Кодекс Вещих Сестер
Шрифт:
Милана, Татьяна и Алика были в числе тех, кто взлететь не смог. Девушки так расстроились по этому поводу, что перестали и пытаться.
– В другой раз все получится, – попыталась успокоить их завуч. – Не переживайте.
– Если я призову ветер и сильно постараюсь, то смогу приподнять себя воздушным потоком, – вздернув нос, заявила Милана. – И никакая ступа мне не понадобится!
– А если отвлечешься, потеряешь концентрацию и рухнешь на землю, – ответила ей Полина Григорьевна. – Держать силой мысли неодушевленный предмет куда проще, чем собственное тело.
– Ну и ладно, – недовольно поджала губы Поветруля, с досадой отшвырнула пест назад и едва не попала в Алику Миронову. Та едва успела отскочить.
– Смотри, куда швыряешь! – злобно выдохнула она.
– О, тебя-то я и не заметила, – рассмеялась Милана. – Сложно заметить пустое место.
Алика и Татьяна впились в нее ненавидящими взглядами. Поветруля ничуть не испугалась, напротив, еще выше подняла подбородок.
– Чего вылупились, курицы? – презрительно спросила она.
– Почему бы тебе не заткнуться? – прищурилась Татьяна. – А то ведь и в морду, прости, в личико, вцепиться можно.
– Такие красивые волосы, – поддержала Алика. – Как приятно, наверное, их выдирать.
Полина Григорьевна, которая отвлеклась на других заклинателей, ничего не замечала. А тем временем атмосфера продолжала накаляться.
– Что-то вы осмелели! – Милана уперла руки в бока и двинулась к девчонкам. – Почувствовали себя знаменитостями после того, как вашу подружку прикончили?! Так эта минута славы очень быстро пройдет!
– Как и твоя популярность, – ухмыльнулась Татьяна, – среди друзей-недоумков. Думаешь, мы ничего о вас не знаем? Вещих Сестер не проведешь.
– Вещих кого?! – расхохоталась Поветруля. – Да вы совсем спятили, оборванки?
– Кончайте дурить, девки, – забеспокоилась Карина Кикмарина, сидевшая неподалеку. – Это просто глупо…
Но ее никто не слушал.
– Вы вдоволь над нами поизмывались, – злобно шипела Алика. – Но с нас довольно! Я даже рада, что мы приняли Кодекс. С каким же удовольствием я буду смотреть, как ты мучаешься, белобрысая тварь!
Милана задохнулась от ярости. Прежде чем кто-то успел среагировать, она размахнулась и заехала кулаком Мироновой по физиономии. Алика взвизгнула и попятилась назад, зато Купала издала злобный вопль и, бросившись на Поветрулю, вцепилась ей в волосы. Девушки рухнули на маты и принялись молотить друг друга.
Димка и Карина тут же бросились разнимать дерущихся.
– А ну прекратить! – внезапно рявкнула Полина Григорьевна.
Она схватила пест и так ударила им об пол, что все ученики в зале подскочили на своих местах. Девчонок растащили, истошные крики и визг сразу прекратились, как, впрочем, и испытания заклинателей. Завуч, разозлившись не на шутку, потащила трех драчуний к директору, приказав всем остальным ученикам немедленно расходиться.
– А эти готские девчонки те еще язвы, – сказал Тимофей, когда они с Димкой и Кариной вышли из спортзала.
– Ничем не лучше Поветрули, – недовольно буркнула Карина. – Я все никак не могу понять… И почему некоторым людям не живется спокойно? Им обязательно нужно унижать и оскорблять
– Пытаются самоутвердиться, – предположил Тимофей. – Как правило, у таких не все в порядке в семье и в жизни. Чтобы хоть как-то отвлечься, они вымещают злобу на других.
– И что такое с Поветрулей? Избалованная богатая стерва, такая же, как ее мамочка, – вспылила Карина. – Чего ей не хватает, что она так кидается на окружающих?
– Да кто ж ее знает? – пожал плечами Зверев.
– И о каком еще Кодексе они болтали? – вспомнил Димка. – Ты об этом что-нибудь слышала?
Карина отрицательно покачала головой.
– Нужно у Жени спросить, – посоветовала она. – Степанова знает их намного лучше меня. У заклинателей свои фишки, может, и этот пресловутый Кодекс к ним относится? А вообще хорошо, что я не в их группе. Поначалу меня хотели туда засунуть, но я попросилась к воинам. У всех заклинателей, мне кажется, мозги немного набекрень.
– В любом случае это было интересное мероприятие, – мрачно усмехнулся Димка.
И все трое громко прыснули, вспомнив о маневрах незадачливых летунов.
Профессор Вениамин Дубровский вошел в здание краеведческого музея и направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Ему неоднократно приходилось бывать здесь еще во времена профессора Андронати. Но сейчас старик находился в больнице, а музеем управляла Алена Сухорукова. Дубровский хорошо знал эту женщину, в прошлом им не раз приходилось встречаться на различных приемах и светских мероприятиях. Но впервые он пришел к ней по столь необычному делу.
После недавнего ремонта все в музее сверкало новой облицовкой, свет современных светильников отражался в стеклах новых витрин. В правом крыле работала строительная бригада, оттуда доносился шум техники. Когда-то эти помещения пустовали, но сейчас их было решено отдать под кафе и новую художественную галерею. Но все только к лучшему. Давно пора было вдохнуть в это здание новую жизнь, ведь оно не ремонтировалось на протяжении последних шестнадцати лет.
Алена Александровна оборудовала себе офис в помещении по соседству со старым кабинетом Андронати. К ее чести, она не стала занимать комнату профессора, зная, что когда-нибудь он еще вернется на свое рабочее место.
– Господин Дубровский! – улыбнулась Сухорукова, когда он постучал в открытую дверь ее кабинета. – Очень рада вас видеть. На недавнем приеме нам так и не удалось толком поговорить.
– Да, здесь было столько народа. Да еще этот ужасный эпизод с той девочкой.
– И не говорите, – помрачнела Сухорукова. – Сдается мне, в вашем Клыково постоянно творится что-то из ряда вон. А ведь с первого взгляда и не скажешь, такой тихий, мирный городок.
– Первое впечатление обманчиво, – улыбнулся Дубровский. – Пусть вас не вводит в заблуждение здешняя тишина. Именно в тишине подчас творятся всякие гнусности. Но это не значит, что город плох. Очень скоро закончится сезон туристов, вот тогда вы узнаете, что такое настоящая спокойная и размеренная жизнь.