Кодекс Хранителя
Шрифт:
О таких обычно говорят «нормальный». Не толстый и не худой. Не круглощекий и не костлявый. Глаза карие, нос прямой, среднестатистический «ежик» темно-русых волос. Лицо, которое постоянно кого-то напоминает: то соседа, то учителя, то стоматолога. Староста относился к той категории людей, чье изображение тяжело воспроизвести. Трудно было понять, причина была в каком-то хитроумном заговоре или в чем-то другом.
Чуть подавшись вперед, он подсунул ей свой блокнот и жестом предложил почитать. Здесь уже был готов план работы по пункту сто восемнадцатому.
Описано было доступно, так что Хадиса попросту должна была запомнить. Стоило ей дойти до третьей страницы текста, как парень выхватил блокнот и перелистал несколько исписанных листов, ткнул ей на очередной текст, подписанный ее именем.
Ей отвели роль довольно странную, если учесть, что она теперь на факультете хранителей семейного очага. Видимо, предугадывая ее вопрос, здесь парень даже ответ расписал на тему ее качеств как не прошедшей ритуал посвящения. Наверное, это играло значимую роль в плане дозволенного и запрещенного.
Вырвав из блокнота несколько листов, староста вручил их Кирин, потыкал на подруг, мигами велел проинформировать и вышел, не забыв ткнуть на часы и продемонстрировать пятерню.
Просидел он у нее минут двадцать. Закрыв дверь, девушка вновь расположилась у окна, читая задания, выпавшие девчонкам. Да… Ее роль «соблазнительницы», наверное, была самой отъявленной.
Главное, чтобы план не провалился…
Глава 32
Девочки очнулись сами, как раз за минуту до будильника. Феи выглядели утомленными, а Ррухи — слегка растерянной. Она странно водила по комнате своими блеклыми глазами и наконец принюхалась:
— У тебя были гости? — удивленно спросила она.
— Староста, — не стала скрывать Хадиса и протянула Ррухи предназначенный ей лист. Такие же отдала сестрам. — План нашего внепланового практикума составлен. Нам выдали роли.
— Неожиданно, — переглянулись сестрички.
— В любом случае, от нас теперь хоть нос не воротят, — кивнула Ррухи. — Роли несложные.
— Ваши — нет, — улыбнулась Кирин, задумчиво открывая шкаф. — А мне придется поработать соблазнительницей…
— Да ладно, а что, уже и с целью определились? — удивились близняшки.
— Можно и так сказать, — вздохнула Хадиса, раздеваясь до нижнего белья и чулок. Вытащив из шкафа полупрозрачную белую ночнушку, задумчиво приложила её к себе. — Как думаете, это достаточно соблазнительно?
— Это ночная сорочка. — Ррухи устало потеряла виски. Задание Октопуса более чем раздражало. — Если тебе надо соблазнительное, то бери колготы, отрезай носки и режь меж ног дырку…
Девчонки косо на нее уставились, не понимая ее странного совета.
— И что получится?
— Кофта. — На щеках Ррухи проступил предательский румянец. — Старшие сёстры так делали… из чёрных сетчатых колгот.
Найдя в загашнике черные сетчатые колготы и сделав «кирдык» их носкам, Хадиса со знанием дела вырезала дырку меж двух
— Так? — застенчиво спросила она Ррухи.
— Угу. — Альбиноска стыдливо отвела глаза. Близняшки прыснули и, краснея от едва сдерживаемого хохота, просто вылетели вон из комнаты, предусмотрительно закрыв за собой дверь.
Просунув руки в обрезанные колготки как в рукава, Хадиса спрятала скованную полупрозрачным бюстом грудь под сетчатую ткань и придирчиво осмотрела себя в зеркале.
Лучше бы она этого не делала. В таком не то чтобы на публику… в туалет в одиночку ходить страшно — пауки изнасилуют…
В этот миг дверь за ее спиной резко отворилась, и две паразитки затолкали в комнату старосту. Парень шумно выдохнул, скользнув взглядом по почти обнаженной фигурке Хадисы. Открыл рот, закрыл… Застрял взглядом где-то в области затянутых в черные стринги бедер, после чего покраснел и медленно прикрыл рукой глаза. Рот его при этом продолжал бесшумно открываться и закрываться, словно рыбий. В следующий миг парня снесла брошенная Ррухи подушка, хорошенько прижав несчастного к стене коридора.
— Наверное, стоило менее прозрачный лифчик одеть, — хихикнула одна из близняшек, заглянув в комнату.
— Гадины вы, — прошептала демоница, выхватывая из шкафа штаны. — У него ж уже четыре года воздержание.
— О-о-о… У меня есть такие же колготы, можно труселя сообразить, — вклинилась вторая сестричка.
— Ага… И старосту в них одеть, пока в себя приходит, — фыркнула Ррухи, протягивая Кирин ветровку. — Судя по тому, как бедолагу прошибло, роль соблазнительницы удастся.
Главное, чтобы цель тоже пришибло на месте.
Благодарно улыбнувшись подружке, Хадиса быстро натянула на тебя мешковатую ветровку и склонилась над парнем.
— Живой?
Тот резко открыл глаза и прочертил в воздухе защитный знак. Даже фразу «Изыди, демон!» губами прошептал. Смешливо фыркнув, девушка схватила его за руку и потянула на себя, помогая встать.
— Не обижайся, феи — они такие. Шкодничают, — улыбнулась она. Старосту передернуло, а близняшки за ее спиной заржали.
Отчего-то у Хадисы мелькнула мысль, что им здесь все-таки не место. Потому что стесняться должна она, а не этот парень. Увы, как повелось, так уж повелось. Собравшись в комнате отдыха, они все вместе склонились над прописанным планом действий. У пункта сто восемнадцатого были очень четкие правила, и их, естественно, стоило соблюсти по всем параметрам.
Согласовывать действия в молчаливой компании оказалось не так уж и сложно. Однако возможности нормально высказаться не было ни у кого. Однако стоит отметить, что это, в свою очередь, полностью нивелировало возможный балаган, будь у всех голос. Так что, зачитывая из предложенного старостой листа план действий, Хадиса теперь не только вклинилась в их поток, но и заодно познакомилась со всеми. Даже удивительно, что для этого потребовалась аж целая неделя в столь негостеприимном и закрытом для общения месте.