Кодекс Рода. Книга 1
Шрифт:
— Да? Не помню.
— Ты весь ужин витаешь в облаках. О Еве думаешь, что ли?
Вот о Еве-то я как раз забыл. Надо будет ей что-нибудь купить в подарок.
— Нет, я думаю, где бы мне сыщика найти.
— Да-а, не так-то это легко. Тут серьезные знакомства нужны. Всякие чиновники, адвокаты, банкиры…
— Банкиры? — воодушевился я.
В поезде я помог банкиру, которого обворовал Трясогузкин. Помнится, тот банкир дал мне свою визитку. Но куда я ее дел? Безуспешно проверив карманы, я вспомнил, что тогда был в том самом костюме, который закинул в печь
— Черт возьми! — выругался я и чуть не ударил кулаком по столу, но вовремя вспомнил, где нахожусь.
— Ты чего? — напрягся Егор.
— Да так, — отмахнулся я. — Был у меня контакт банкира, но, похоже, я его сам и уничтожил.
— Это ты зря. С такими людьми лучше поддерживать связь.
Мы допили вино и вышли на улицу. Дождь уже прекратился, на небе вспыхнули звезды и показалась луна.
— Здесь неподалеку есть крутой бар. Только, чтоб туда попасть, надо денежку заплатить. Ты мне подкинешь рублей пятьдесят? А то боюсь, до следующих выходных придется палец сосать вместо еды.
— Конечно, — кивнул я.
Егор обрадовался и потянул меня за рукав к высокому кирпичному зданию. Мы обогнули его с правой стороны и увидели яркую вывеску на торце «Зайди или умри».
— Очень жизнеутверждающее название, — рассмеялся я.
— О-о-о, ты просто еще не знаешь, что там внутри. Я тебе даже завидую: первое впечатление самое незабываемое, — прошептал Егор.
За дверью нас встретили два охранника. Они прощупали наши карманы и показали на кассу.
В небольшом окошке виднелось морщинистое лицо недовольной старухи.
— Пятнадцать рублей, — проскрипела она, увидев нас.
— Пятнадцать рублей за вход? По-моему, это чересчур! — возмутился я и посмотрел на Егора.
Но тот молитвенно сложил руки и еле слышно прошептал:
— Пожалуйста, давай зайдем.
Я осмотрелся. Кроме двух бугаев на входе, еще двое стояли у стены напротив кассы. Впереди был коридор с черными стенами, полом и потолком, который заканчивался массивной дверью. Оттуда слышалась ритмичная музыка. Я снова взглянул на умоляющего Егора, глубоко вздохнул и протянул в кассу тридцать рублей.
— Обязательно верну, — уверил меня Егор и первым зашагал по черному коридору.
Я нехотя двинулся следом. Самое плохое в бессмертии было то, что ты уже ничему не удивляешься. Я видел и пробовал столько всего разного, что спокойно отношусь ко всему, что происходит вокруг меня.
Как я и ожидал, это был типичный бар с оглушительной музыкой, дергающимися телами на танцполе, тремя расторопными барменами и орущими пьяными компаниями. По периметру зала под потолком висели клетки, в которых призывно двигались обнаженные танцовщицы.
— Обожаю это место! Пошли к бару! — прокричал Егор и зашагал к длинной стойке, вдоль которой стояли высокие круглые стулья.
Мы с трудом нашли свободные места. Сегодня был выходной день, поэтому город гудел во всю. Взъерошенные бармены носились туда-сюда, едва успевая раздавать заказы.
Я больше не хотел пить, поэтому повернулся к танцполу, на котором люди дергались в такт музыке, и обратил внимание на двух
— Ты их знаешь? — крикнул Егор, когда проследил за моим взглядом.
— Нет. Но хочу попросить их вернуть кошелек мужчине. Вдруг он семьянин и просто зашел немного расслабиться, а они оставили его без денег.
— Да ты что! У меня тоже в прошлом году два раза кошелек увели. Вот стервы! — он быстро допил пиво, с громким стуком опустил кружку на столешницу и зашагал пьяной походкой к ничего не подозревающим девушкам.
Я не знал, что он хочет делать, поэтому напрягся и двинулся следом. Егор подошел к той, что была ближе всех, схватил за руку и грубо потащил к выходу. Та заверещала и начала отбиваться. Вторая подскочила к Егору сзади и яростно застучала по спине кулаками.
Я уже хотел вмешаться, но тут увидел, как два здоровенных охранника двинулись к ним.
«Надо подсказать, чтобы полицию вызвали, а не занимались самосудом», — подумал я, но тут передо мной встала веселая компания, которую пришлось обходить. К тому моменту, как я снова увидел Егора, его уже били охранники. Я опрометью бросился на выручку. Сильный удар в челюсть отбросил одного к столам, за которым сидели люди. Те повскакивали с мест и возмущенно заорали. Кулак второго я перехватил почти у лица Егора и резким движением, заломив ее, насадил его лицом на свое колено.
Вдруг, даже сквозь громкую музыку, услышал топот и повернулся. Охранники, которые до этого стояли у входа, бежали к нам. Видимо, их кто-то предупредил. По перекошенным от ярости лицам было понятно, что разговаривать они точно не захотят. Значит, придется бить.
Одного я уложил сразу сильным ударом по шее. Пусть отдохнет, выспится. Второго пришлось пару раз ударить по лицу, а затем коленом в живот. Тот охнул и скрючился, а я толкнул его в сторону двери на кухню и пнул под зад для ускорения. Двоим оставшимся прописал высоким барным стулом по корпусу, а затем отправил полетать по залу.
Возбужденная пьяная толпа требовала продолжения, и к нам выдвинулись несколько посетителей. Нет, спасибо! Я не за этим сюда пришел.
Подхватив Егора под руку, я выволок его на улицу.
— У меня глаз не открывается. Что там? — спросил он.
Только сейчас я внимательно посмотрел на него и присвистнул. Левая сторона лица раздулась, и глаз заплыл.
— Ну, что там? — встревожился он и осторожно дотронулся до лица.
Чтобы не пугать его, я пожал плечами и спокойно ответил: