Кодекс джунглей
Шрифт:
– Они целую дорогу делают, – сказал Шибанов. – Может, по ней нас быстрее найдут?
– Через пару дней от нее ничего не останется, – тяжело дыша, сказал Панов. – Да и кто станет нас искать?
– Как думаешь, куда они нас ведут? – обернулся шедший впереди Титов.
– Я знаю столько же, сколько и ты, – пожал плечами Лебедев.
– Как ты считаешь, Зыбин станет нас выкупать, если они предложат? – спросил Шибанов.
– Не думаю, – честно признался Сергей.
Был полдень, когда Матвей вошел в приемную
– Добрый день!
Похожая на раскрашенную куклу девушка одарила его дежурной улыбкой перекачанных ботоксом губ:
– Здравствуйте.
Матвей показал на двери директора:
– Я хочу поговорить с господином Зыбиным.
– Я уже догадалась. – Она снова улыбнулась. – Как вас представить?
– Кораблев. Он знает.
Секретарша взяла трубку телефонного аппарата, тонким пальчиком с неимоверно длинным ногтем надавила на кнопку и приложила к уху:
– Григорий Емельянович, к вам господин Кораблев.
Некоторое время она молчала, хлопая длинными ресницами, потом томно вздохнула:
– Хорошо, – и подняла на Матвея взгляд. – Пройдите.
– С чем пожаловал, Кораблев? – не отрываясь от изучения каких-то документов, спросил Зыбин.
Матвей прошел к столу, взял за спинку стул, выдвинул его и сел.
– Пообщаться пришел.
– Говори быстрее, – Зыбин, наконец, поднял на него взгляд. – У меня мало времени.
– Я же на тебя свое тратил, – напомнил Матвей. – Еще и рисковал.
– Ты пришел за тем, чтобы получить компенсацию? – Зыбин откинулся на спинку кресла.
– Можно сказать и так, – кивнул Матвей.
– Не думал, что тобой двигали меркантильные интересы. – Зыба сделал вид, будто удивился. – И во сколько ты оцениваешь свои труды?
– Двадцать тысяч евро, – ответил Кораблев, следя за реакцией Зыбы.
– Сколько, ты сказал? – прищурился деляга.
Матвей повторил.
– Губа не треснет? – Зыба подался вперед.
– Не треснет, – покачал головой Матвей.
– Я готов заплатить ту сумму, которую тебе обещал за мое устранение Лопатин, – по складам проговорил Зыба. – А именно три тысячи, и не евро, а долларов.
– Ты не совсем понимаешь, о чем разговор. – Чтобы не видеть так ненавистное ему лицо, Матвей перевел взгляд на окно. – Сообщив в полицию о планируемом на тебя покушении, я всего лишь выполнил свой гражданский долг – предотвратил преступление. А названная мною сумма необходима для организации розыска пропавшего в Конго экипажа Лебедева.
– Так вон, значит, откуда ветер дует! – Зыба отодвинул от себя папку с документами и положил на стол локти. – А с какой стати я должен финансировать поиски? Это не в моей компетенции.
– Но ведь эти люди работали на тебя! – возмутился Матвей.
– Судя по той информации, которой располагаю я, это не совсем так, – ошарашил Зыбин.
– Как это? – не понял Кораблев.
– Просто, – Зыбин вздохнул. – Лебедева на маршруте нет. Его несколько раз проутюжили вертолеты поисковой службы. Были предупреждены
– На что ты намекаешь?
– Думаю, ребята решили подзаработать и согласились на левый рейс. Такое в Африке бывает. Отклонились от маршрута и потерпели крушение в другом месте.
– Ты так спокойно говоришь… – нахмурился Матвей.
– Это тебе так кажется, – заверил Зыбин. – Сам посуди, экипаж пропал, – он стал загибать пальцы, – машина исчезла, груз не доставлен...
– Самолет могли угнать, – не унимался Кораблев.
– Могли, – согласился Зыба. – Только прошло прилично времени, и сведения о самолете уже всплыли бы. Долететь он имел возможность лишь до Анголы и Намибии. Так что остается сидеть и ждать.
– Значит, денег не дашь? – размышляя, как поступить дальше, спросил Матвей.
– У меня их сейчас попросту нет, – развел руками Зыбин. – По крайней мере, такой суммы.
– Лебедева сказала, что ее сын ждал со дня на день замены, – напомнил Матвей. – А новый экипаж где?
– Дома сидит, – хмыкнул Зыбин. – Где ему еще быть?
Неожиданно зазвонил телефон. Григорий едва протянул к нему руку, как двери с шумом распахнулись, и на пороге возник среднего роста мужчина с раскосыми, словно у азиата, глазами и узкой полоской усиков. Черные, слегка посеребренные на висках волосы были стянуты на затылке в косичку. На нем был серый костюм и коричневые кожаные туфли. Воротничок рубашки подпирал дорогой сиреневый галстук. Весь его вид говорил, что он чем-то сильно раздражен. Из-за спины раздавались возмущенные крики секретарши. По тому, как телефон замолчал, Матвей понял, что звонила она.
– Дмитрий Анатольевич! – Зыбин вскочил со стула, вытянул вперед руки и вышел из-за стола.
Между тем мужчина с невозмутимым видом прошел в кабинет и небрежно посмотрел на Матвея:
– Оставьте нас.
– Мы еще не договорили, – заинтересованный визитом, ответил Кораблев и перевел взгляд на Зыбу. – Не так ли, Григорий Емельянович?
– Кто это? – спросил гость.
– Это? – переспросил Зыба и пожал плечами. – Так. Знакомый...
– Знакомый. – Анатолий Дмитриевич развернулся к Матвею. – Выйдите!
– И не подумаю. – Кораблев демонстративно развалился на стуле.
– Ты кто такой? – Брови на лбу Анатолия Дмитриевича сошлись у переносицы.
– Человек, – пожал плечами Матвей.
– Вот что, человек, – Анатолий Дмитриевич улыбнулся одними губами, – мне необходимо поговорить с Григорием Емельяновичем. Вы не могли бы нас ненадолго оставить? Пожалуйста.
– Могу, – согласился Матвей и встал.
– Спасибо, – поблагодарил гость.
Матвей вышел. В приемной, навалившись на стойку, о чем-то беседовал с секретаршей амбал с боксерской челюстью. На нем были черная рубашка и такого же цвета костюм. Если пиджак у босса говорил о статусе человека, то у этого громилы он скорее прикрывал находившееся под мышкой оружие.