Кодекс Оборотня 2

Гарднер Эрик

И дальше все заговорили одновременно, не слыша и перебивая друг друга.

Я выбрался из кресла, потащил к ним громадную книгу, которая прежде скрывала меня всего целиком. Бухнул на стол перед ними, раскрыв.

— Руари?! — возмутился отец. — Тебя кто-то спрашивал?

— Вообще-то, па, это мой дом. И я имею право на слово.

Остальные уже громко хохотали, немного разрядив нервную обстановку. Мак схватил одной рукой меня, другой — книгу, собираясь на этот раз действительно вышвырнуть прочь.

— Подожди,

Мак, что там предлагает твой сын? — ладонь Туала успела лечь на фолиант, не позволив его захлопнуть.

Они склонились над страницами. Лица у них тут же погрустнели.

— Что не так? — удивился я и дернулся, болтаясь над землей вздернутый рукой отца за шкирку. — Па, пусти…

— Их больше не существует, Руари, — ответил старик.

— Как так?! — выкрикнул я возмущенно.

— Их уничтожили одними из первых… К тому же, если бы они были так сильны, думаешь, они бы позволили себя убить?

— Но почему бы просто не попробовать?! Почему?!

— Хватит, Руари! — Отец потащил меня прочь.

Я упирался, начиная злиться, но ему удалось дотащить меня до середины холла. Остальные следовали за нами, желая увидеть, чем кончится дело. А у меня появилось желание вцепиться отцу зубами в руку. Я извернулся, но он все же успел заметить движение, и мои зубы громко клацнули, сомкнувшись на пустоте. Я зарычал от бешенства. Отец вцепился мне в плечо второй рукой.

— Ого, Мак! — подначивали остальные. — Да твой парень тут точно хозяин!

— О да, он чертовски больно кусается! — Туал со смехом потряс рукой.

— Руари, прекрати! — отец тоже начал сердиться. — Погуляй с полчаса!

И швырнул меня ко входной двери. Приземлившись, я развернулся к нему, скользнув взглядом по смеющимся лицам, разозленный вконец и готовый наговорить таких грубостей, что отец бы точно провалился перед остальными под землю от стыда. Но месть не удалась.

Дверь за моей спиной вдруг распахнулась, а на лицах предводителей семейств я увидел недоумение, почти тут же сменившееся тревогой. Я медленно повернулся.

На пороге стоял один из оборотней. Громадный. С широкими плечами, желтоглазый и темноволосый. Я инстинктивно втягивал его запах. И осознавал, что за моей спиной попятились все, кроме отца. Запах незнакомца ударил в голову, неся с собой мощь, уверенность и кое-что еще, от чего остальные были если не в ужасе, то в сильном замешательстве. Эта примесь пахла смертью. Недавней охотой и убийством. Он встретился со мной взглядом в тот миг, когда собирался делать шаг.

— Назови свое имя, прежде чем войти сюда! — рявкнул я, не растеряв еще запал своего бешенства.

Он застыл в недоумении, а потом захохотал.

— Разве это не дом Мака?

— Это мой дом, Фэлан Артегал! — прорычал я.

— О, храбрец, да тебе мое имя известно, оказывается…

— Не так много людоедов осталось, чтобы не понять, — огрызнулся я.

— Руари, вон из дома! —

вмешался Мак, шагнув к нам и собираясь отправить меня прямиком в распахнутую дверь.

Но Фэлан опередил его. Огромная рука сграбастала меня, унося вверх на уровень лица пришельца. Он, прикрыв глаза, обнюхал меня. Где-то в уголке губ затаилась усмешка, когда он так и не учуял запах страха, а я оскалился. Артегал так же спокойно поставил меня на землю.

— Хоть у кого-то из вас остались инстинкты, — заметил гость и шагнул в сторону библиотеки, едва не задев отца плечом. — Пусть твой сын остается, Мак.

К Фэлану шагнул Уаллах, успел что-то шепнуть ему на ухо, прежде чем остальные опомнились.

— Тебя сюда не звали, Фэлан! — заметил Мак.

— Это не по Кодексу, ты знаешь. Когда приходит время объединяться, даже такой, как я, имеет право присутствовать на совете. Тем более настоящему хозяину дома, оказывается, мое имя известно.

Он усмехнулся. Мак побледнел от очередного унизительного замечания, бросил на меня убийственный взгляд. Но я и без этого понял, что перегнул палку своими выходками.

— Ну и что вы решили делать? Точнее, чего вы решили не делать? — Артегал обвел взглядом присутствующих, когда все снова расположились в библиотеке.

— Я сказал, что пробую решить проблему…

— У тебя ничего не выйдет, Мак, — оборвал отца пришедший. — Ты слишком долго жил среди людей, потерял жесткость и хватку.

— Это не…

— Даже твой сын не слушает тебя.

— Лучше скажи, что ты можешь предложить, Фэлан! — вмешался старый оборотень. — Конмэлы пусть без нас разбираются.

Артегал поднялся. Отец смотрел на него угрюмо, как и еще несколько оборотней. Остальные были готовы слушать. И какая-то часть особо нетерпеливых, вроде Уаллаха, жаждала его слушать. Но начал он издалека. Я откинулся в кресле и прикрыл глаза.

Тембр голоса Фэлана звучал уверенно и убедительно. Это был голос лидера. Когда-то такой властью обладал и мой отец. Но пришелец оказался прав, Мак слишком долго жил среди людей. Однако в голос Фэлана примешивалось и то, что было не свойственно отцу, — едва различимые злоба и ненависть, которые вели его. Увлекшись ощущениями, я почти все прослушал. И лишь когда прозвучало: «Уверен, за мной пойдут молодые», я открыл глаза и снова встретился взглядом с желтоглазым людоедом.

Мак заметил это и скрипнул зубами, стиснув подлокотники кресла. Я же посмотрел на стол, на котором Артегал разложил какой-то план.

— Это надо сделать внезапно. Всего пять десятков оборотней, и с властью людей будет покончено.

— А о последствиях ты подумал, Фэлан? — поинтересовался Туал.

— Каких? Все остальные нам будут только благодарны. Маги, фэйри, ведьмы и прочие.

— Я говорю о континенте. Ты думаешь, люди оттуда не вмешаются? Да они разнесут к чертям наш остров!