вырвалось у Светланы, когда она увидела, как двое здоровых мужчин покатились с горы, раздирая в кровь кожу на руках, лицах, телах. Вцепившись друг в друга, они стали как одно многорукое существо, как сиамские близнецы, разделить которых могла только смерть. У подножия холма наверху оказался губернатор. Покраснев от ярости, он вцепился пальцами в горло Панкратову и все пытался что-то выкрикнуть или сказать, но мог издать только нечленораздельные звуки. Панкратов не спешил.
Он не отрываясь следил на движениями своего противника и медленно раздирал его пальцы.
– Ах ты, гад! – наконец вырвалось у губернатора.
Он разжал пальцы и попытался ударить Панкратова кулаком в лицо. Панкратов прикрылся руками. Песок и пыль забили ему глаза, и он зажмурился, продолжая защищаться на ощупь.
– На, на, получи!
Ярость обезобразила благородное лицо губернатора. Он неистово вгонял кулаки в лицо своего противника.
– Вот тебе, вот! Получи!
Толпа возбужденно загудела.
– Добей его! Горе побежденному!
Панкратов напряг мышцы и перевернулся на живот, показав своему противнику спину. Губернатор бросился на него сзади, как удав, схватил Панкратов за горло и начал душить. Панкратов неимоверным усилием встал на ноги и начал вращаться вокруг своей оси, пытаясь сбросить губернатора. Ударив губернатора затылком, раскрошил ему зубы и сломал нос. Тучкову стало нечем дышать, и он ослабил хватку. Ударом локтя Панкратов сокрушил ребра Губернатора и скинул его с себя. Губернатор упал на спину, но тут же вскочил. Они развернулись друг к другу лицом и застыли в боевых стойках.
Губернатор огляделся. Вокруг стояли его подчиненные
Додумать до конца губернатор не успел.Панкратов ударил его кулаком в челюсть и отбросил на холм. Губернатор упал и нащупал рукой камень. Повинуясь древнему инстинкту, он зажал в руки первое оружие человека и замахнулся им на Панкратова.
– Брось камень! Не оскорбляй Бога! – тут же услышал он гневный окрик митрополита.
Губернатор уже не мог остановить бросок, он мог только ослабить ее. Камень, брошенный в Панкратова, сорвал у него с виска кусок кожи. Этот кусок повис на тоненькой ниточке, оголяя череп. В этом белом черепе губернатор вдруг увидел свою смерть. Ему стало страшно. Он начал пятиться назад, потом повернулся и побежал вокруг холма.
– Все! – отчаянно заорал он. – Я не хочу больше драться! Не хочу!
Он взбежал за холм с другой стороны и, смешно перебирая руками и ногами, забрался на верхнюю площадку:
– Слышите, вы! Я не хочу больше драться!
– Ты признаешь свою вину?
Панкратов поднялся на холм вслед за губернатором и встал рядом с ним. Кровь из раны на виске залила всю его грудь. Он еле стоял на ногах.
– Нет, не признаю, – губернатор упал на колени и заплакал, – но я и не хочу драться. Я не буду больше драться. Слышишь? Мне плохо. Мне нужен врач.
Панкратов отступил на шаг назад и посмотрел на священников.
– Ты отказываешься от поединка, сын мой? – спросил его митрополит.
– Да, отказываюсь.
– Подумай, отказ от Суда Божьего считается признанием вины. Мы будем вынуждены отлучить тебя от церкви.
– Я ни в чем не виновен! Ни в чем. Слышите, вы! Пошли на хер со своим Судом Божьим! Я не хочу его. Не хочу! Пусть меня судит наш родной российский суд. Прокурор, арестуйте их всех! Арестуйте меня!
Священники сурово смотрели на стоящего на коленях губернатора, потом повернулись к нему спиной и каждый по очереди произнес.
– Суд Божий свершился. Сын Божий Тучков Сергей признается всеми церквями виновным в предъявленных ему обвинениях и отлучается от церкви.
***
Панкратов взял губернатора за плечо:
– Вставай. Я помогу тебе.
Губернатор отмахнулся.
– Уйди. Будь ты проклят. И откуда только ты взялся такой!
Панкратов снова прикоснулся к его плечу и склонил голову:
– Бог милосерден. Он еще может простить тебя. Может, поверь! Надо просто поверить в его милосердие! Я тебе все расскажу, и ты поймешь.
– Уйди. Не нужно мне никакого милосердия!
Панкратов посмотрел в глаза губернатору и увидел, что тот смотрит куда-то в сторону, за его спину. Он прочитал в глаза губернатора ужас вперемешку с ненавистью, обернулся и увидел солнечного зайчика в одном из окон домов рядом с площадью.