Кодекс молчания

Айран Бай

 -Это многое объясняет, - дополнил Хелл.

Я видела, как Роуп начинает терять свое терпение. Ему вновь хотелось задеть советник. Брокенджав в успокаивающем жесте положил ему тяжелую руку на плечо, Наставник недовольно дернул подбородком. Все же Роуп оставался вспыльчивым и эмоциональным, каким я его знала.

– Думаю, вопрос исчерпан, - сказала Подделка, и с ней все согласились. Люди двинулись в сторону замка.

Семеня возле ноги Подделки, я все же продолжала пытаться вызвать в себе магию, но ничего не получалось. Хотя бы я была возле своего тела, чтобы наблюдать за тем, что совершал тот, кто был внутри. Пугало то, что это все не зря. Нужно обладать огромной силой, чтобы провернуть такой фокус. Все мои мысли приходили только к Монтэи.

Но девушка однозначно сразу бы отказала Всадником, если в войне против нее будут участвовать Иные, даже с ее магией Волхва, Правительнице никак не одержать победу. Тогда я и представить себе не могла, кому понадобилось становиться королевой Эверин. Только мое положение могло принести какую-то пользу. Способностей к Динео все равно не было, поэтому удивляться я не переставала.

Щенки звали своего отца. А пока что именно я была их отцом. Мне ничего не осталось, как отбиться от людей и свернуть в сторону амбара. На шерсти спины я чувствовала взгляд Хелла, который провожал меня в переплетение коротких переулков и поворотов. Бастард понимал, что раньше Алди открыто не показывался на людях, значит, попытается выяснить причину такого поведения у Подделки. Тут-то Беллс и поймает ее на лжи. Мне оставалось надеяться на то, что бастард действительно так умен, как он считал. В противном случае нас всех ждала беда.

Я проскользнула под амбар, поджав хвост. Звучно чихнув от пыли норы, я тут же ощутила, что щенки жмутся к моим лапам и довольно сопят, полные радости из-за моего появления. Сердце мое дрожало, когда я смотрела на волчат. Я даже не знала, как Алди их называл. Мой плен отобрал у меня уйму времени, и малыши уже начали расти, превратившись из новорожденных и в стремительно взрослеющих волчат. Эта странная схожесть с Нилли сыпала соль на открытую и еще не зажившую рану на сердце. Девочка даже хвостом шевелила так, как это делала ее мать. Нилли принесла в жертву себя, чтобы сохранить их крошечные жизни. Интересно, Ал уже пытался рассказать детенышам о том, что произошло с их матерью. Или у волков в столь раннем возрасте не возникает подобных вопросов. Но я не знала о том, как мне общаться с щенками. Непонятное звериное рычание продолжало оставаться для меня непонятным звериным рычанием. Но по блестящим глазам я поняла, что волчата голодны, и просят меня взять их на охоту. Не думаю, что Алди уже разрешал им покидать темную нору под амбаром, но по-другому сдержать их неистовый натиск мне бы не удалось в любом случае.

Я решила дождаться момента, когда на Дейст опустятся сумерки. Ждать оставалось недолго, да и время, проведенное в постоянном волнении, прошло быстро, я почти не заметила того, как быстро оно пролетело. Стараясь не думать о том, что сейчас делает Подделка, я сосредоточилась о том, что должна сперва позаботиться о волчатах, раз уж я позаимствовала тело их отца.

Волчата неумело выкатились из-под лаза, глаза были распахнуты максимально возможно, они тут же открыли пасти, стараясь улавливать каждый незнакомый аромат. Алди действительно не выводил их из норы. Это стало понятно по тому, как они опасливо двигались, осторожно и коротко переставляя лапы по земле. На мое счастье, щенки следовали за мной, хоть и постоянно задерживались, обследуя каждый незнакомый объект. А незнакомым для них являлось практически все – и старое колесо, и гнилые мешки из-под зерна, и ведро подле колодца, и дорожка, ведущая к конюшне, и загон с овцами. Даже старый проржавелый нож, который они отыскали в сухой желтой траве, вызывал их неугомонный и дикий интерес. Я спешила покинуть территорию замка, где мы могли попасться на глаза любопытным.

Когда разлом в стене остался за спиной, я немного расслабилась. Волчата схватили мой темп, поэтому размеренно бежали по бокам от меня, постоянно настороженно шевеля ушами и раскрывая пасть. Они ловили новые запахи, стремясь отыскать в них что-то знакомое. По тому, как почти бесшумно их лапы ступали по земле, я понимала, что инстинкты в щенках сильнее всех остальных факторов. Будь

у них возможность и достаточно силы, они бы уже сегодня поймали свою первую добычу. Но щенкам предстояло еще учиться, а я не являлась волком в действительности, чтобы браться за столь ответственное дело.

Пришлось вспомнить то, как мы когда-то охотились с Нилли и Алди, но, казалось, это было так давно, что моя память наотрез отказывалась выдавать нужные мне знания. Я опять-таки решила последовать примеру волчат и прислушалась к инстинктам волчьего тела. Оно легко отозвалось на мой робкий и неуверенный зов.

Кровь зажглась азартом, он дикой пульсацией проносился по венам, передаваемый телу с помощью сердца. Человеческое мышление абсолютно отключилось, уступая первенство звериным ощущением. Мое тело само знало, что нужно делать. Нос мгновенно поймал свежий запах кролика, и я двинулась в сторону кустов. Волчата молчаливо поняли, что я вышла на след, и теперь бесшумно следовали за мной. Пасть моя тут же наполнилась слюной, потому что запах дичи усиливался с каждым осторожным и мягким шагом. Мышцы напрягались и напрягались, я была в любой момент сорваться с места в бешеной гонке за добычей, которая должна была стать пищей для моих волчат. Алди был прирожденным охотником. Так говорил даже Янро, который пользовался помощью волка в выслеживании добычи. Если уж дракон полагался на чутье Алди, то что мне оставалось делать?

Глаза заметили белую шкурку, и я рванулась вперед, вспарывая впущенными когтями мерзлую землю. Щенята возбужденно заскулили, оставшись на месте. Я же молнией летела к своей добыче, которая уступала мне по скорости. Мощные челюсти уверенно сомкнулись на горячей тушке, мгновенно разрезая зубами и шерсть, и мышцы, и даже ломая непрочные кости. Я победно тряхнула головой, а потом вдруг вспомнила, что я человек.

Захотелось тут же выплюнуть окровавленное тельце из пасти, но я сдержалась, зная, что это нужно для волчат. Переборов собственное отвращение к самой себе, я развернулась и побежала по своему следу обратно к волчатам. Они ждали меня возле кустов, откуда я рванула за кроликом. Глаза их возбужденно горели. Слюна тягучими нитями капала на землю, голод явно донимал щенков. Не зная, что дальше делать, я неуверенно кинула кролика к их лапам. Дальше объяснять не пришлось.

Волчата жадно кинулись на тушку, перетягивая в игривой борьбе ее между собой. Кроличья шкура быстро рвалась от их нешуточного натиска, они фривольно сняли с мертвого животного скальп. Я поморщилась и отвернулась, не в силах терпеть вид крови на маленьких мордочках волчат. Наверное, пытки Банджа что-то изменили во мне, раньше я легко принимала естество Алди и Нилли. Почему же жестокие игры волчат вызывали во мне такое отвращение? Я не могла отыскать ответа на этот вопрос. Это выводило из состояния равновесия. Мне было достаточно того, что я была не в своем теле, и совершенно не предполагал, как могу решить эту неудобную проблему.

Щенки заканчивали с тушкой, я слышала их сытое сопение, и была довольна тем, что все-таки сумела о них позаботиться. Девочка вскинула ко мне свою перепачканную в краном морду и слабо заскулила. Ее хвост один раз слабо дернулась.

Брат?

Я вздрогнула от того, что услышала ее мысли.

Сестра? Лениво отозвался волчонок, смачно хрустя суставами кроличьей лапки.

Это не отец.

Щенок повернулся в мою сторону, но не прекращал обгладывать практически голые кости.

Кто же это? Отец. Недовольно зафыркал волчонок, но девочка не унималась.

Помнишь, он говорил нам еще вчера, что мы слишком малы для того, чтобы гулять не по норе. А сегодня он повел нас на охоту.

Айдина, зарычал волчонок, его рык раздался не только в мыслях. Ты как обычно недоверчива.

Но это не отец!

Отстань.

Волчонку не нравилось подозрительность сестры, он просто хотел есть.

Почему ты мне не веришь, пустоголовый! Девочка приняла угрожающую позу, готовая броситься на брата. Волчонок не отрывался от своих вкусных косточек. Локси!